А помнишь…
Шрифт:
Мальчик задумчиво посмотрел перед собой, а потом рассмеявшись, заявил:
– Он смеётся и гововит: “Певедай пвивет Вике и я пвидумал новую тему!”
– Вике? Тему? – прошептал Андрей и тут же вскрикнул, хватаясь за голову. – Тему!? Боже, Димыч!
Август, 2000 г.
– Димыч! Братан! – кричал Андрей, заливисто смеясь и пробиваясь к другу, сквозь толпу людей в здании аэропорта, попутно извиняясь за неосторожные тычки прохожим. – Извините! Извините! Димка, блин! Наконец-то!
Толпа, словно таинственным образом все напирала и напирала.
– Извините! Блин, да откуда вас столько!? – возмущённо расталкивая толпу, двигался Ерёмин, не сводя глаз с высоченного, крепкого парня в светлой спортивной куртке, который махал ему руками, выписывая непонятные пируэты. – Димыч, что? Я не понимаю! Щас, подожди ещё чуть-чуть…
Минут через пять ему удалось прорваться через толпу и обнять Димку.
– Андрюха, какой ты солидный, ёшкин кот! – смеялся Шиленко, то отдвигая и рассматривая друга, то обнимая вновь. – Ты на Окинаве тоже в костюме по пляжу будешь рассекать?
– Зато ты у нас спортсмен, – смеялся в ответ Андрей, – что там, на родине, так до сих пор в трикушках самый модный образ?
– Да кто его знает, Дюх!? – воскликнул Димка, тряся руку друга. – Это ты у нас модник, а мы так по-серенькому…
– Да ладно, не прибедняйся.
– Димья, Димья, – раздался крик, бегущего навстречу друзьям Мики.
– Дубль два! Проход следующего сквозь толпу! Прям аттракцион какой-то! – рассмеялся Андрей. – Что ты мне там маяковал? Может, будем выбираться отсюда?
– Давай уже здесь подождём! Митькин самолёт уже прилетел, сейчас дождёмся и все вместе пойдём!
– Митька всё-таки вырвался? – обрадовался Андрей, потирая руки. – Обалдеть, вот это отдых замутим!
– Ну, это вряд ли! Он с Валей, – вздохнул Димка и подхватил в объятия подбежавшего Мики.
Андрей моментально сник и всеобщего веселья не разделил. Валентину, девушку Мити, с которой тот начал встречаться ещё два года назад, он не взлюбил сразу. Может своеобразная ревность, что, вдруг какая-то “вечно ноющая”, девица заняла всё жизненное пространство друга. То ли и правда, постоянно угрюмый взгляд девушки коим она щедро одаривала друзей возлюбленного, был тому виной. Но слишком живых и эмоциональных Андрея с Димкой, она удручала. “Эмоционально бедная”, как вздыхая, охарактеризовал её однажды Шиленко.
Она была очень красивая – идеально правильные черты лица, белокурые длинные волосы, стройное изящное тело и одевалась она с утончённым вкусом, вроде просто, но смотрелось дорого. Андрею только это в ней и нравилось. Он любил красивые вещи, красивых женщин и даже красивую еду. Но, простите, взгляд этой красавицы был ужасен! Димка как-то ответил на вопрос Митьки, красива ли его Валя, одной точной фразой: “ Она, безусловно, красива, когда у неё закрыты глаза и рот!”
Она никогда не улыбалась, слова цедила сквозь зубы и повелительно взмахивала указательным пальчиком с ярким маникюром каждый раз, когда ей что-то было нужно. Она не понимала шуток, не шутила сама и вообще предпочитала недовольно бурчать, делая каждую встречу друзей в её присутствии невыносимой. Митька с ней тоже замкнулся, оживая только во время очередного рейса за машинами и на редких, теперь, встречах с друзьями.
