Чтение онлайн

Женетт нахмурился и пообещал разобраться с этим.

Это не устроило Варама. Вместе с Алекс и Женеттом он с самого начала занимался необычными компьютерами и теперь чувствовал, что его каким-то образом оттеснили в сторону. Он приезжал в своем кресле на совещания следователей Интерплана и других членов группы, когда там обсуждали положение дел, и снова вступался за невиновных, захваченных вместе с остальными пленниками. В конце концов мнения разделились, но очень многие считали, что все пленные должны отправиться в изгнание; работника лаборатории, который выпускал гуманоидов, не нужно изгонять. Оказалось, что этот работник не только выпускал квакомы, но и стирал записи о них из документов лаборатории; очень ловко, сообщил Женетт Вараму, как будто это могло быть причиной для его прощения. Варам, все еще очень недовольный, оставил эту тему. Венерианин из лаборатории, молодой человека не старше игрока в боулинг, останется не арестованным. А бедным неисправным квакомам будет лучше среди им подобных.

И вот, когда пришло время, Варам, сидя в своем инвалидном кресле, из крейсера Интерплана вместе со всеми наблюдал, как начинает работать двигатель на антиматерии и «Первая четверть Никты» отправляется к звездам. Корабль походил на обычный террарий, возможно, был больше; он напоминал огромного ледяного дельфина, летящего на огненном хвосте.

— А что же люди, построившие его? — спросил Варам. — Ведь это их корабль?

— Мы предоставим им замену. Они создают флот из четырех таких; мы построим для них корабль на Гидре. Если понадобится, привлечем Харон. Так что свои четыре корабля они получат.

Варам по-прежнему не успокаивался.

— До сих пор не знаю, что об этом думать.

Женетта это, казалось, нисколько не заботило.

— Боюсь, это лучшее, что мы могли. Трудно было проделать все это втайне. Тонкая операция, если хочешь знать. Поразительно, чего можно добиться с помощью бумаги и синхронизированных часов. Каждому участнику предписывалось сохранять полную тайну и безоговорочно доверять своим соратникам по сети, и все должны были точно знать, что делать. Большое достижение, если подумать.

— Согласен, — сказал Варам, — но довольно ли этого?

— Нет. Проблема остается. Мы просто получили небольшую передышку.

— А… ты уверен, что мы взяли всех?

— Вовсе нет. Но, похоже, их делали только в лаборатории на Венере. Так, во всяком случае, считает компьютер Вана. У нас достаточно данных о том, как они использовали энергию и получали материалы, чтобы подсчитать, сколько гуманоидов они могли сделать; именно столько мы и схватили. Возможно, один или два еще на свободе, но мы считаем, что они не способны причинить большой вред. Возможно, молодой работник лаборатории выпустил больше неисправных компьютеров. Если они еще здесь, мы постараемся их обнаружить.

Это значит, подумал Варам, где-то в системе могут существовать машины в обличье человека — прячутся в толпе, стараются остаться на свободе, избегают просвечивания рентгеном и иных способов обнаружения; возможно, они втайне пытаются добиться поставленных целей, а может, каких-то других — связанных с их алгоритмом выживания. Проклинаемые, опасные, отделенные от всех прочих форм сознания, одинокие и испуганные — иными словами, в точности как люди.

на краю болота квакает лягушка схема биологической репродукции предусматривает как часто на протяжении жизни существо воспроизводит себя и сколько у него потомков морфогенез есть процесс воссоздания организмом себя рост определяется промежутком времени результат представляет собой осциллирующий образец хищник всегда на четверть цикла отстает от добычи

эти новые люди забирают тебя, чтобы уничтожить с пистолетом тебе в лицо приказывают идти между ними… уводят от тех, кто тебе помогал здесь на берегу Джерси… небоскребы Манхэттена встают на восточном горизонте бегство охота в которой ты дичь

ударь по пистолету ногой и беги люди уморительно медлительны прячься в угольно-черной тени ныряй и поворачивай прыгай в ручей зеленый луг порос мхом бывает ли зеленым персидский ковер?

едва не наткнулся на другого выглядит человеком

мне нужна помощь на меня напали и я думаю за мной гонятся

человек смотрит на тебя чистые голубые радужки окружены более темным синим идем со мной

с дороги человек останавливается показывает застыл на месте белохвостый олень прислушивается беспокоен они вернутся говорит человек

ты говоришь хочешь сыграть в шахматы?

человек говорит конечно идем со мной

в маленький дом здесь другой человек они разговаривают на кухне выходить на закате иглы хвои серебряные зубчатые листья освещены с запада на мгновение далекий уличный свет бросает отблеск на закат и создается пространство света без теней на взгляд исключительно чистое и выразительное лиса на краю поляны бежит через траву рыжая с белизной дождь способствует размышлению с Земли в космос потом назад обоих поднимает симбиогенез лазурь неба слегка подернута белой прозрачностью

Свон это Заша изнутри дома я нашел кое-что здесь шахматист он кажется испуганным

черные птицы летят к городу на горизонте черные точки лениво взлетают с деревьев и снова садятся готовятся устроиться на ночлег

птичьи крики птицы переговариваются может пятьдесят разных птиц создают звуковую сферу все вместе складывается в музыку в нее вплетается гул машин грузовиков генераторов двигателей огромный самолет кажется близко его звук далеко в небе птичий хор на закате заглушает звуки цивилизации птичья мудрость сохраненная в древних частях мозга очевидно не способная к программированию прыжок воображения

около полуночи приходит третий человек высокий изящный Заша в чем дело

представление подтверждает реальность третьего намаете приветствую дух в тебе

меня зовут Свон расскажи о себе

подытожь события с момента прихода в сознание показали выход на улицу отлет с Венеры перевезли люди в частной системе посадка на Земле все началось как попытка покончить с затмением Венеры не тотчас но как проект безопасный при исполнении надежда это штука с перьями сидящая в душе не знаком с подробностями плана помощники почему-то действуют против главного проекта помощники арестованы или похищены вынужденное бегство упоминание об аресте спасение