Чтение онлайн

– Это понятно, но я говорил о другом, нам всем необходимо принять меры безопасности. Учитывая смерть невесты Ершова, (что было несчастным случаем, её никто не хотел убивать) возможно, этот бандит организует покушение на нас и наших близких, - виновато сказал мистер Хью.

– Он не посмеет, - заявил самый пожилой и солидный, самый толстый из всей четверки бизнесмен, негласный глава промышленного сообщества города.

– Он уничтожил полицейский участок лишь бы убить Гэнна Майера.

– Ты уверен, что это его рук дело?
– небрежно спросил лысый, смакуя кубинскую сигару.

– Доказательств нет, но больше некому.

– Я устал от этих гангстеров. Пора принудить полицию начать борьбу с бандами, - постучал по столу пальцами мощный, еще нестарый, крикливо и богато одетый господин с бородой а-ля Карл Маркс.

– Наша полиция ни на что не способна, - заявил главный толстяк.

– Помню, когда шесть лет назад мэр Нью-Йорка Франклин Эдсон решил извести преступный мир он взялся за дело сам. В район Пяти Углов начали поступать крупные партии дешевого опиума. Понятно, что содержатели опиумных притонов отпускали его гангстерам бесплатно. Через несколько лет приемник Эдсона выселил из Манхеттена десять тысяч гангстеров, которые превратились в жалкую кучку трясущиеся наркоманов, - пустился в воспоминания бородатый модник.

– Десять тысяч - жалкая кучка? Нет! Сохранившиеся банды сделали свои выводы, сейчас любой гангстер, пристрастившийся к наркотикам, должен быть сурово наказан. В любом случае Грант, нынешний мэр, на такие шаги не способен, - возразил любитель кубинских сигар, брызгая слюной в лицо мистеру Хью. Тот даже не поморщился.

– Жители Пяти углов спят на 8-ярусных кроватях, живут впроголодь, больны туберкулезом, но более надёжных боевиков гангстерам не найти. Капитан Гэнн Майер считал, что ни купить, ни сломать этих бандитов нельзя ничем, - сказал мистер Хью.

– И я хотел бы напомнить. Когда "жалкую кучку наркоманов" попытались захватить силой, полицию просто выбили из района. Копы попытались применить новую тактику: сотня полицейских захватывала притон, стреляя во всех подряд из револьверов. Тогда на место убитых и арестованных приходили новые жители Пяти углов, и число гангстеров, казалось, не уменьшалось. Такая война шла долго. Вы предлагаете ввергнуть город в новый виток кровавой бойни?
– поддержал мистера Хью лысый толстяк.

– А что предлагаешь ты?
– уперся тяжелым взглядом главный.

– Я предлагаю мистеру Хью договориться с главарями банд. Пусть они сами решают вопрос с Ершовым. Выделим для этого десять тысяч долларов.

– По информации Гэнна Майера Ершов одному только дону Calmo заплатил вдвое больше, и ещё столько же дон Calmo получил месяцем раньше. У дона в банде четыре сотни боевиков. Реально бюджет этой операции нужно увеличить до пятидесяти тысяч, - возразил мистер Хью.

– За десять тысяч можно "заказать" даже президента, - не согласился главный.

– Я в самом начале это самое и сказал. Нас заказали. Ершов выложил достаточно долларов, чтобы наши особняки взяли штурмом. Как тот полицейский участок, - резко возразил мистер Хью.

– В результате бюджет превысит стоимость тех трех патентов, из-за которых мы начали склоку с изобретателем, - брюзгливо проворчал рыхлый, лысый толстяк, не вынимая сигару изо рта.

– Стоит только однажды заплатить чужаку, и мы разоримся. Мы будем платить всем и каждому. Сейчас мы выше закона, а станем такими, как все, быдлом, швалью, - снова взял слово самый пожилой и солидный, главный в этой компании бизнесмен, - Так что, дорогой мой Хью, я даю тебе карт-бланш, ты можешь тратить запрошенные тобой пятьдесят тысяч. Но ...

Черные, навыкате, глаза "бизнесмена" налились кровью, и в воздухе повисло ощущение мрачной угрозы.

– В этот раз я не подведу, - мистер Хью попытался произнести это твердо и уверенно, но его голос сорвался.

* * *

Полицейская система Нью-Йорка была излишне коррумпированной, она напоминала Клячкину родную, российскую. Полицейские открыто вымогали взятки, при этом низшие чины отдавали большую часть денег сержантам, те делились с капитанами. Последним, в свою очередь, приходилось относить положенную мзду тем, кто назначал их на эту должность. Копы из разных районов устраивали между собой побоища, деля доходные места, мало отличаясь от гангстеров.

Смерть капитана Гэнна Майера породила очередной всплеск полицейских войн. Клячкин, обладавший аналитическим складом ума, и далекий от адреналиновой зависимости, исполнял в компании друзей роль некоего штаба. Поэтому, получив ожидаемые сведения о начале боевых действий, он запустил, согласованный пару дней назад с доном Calmo, план вооруженной поддержки "нужного" шефа полиции. Капитан "вражеского" полицейского участка столкнулся с небывалым подъемом преступности. Поджоги и ограбления захлестнули территорию этого района. Люди дона Calmo наводнили улицы и днем, и ночью. В условиях деморализованной полиции казаки во главе с Гусевым ограбили оба банка, ювелирный магазин, меховую мастерскую и оружейный милицейский склад (национальной гвардии США).

Ершов пока что сохранял постельный режим, к этому его вынудила не только травма колена, но и воспаление резаной раны на груди, полученной в схватке с кубинцами. Она вскрылась после атаки на полицейский участок, где Николаю пришлось побегать и подраться. Хуже всего было то, что у него подскочила температура.

Формально, Ершов обеспечивал охрану особняка, руководил полусотней казаков, тех, что Гусев вернул из Канады. Пока вторая полусотня грабила территорию "вражеского" полицейского участка, вывозила оружие и товары на склады дона Calmo, казаки затаились в особняке, там они прятались от людских глаз.

Болезнь Ершова не позволила ему осуществить захват мистера Хью в первые два-три дня после налета на полицейский участок. Николай хотел лично убить негодяя, а доставка мистера Хью живым в особняк была делом слишком рискованным. Операцию отложили, но все трое друзей понимали: нападение на особняк полиции, наемников или тех и других вместе - дело нескольких дней. Гусев считал, что мистеру Хью хватит трех дней на подготовку, Клячкин отводил на раскачку медлительным и обстоятельным местным деятелям целых десять дней. Исходя из этих предположений, Ершов приказал Петьке докупить два десятка волкодавов. Гусев заставил казаков выложить внутри сараев мешками с землей все стены, там он поместил засады. Укреплен был и первый этаж особняка. К столбам забора Гусев привязал бомбы. Хотя запалы были слишком несовершенны, Володя рассчитывал, что даже редкие взрывы, за спиной атакующих боевиков, внесут панику в их ряды.