– Дюх, чего задумался? – хлопнул его по плечу Димка. – Мики предлагает к терминалу бизнес-класса пройти, в кафе Митьку дождаться. Пойдём?
– Пойдём, – вздохнул Андрей, – и зачем нам их ждать, скажи, пожалуйста!? Митька все равно ни бе, ни ме, ни кукареку, с этой дамочкой…
– А что поделать, милый друг? – улыбнулся Дима. – Там Света нас ждёт, с ней ты порцию женского внимания и получишь, это я тебе обещаю!
– Да что мне с её внимания? – изобразил расстройство Ерёмин. – Я её итак вижу три дня в неделю, на занятиях по японской речи. Коннитива, о-хаири кудасаи, пасупо то-о хаикэн симас. (Добрый день; проходите, пожалуйста; предъявите свой паспорт – разг. японский). Тем более она вон того иностранца выбрала!
Он кивнул на улыбающегося Мики и рассмеялся, показывая большой палец.
– Так кто тебе мешает себе какую-нибудь девушку подыскать? – усмехнулся Димка.
– Не-а, какую-нибудь не хочу, их итак хватает! Да и вообще, лет до 30, ни-ни! Никаких жён, детей и тому подобного! Да, кстати, а что там у тебя с твоей кралей?
– Какой? – усмехнулся Димка.
– Какой именно, ты хотел сказать? – рассмеялся Андрей, зная, что вокруг добряка-весельчака Дмитрия всегда крутились девчонки.
***
– Мамочки, какие ананасики! – передразнил неизвестную девицу Андрей, запрыгивая на кровать в их с Димкой номере, смешно встряхивая руками и тут же насупив брови, сложив губы бантиком, сквозь зубы, взмахивая указательным пальцем, изображая Валентину, произнёс. – Дмитрий, я чувствую, что хочу вон тот ананас! Сорви сейчас же!
– Дюха, завязывай, – сквозь смех попросил Димка, – сил нет смеяться уже.
Друзья отдыхали на Окинаве уже почти неделю, наслаждаясь солнцем, морем и высококлассным дайвингом. Небольшой островок Камияма, где они провели целый день, исключительно в мужской компании, ошеломил друзей своим многообразием подводного мира. Тела их покрылись ровным загаром, и светлые волосы выгорели почти до белого, на зависть многим блондинкам. И вот надо же было Светлане, предложить съездить на ананасовую плантацию в ближайший парк! Андрей был категорически против! Целый день провести рядом с потухшим взглядом Мити и ненавидящим его спутницы, было выше его сил. Поэтому он сейчас высказывал свои возражения в своеобразной форме друзьям, прыгая, как кузнечик по кроватям в номере.
– Д’юса, – позвал его Мики, – ю мен’я дрюгое возможность!
– Предложение, Мики? – поправил его по привычке Димка.
– Да, да, – поморщился тот в ответ, русский без акцента выучить ему пока не удавалось, и он заговорил по-английски, – там есть дегустационный бар. Вина из ананасов, апельсинов. Предлагаю вам отдохнуть там, пока мы будем экскурсировать Митю с Валей. Ок?
– Ок, ок! – согласно закивал головой Андрей, продолжая паясничать. – Ещё какой Ок, друг ты мой японский. Ананасы, апельсины, мандарины, что угодно, токма не Валя!
– Ну, вот и решили, едем завтра в Наго, – хлопнул в ладоши Димка и засмеялся, – там и попрыгаешь! У тебя здорово получается!
***
– Бай-бай! – помахал Андрей рукой вслед удаляющему по ананасовой плантации смешному маленькому жёлтому автомобильчику, в котором находились Митя с Валей и Света с Мики, убедительно изображая крайнее расстройство, даже для порядка смахнув невидимую слезу. – Бай-бай, крошки!
Димка, наблюдая со стороны, еле сдерживал смех. Когда ананасовый автомобильчик скрылся с глаз, Ерёмин с шумом выдохнул и вскрикнул: