А я тебя нет

Одиннадцать лет назад

– Ну всё, тормози.

Он даже не начал сбавлять скорость. Поля, редкие деревья, пустырь. Куда он едет? Элли развернулась в кресле и недоуменно уставилась на сосредоточенный профиль.

– Эй!

Профиль резко повернулся.

– Что? – выгнулись тёмные брови.

– Мы и так далеко заехали, вокруг никого, – она вытянула руку и уложила на мужское колено. – Можно тормозить.

Брови сошлись на переносице. Он покосился на ладонь, облизнул губы и снова перевел взгляд на узкую одностороннюю колею впереди.

– Да, прости, – колено нервно дернулось. – Я сегодня туплю.

И старый ржавый пикап начал останавливаться. Наконец-то.

Элли практически подпрыгивала от нетерпения всю дорогу: пока они ехали по городу, по кольцевой, сворачивали в поля. Новости нужно рассказывать с помпой, иначе будет не тот эффект. А чтобы вышло с помпой, пора уже остановиться хоть где-нибудь и открыть шампанское. Пикап, наконец, свернул к деревянной изгороди и затормозил окончательно. Но парень за рулём не перестал выглядеть сосредоточенным и хмурым. Он от самого дома почти ни слова не сказал. Элли отстегнула ремень и попыталась заглянуть в мрачное лицо.

– Что с тобой, Хит?

Карие, с оттенком карамели, глаза как-то рассеянно посмотрели на неё. Губы дёрнулись в вялой улыбке.

– Ничего, – Хит положил ладонь поверх её ладони и мягко сжал. – Со мной всё хорошо, не обращай внимания.

Не похоже, но он не расколется так сразу. В этом весь он: не по возрасту серьезный и взрослый. Наверное, самый старший из пяти детей и должен быть таким. В такого она и влюбилась, так что…

– Ла-а-адно… – протянула Элли, рванула дверную ручку и толкнула вечно заедающую дверцу. Та нервно скрипнула. – Тогда выходим. У меня новости.

– У меня вообще-то тоже… – успел пробормотать Хит до того, как она схватила из-под ног пакет и выскочила на прогретый песок.

Но звон бутылок как-то приглушил его слова, и она не придала им значения.

Элли вылезла из пикапа, и следом за ней над крышей появилась тёмная голова Хита. Они одновременно хлопнули дверями и двинулись в сторону кузова. В хорошую погоду это у них уже традиция. Торчать в кузове пикапа – всё, что они пока еще могут себе позволить. Но скоро всё может измениться. Элли подняла пакет над головой и бутылки снова звякнули.

– Мои новости надо отметить, – заявила она.

– Эль… – Хит снова хмуро сдвинул брови.

– Ладно, ты будешь сок, – она закатила глаза. – А для себя я обворовала отцовский бар.

Не зря же она старалась не громыхать пакетом, когда уходила из дома. Это было сложно: отец в гостиной отложил газету и поверх очков проследил, как Элли схватила Хита за руку и вытащила вон.

Хит первым добрался до кузова, открыл задний борт и остановился рядом. Как-то неловко помялся с ноги на ногу. Будто это не его машина, не его девушка, а этот кузов еще не видел ни одного раздевания. Элли ухмыльнулась и толкнула Хита в тощую мальчишескую грудь.

– Садись.

Он опустил взгляд и послушно упал на край кузова. Элли поставила пакет на песок и прислонила к изгороди. Встала напротив бойфренда.

– В общем… – она развела руки в стороны и подпрыгнула. – Я поступила!

Лёгкое летнее платье колыхнулось в воздухе. Карамельные глаза Хита округлились, солнце попало на радужку и сделало её золотой. Это превращение никогда ей не надоест.

– Оу… вау… – Хит скрестил руки на груди. – Круто! В Бристольский?

И это всё?

– Ты будто не рад, – Элли уронила руки, плечи сами собой поникли.

Что за идиотская реакция?

– Конечно, рад! – тут же опомнился он. – Просто я и так знал, что ты сможешь. Ты же умница.

А это другое дело. Она сделала два больших шага, впечаталась в него и обвила его шею руками. Ждала этого весь день.

– Ура-ура… – пробормотала она и накрыла его губы своими.

А этого ждала еще больше. Они два дня не виделись из-за его работы. Два дня – маленькая вечность. Элли подняла одну ногу и уперлась коленом в кузов, прямо возле бедра в джинсах. Платье чуть задралось, руки Хита разомкнулись, легли на голые ноги. Знакомо согрели кожу.

– Подожди… – тёплый шепот пощекотал губы.

Подождать? Да ни за что. Элли на секунду отстранилась: подняла вторую ногу и окончательно оседлала колени в джинсах. Снова припала к горячим губам, запустила руку в тёмные волосы и прочесала их пальцами. Хит ощутимо вздрогнул и конвульсивно вдавил её в себя.

– Скоро всё будет по-новому, – Элли изломила губы в ухмылке и потёрлась носом о нос. – Говорят, уже на первом курсе можно брать репетиторство. У меня будут деньги, тебе повысят зарплату…

– Я всё еще посудомойщик, – оборвал Хит и попытался отстраниться.

Больная тема. Элли выгнула брови.

– Но шеф обещал поставить тебя на салаты. Напомни ему.

– Не всё так просто…

– Я уверена, всё получится, – она снова подалась вперед и прикусила его нижнюю губу. – Мы оба станем зарабатывать, снимем какую-нибудь крохотную студию, больше не будет этого ржавого кузова: у меня на спине скоро рельеф от него проступит…

– Эль…

– Не могу дождаться, когда буду спать с тобой всю ночь.

С этими словами она плотнее прижалась к горячему телу, ощутила, как бешено бьётся сердце в его груди, и закрыла ему рот поцелуем. Хит жадно ответил. Ну наконец-то… По коже побежали мурашки, кровь в венах разогналась, ускоряя пульс. Элли толкнулась вперед, попыталась опрокинуть Хита на лопатки, но… он вдруг уперся ногами в землю и решительно отстранил её от себя.

– Элли, послушай.

Этого в ожиданиях не было. Элли попыталась проигнорировать поднявшуюся волну разочарования.

– Что? – она выгнула брови. – Тебе не нравится план?