Чтение онлайн

— Такая мелкая… — произнес он, все так же осматривая меня с ног до головы.

Красавчик наверняка рассчитывал, что я пропущу его замечание мимо ушей. Но нет.

— Зато красивая! Топ — модель! — отпарировала я, состроив из себя эдакую взбалмошную красавицу.

— Ага, топ — модель… Штаны скоро по швам пойдут… — саркастически сказала мама, краем глаза наблюдая за происходящим.

— А ты такой маленький, что не знаешь, какую стремянку подобрать: большую или поменьше, — продолжила я в том же духе, пропустив замечание матери мимо ушей.

Альбинос фыркнул.

— Очень смешно. Обхохочешься…

Да, я гнала какую — то дичь, но мне же нужно было как — то ему ответить!

Хотя лучше бы промолчала. Умнее бы выглядела…

— Садись! — громко произнесла врач. Я присела рядом и заметила добрую улыбку на лице пожилой женщины — той, что сидела рядом с незнакомцем. — Давай, рассказывай, какие у тебя еще есть жалобы?

— Да настроение плохое…

Мужчина усмехнулся.

— Оно видно, — заметила врач.

— Я не всегда такая, — я пожала плечами. — Мне же нужно было как — то ответить на столь лестное замечание в свой адрес.

— Да — да, мы видели, — перебила меня тетенька в белом халате. — Значит так… Так как ты попадаешь к нам в третий раз, то пощады не жди. Поняла?

Альбинос снова присвистнул.

И в этот момент он начал меня по — настоящему злить. Плохо, что не осталось времени оттянуть его по — полной.

— Алло, четырнадцатое — шестнадцатое? — сказала врач в трубку. — Через минут десять подойдете? У нас для вас пару новеньких пациентов. Отведи Мельникову в комнату. Пусть переоденется, — обратилась она к медсестре, положив телефон. — А Вы подойдите ко мне, Галина Сергеевна, — позвала доктор пожилую женщину.

— Пойдем, — медсестра повела меня в комнату, дверь которая стояла нараспашку. Она находилась рядом с кушеткой, на которой сидела моя мать, провожая нас взглядом.

В полумрачном помещении девушка выдала мне больничное белье.

— Надень. Потом как придешь в отделение — переоденешься в свое.

Я послушно выполнила ее просьбу.

— Так, мобильный Вы забираете. Когда приедете на свидание, то привезете, — требовательно заявила врач.

— А, может, Вы оставите у себя? — засомневалась мама.

— Вы же будете навещать дочь, верно? Ну вот и привезете.

Мама хмыкнула и положила мой мобильник к себе в сумку.

Мужчина с интересом наблюдал за происходящим. Он окинул меня взглядом — я стояла в больничной просвечивающейся ночнушке.

— Так, где наши гости? — в приемный покой вошла Марина Геннадьевна — бойкая санитарка из четырнадцатого — шестнадцатого отделения, где я когда — то уже лечилась. Причем пару раз.

— Вот. Забирайте. — Врач выдала ей карточки.

— Так, ну че встали? Велком ту на выход! — и Марина Геннадьевна кивком головы показала на распахнутую дверь. — Вперед и с песней!

Мы все вчетвером вышли на улицу.

Я надела куртку — несмотря на лето, было таки очень прохладно.

Да и тучи никуда за это время не делись: в любой момент мог пойти проливной дождь.

Я вдохнула свежего воздуха и осмотрелась: как же здесь все — таки красиво!

Настоящая природа, как в каком — нибудь лесу!

Царила полная тишина. Больные после обеда отдыхали, находясь в отделениях.

Сегодня пятница. Второй смены на трудотерапии не будет.

Да и врачи, наверное, уже ушли. Или остались, потому что предупредили о приходе новеньких.

Мы пошли вдоль тропинки к зданию из красного кирпича. Второе такое же утопало в зелени и находилось в паре сантиметров от нас.

От слабого порыва ветра густые ветви деревьев закачались над нашими головами. Вокруг такая приятная зелень! Люди прогуливались по больничному городку, держась за локотки. Лавочки пустовали.

— Ниче здесь так… Жить можно, — произнес незнакомец. Как назло мы шли с ним чуть ли не за ручки.

Он закурил и выпустил дым.

— Здесь курить запрещено, — сделала ему замечание Марина Геннадьевна.

Альбинос нехотя потушил сигарету.

Я фыркнула от смеха.

— У меня сегодня какой — то хреновый день. Везет с самого утра, — недовольно сказал он и гневно сплюнул.

— Бывает, — улыбнулась я.

— Какого хрена я сюда приперся? Она и без меня могла сюда приехать, — продолжал возмущаться красавчик.

— Зато прогулялся, — подкалывала я его.

— Да — да! Я каждый день здесь гуляю!

Я рассмеялась.

— Ты чего такой злой? Встал не с той ноги?

Альбинос посмотрел на меня.

— А тебе какое дело? Ты — то здесь надолго прописалась, как я послушал.

— А разве это плохо? Зато кормят бесплатно.

— Ну да. Бесплатно.

— Так, мы пришли, — Марина Геннадьевна подвела нас к забору.

На калитке был завязан узел — что — то типа амбарного замка, чтобы больные не могли сами его развязать. Хотя с другой стороны, во внутреннем дворике, всегда сидела охрана из четырех человек: две медсестры с обоих этажей и санитары с первого.

— Пройдемте, молодые люди, — санитарка распахнула калитку, развязав веревку, и жестом приказала входить. — А теперь представлюсь: меня звать Марина Геннадьевна. Я санитарка с четырнадцатого отделения. Сегодня со мной работает Наталья Сергеевна. Это я рассказываю тем, кто у нас еще не был. Мельникова не считается.

— Э — э, а почему Мельникову вечно дискриминируют? — шутливо возмутилась я.

— Будешь возмущаться — проведешь месяц на первом этаже, — произнесла Марина Геннадьевна.

Мужчина усмехнулся. Я бросила на него гневный взгляд.

— Все, пошлите. Предупреждаю сразу: Людмила Афанасьевна занята и примет вас позже. Так что, будьте добры подождать.

Мы вошли в тамбур.

Марина Геннадьевна достала из кармана белого халата ключ и отперла тяжелую деревянную дверь.

— Вы — за мной. — Она показала на меня с пожилой женщиной. Мы как раз прошли в просторное фойе, где стояло несколько стульев. Что — то типа комнаты для свиданий с родней. — А вы, — санитарка указала на мою маму и альбиноса, — подождите здесь. Сейчас вернемся.