Чтение онлайн

Бурая, покрытая серым налётом полынь сухо шуршала под лёгким ветерком. С дороги, от автобусной остановки, где росло много деревьев, долетали иногда, крутясь пропеллерами, жёлтые берёзовые листочки.

– Ну что, допивать будем?
– озаботил всех Генка.

– Да ну, нафиг, - отказался Шурик.
– Пойло какое-то. У меня кишки слиплись от сахара.

– А чё, так оставить?
– изумился Лёнька.

– Кусты польём. Выведем новый сорт "растение-алкоголик".

– Мне Амаретто понравилось, - подала голос и я.
– Приятная штука.

Амаретто понравилось всем. Его решили оставить и распить по какому-нибудь очень торжественному случаю. Пока прикидывали, где прятать драгоценную бутылку, от аптеки послышался голос, на который разморенные мозги, увы, вовремя не среагировали.

– Шурик?! Ты где, гад?! Я тебя полдня ищу, ты мне позарез ну...
– выбравшийся на оперативный простор пустыря Логинов осёкся на полуслове.

Ой, принесла нелёгкая. Вскакивать, убегать? Лениво что-то.

Логинов окинул взглядом панораму под названием "Охот... тьфу, дегустаторы на привале", ухватив, выделив сразу самое главное.

– Пьянствуете? Девчонку спаиваете?
– наконец смог сказать он. Я на всякий случай через силу подтянула ноги. Вдруг он за ремень от брюк возьмётся и мне тогда придётся дать дёру? Он давно обещал при первом серьёзном случае выпороть, как сидорову козу.

– Не пьянствуем, а дегустируем, - невозмутимо поправил его Шурик, даже не шевельнувшись.
– Не путай божий дар с яичницей. И не командуй, не отец.

– Поговори мне, - ругнулся Логинов, тем не менее, сбавив обороты.
– Ладно, вам, парни, дегустировать сам бог велел, понимаю. Но девчонку зачем в это дело втягивать?

Э-э-э, да у Серёги приступ мужского шовинизма! Я и раньше его в этом грехе подозревала, сейчас окончательно убедилась.

– Логинов, - я прищурилась и рассматривала его словно незнакомое науке явление.
– А почему ты не Пастухов?

– Какой Пастухов?
– растерялся Сергей.

– Обычный. Фамилия такая. Тебе она больше подходит, - я хихикнула.

– Не понял, - разозлился он.

– Чего тут понимать?
– хихикнул и Лёнчик Фролов.
– Ты же как пастух при Тошке.

Я под прикрытием Золотарёва слезла с диванчика и начала незаметное движение к аптеке. Главное, к остановке выскочить - там всегда люди, в обиду не дадут.

– Я вам сейчас покажу пастуха, - рассвирепел Логинов. Сделал два широких шага, оказался рядом и больно ухватил меня за плечо. Погнал домой в тычки, по дороге популярно объясняя, что распитие спиртных напитков в уединённом месте в компании трёх половозрелых парней однажды легко закончится групповухой, после чего совсем легко и просто пойти по рукам. В промежутке, когда он набирал в грудь побольше воздуха для новой порции нравоучений, я вслух и громко стала размышлять, неужели действительно у всех особей мужеска пола один секс на уме? Следом за нами семенил Шурик, торопясь ознакомить присутствующих с точкой зрения партии, что в СССР секса нет.

– Факт, - недовольно согласился Логинов.
– Секса нет, одно блядство.

– Я попрошу, - возмутился Генка, который, оказывается, почти наступал на пятки Шурику, - при даме не выражаться!

– Слышь, Гена, - не понял плетущийся за ним Лёнька, - а ты кого из нас дамой назвал? Я чё-то не догоняю...

Меня в конце концов отправили домой с требованием на всякий случай промыть желудок раствором соды. Контроль за выполнением поручили Шурику, самому трезвому и ответственному. Серёжка бодро двинулся назад, к пустырю.

– Каюк Амаретто, - огорчённо вздохнул Генка.

– Такие деньги запалили, - убито поддержал Фролов. Для них на потере миндального ликёра приключение закончилось. Для меня персонально, как в бразильском сериале, продолжение следовало.

Вечером добровольный помощник милиции вторично наведался в наш дом. Во всём городе не набралось бы столько серной кислоты, сколько мне хотелось выплюнуть в Логинова. У меня в глазах темнело, стоило подумать о Серёжке. К тому же, чрез два дня на большой перемене при всех Лаврова как бы невзначай спросила:

– Тонь, а правда, что ты с парнями на пустыре на четверых соображала?

Интонацию подобрала мастерски. Мгновенно возник образ потенциальной беспробудной алкоголички. У одноклассников презрение на лицах сформировалось в три секунды.

– Откуда знаешь?

– Мне Серёжа сказал. Логинов.

Ей поверили, услышав пароль.

– Твой Логинов врёт и денег не берёт, - я растолкала слушателей, пошла в ближайший женский туалет. Закрылась там в кабинке и расплакалась. Ну, Логинов! Ненавижу! Мало ему, что родители меня дома заперли, лишив самого главного удовольствия - на свободе исследовать мир по собственному разумению. Так надо ещё прилюдно ославить. Новая воспитательная метода задрипанного Макаренко районного масштаба.

Кое-как я дождалась конца учебного дня, не обнаружив действенного способа отгонять от себя одноклассников, жаждущих подробностей. Любопытство их не знало меры: правда ли на четверых было девять бутылок; легко ли пить водяру стаканами; не заблевала ли я весь пустырь и так далее.

После уроков Воронин нашёл меня под лестницей, среди тряпок и швабр. Я удобно устроилась на перевёрнутом ведре, строя планы мести, - один изощрённей другого, - подлому Логинову.

– Тоша, - позвал Славка.
– Пойдём домой.

– Не могу, - буркнула я.

– Почему?
– не понял он.
– Подумаешь, распивала спиртное. Тоже мне криминал. У нас все пьют. А кто не пьёт, тот за шиворот льёт.

– Да не пьянствовали мы, Слава! Дегустировали!

– Что делали?!
– восхитился Воронин.

– Дегустировали, - я сникла. Вон, даже старинный друг Славка не верит, про остальных и говорить нечего.
– Если тебе интересно, я потом как-нибудь расскажу. Не сейчас, сейчас не могу.