Чтение онлайн

— Это точно, и лучшие годы впереди. — Донован целует мне руку, словно я принцесса. — Вот увидишь.

— Знаю, — отзываюсь я, но даже мне очевидно, что в голосе не слышно оптимизма. И все же часть меня… надеется.

Остаток пути до школы мы молчим. Зайдя внутрь, Донован тут же направляется по тускло освещенному коридору к моему шкафчику, чтобы положить мои учебники.

Мы оба смеемся, и в этот момент я вижу, как мимо с группой друзей проходит Рик. Раньше я была с ними, но теперь я выпендрежница в дизайнерской одежде. Я с Донованом, богатеньким снобом, над которым мы с Риком всегда потешались. Когда наши с Риком взгляды пересекаются, я начинаю задыхаться от злости на себя. Вчера я любила его, а сегодня целуюсь с Донованом. И мне не то чтобы не нравится.

Да что со мной такое?

Донован прячет мои учебники в шкафчик, не замечая, что я свирепею.

— Как ты смотришь на то, чтобы я свозил тебя куда-нибудь на ланч? Мы могли бы… — Он замолкает, увидев, как я стиснула зубы. — Что не так?

— Ничего, — огрызаюсь я, выхватив книги из его рук. — Я опоздаю на урок.

Надеваю сумочку на плечо и устремляюсь прочь.

— Лара, подожди! — кричит Донован. Обернувшись, вижу, что он указывает в противоположную сторону. — Класс вон там.

— Разумеется, он там, — фыркаю я и стремглав уношусь в указанном направлении.

Я мчусь по коридору, как вдруг что-то выпадает из тетради. Останавливаюсь и подбираю листок, который оказывается поздравительной открыткой на день рождения. Открываю и читаю.

«С днем рождения, Лара. Знаю, что теперь ты совсем взрослая, но для меня ты всегда будешь моей маленькой девочкой».

Я забываю о том, где нахожусь, пока кто-то не трогает меня за плечо. Обернувшись, вижу Кристину с ее короткими светлыми волосами и модными солнечными очками, поднятыми на лоб.

— Мы опять опаздываем на английский. Как насчет того, чтобы ускользнуть отсюда и покурить?

Покурить? Есть ли предел моему падению?

— А как насчет того, чтобы пойти на урок?

Кристина фыркает и закатывает глаза.

— Прекрасно!

Надувшись, она шагает рядом, размахивая руками, как тряпичная кукла. Очевидно, Кристина ненавидит английский точно так же сильно, как я — курево.

Она первой заходит в кабинет и ведет меня к заднему ряду, где мы с ней сидим. Пока мистер Морган делает перекличку, я листаю тетрадь, прикидываясь заинтересованной. Но как только он начинает лекцию, снова достаю из учебника открытку и тщательно изучаю каждое слово. Выглядит она просто идеально: ни грязных пятен, ни помятостей.

Значит ли это, что я на нее даже не взглянула? Но зачем тогда держать ее в шкафчике? Может, я не верила, что папа виновен, или, даже если и верила, то, может, скучала по нему?

Как скучаю по маме.

Я выхожу из класса сразу же после звонка и иду прямиком в секретариат за новой копией расписания. Как только его распечатывают, выхожу в коридор и врезаюсь в Рика. Мы так сильно сталкиваемся, что наши учебники разлетаются во все стороны.

— Извини, — съежившись, шепчу я.

Мы опускаемся, чтобы разобраться, где чьи книги. Он молча, почти не глядя, сует мне тетрадь. Каштановые волосы падают ему на глаза, и у меня начинает колотиться сердце. В его присутствии я снова становлюсь собой. На короткий миг все обретает смысл. Меня тянет к нему, и все, что мне нужно, — его поцеловать. Пытаюсь позабыть все, что делала утром с Донованом.

— Спасибо. — Изо всех сил пытаюсь, чтобы мой голос звучал нормально, хотя все совсем наоборот.

— Не за что. — Рик касается перевернутой открытки на полу, но я выхватываю ее прямо у него из рук, прежде чем он успевает увидеть, от кого она. — От парня, да?

Злюсь, что он навесил на меня ярлык, даже не потрудившись узнать настоящую меня.

— Ну да, ведь это единственный человек, который может быть мне небезразличен.

Засовываю открытку между учебниками и поднимаюсь.

— Ладно, ладно. Расслабься. — Рик поднимает руки вверх, будто сдается. Подходит ко мне и смотрит на стопку бумаг у меня в руках. — Зачем тебе расписание? Учебный год почти закончился. — Глаза Рика темнеют, и, прежде чем я успеваю придумать ответ, он прерывает мои лихорадочные размышления: — Ты и правда не помнишь, да?

Мысль о том, что я все ему расскажу и он мне поверит, вдруг начинает меня пугать. Ведь еще один человек узнает, как эпично я профукала вселенную. Меня заставят ответить за свой проступок. Заставят все исправить, или я влипну в такие неприятности, что мало не покажется.

Взгляд Рика холодеет.

— Вчера ты хотела рассказать мне какую-то великую тайну, а теперь отшиваешь? — Он фыркает. — Как скажешь, Лара. Не понимаю, зачем я вообще напрягаюсь.

Рик закидывает рюкзак на плечо и уходит, задев меня плечом, словно я лишь преграда на его пути.

Слова Рика ранят меня.

— Подожди! — бросаюсь я за ним.

Кое-где в коридоре стоят школьники, но я с легкостью их огибаю и догоняю его у торговых автоматов.

Рик останавливается, его брови взлетают вверх, а глаза широко распахиваются в изумлении.

— Не знал, что ты спринтер.

Скрещиваю руки на груди и принимаю максимально вызывающий вид.

— Ты многого обо мне не знаешь.

Рик кивает.

— Слушай, если ты каждый раз будешь разыгрывать такие спектакли…

— Я не играю, — с улыбкой отвечаю я. Не могу сдержать смеха.

В глазах Рика плещется одобрительное веселье.

— Ты говорила, что если я дам пять минут, ты сможешь мне все объяснить.

Киваю, облизываю губы и пытаюсь собраться с духом, чтобы все ему выложить. Подобную смелость я обретаю, лишь глядя в его глаза.

— Об этом нельзя никому говорить. Это должен быть секрет.

— Я отлично храню секреты, при условии что никто не предлагает мне хот-дог.

Это заставляет меня вспомнить, как его старший брат нас подкупил. В результате сделки мы заработали два хот-дога, больших таких, с горчицей и кетчупом. Ничего вкуснее в жизни не ела. Мы должны были молчать, и мы молчали, вот только понятия не имели, насколько серьезны те секреты. Дело касалось наркотиков.

— Мы можем пойти куда-то и…

— Не так быстро, — заявляет директор Ньюмен, выйдя из своего кабинета за углом. — Разве у вас нет уроков, дети?

Вздернув густые брови, он сверлит меня взглядом больших карих глаз прямо сквозь очки в черной оправе, соскользнувшие на кончик носа.

Запнувшись, я пытаюсь придумать какое-то оправдание, но Рик, сдаваясь, поднимает руки.

— Простите, мистер Ньюмен. Я иду в класс.

Заложив руки за спину, директор смотрит на нас сверху вниз, победно скривив губы. Мы уходим, и я оглядываюсь на него, как вдруг чувствую, что Рик трогает меня за плечо. Поднимаю к нему глаза и приоткрываю губы, решив, что он собирается меня поцеловать.