Чтение онлайн

– Ладно, забей, – дёрнул за ручку и вцепился в край двери. – Иди в дом.

Но она осталась стоять на месте. Потупила взгляд, обернулась на секунду в сторону крыльца, потом снова посмотрела на Хита и… двинулась вокруг машины.

А спустя пару минут у него в мобильнике был новый контакт. И опьяняющий след от поцелуя на щеке.

– Вы видели этого пижона? – старческий мужской голос послышался за два шага до двери.

– Ну почему же сразу пижон, профессор? – хохотнул женский.

– Потому что пижон и есть.

Элли протиснулась в приоткрытый дверной проём.

– Симпатичный парень, – Саманта, доктор философии, ухмыльнулась старому профессору Эрриксу поверх чашки. – Припарковался, как боженька.

– Там нельзя парковаться, – крякнул Эррикс.

– Таким обаяшкам можно.

Элли подошла к напольной вешалке, сорвала свою куртку и набросила на плечи.

– Что я пропустила? – она поймала взгляд Саманты и вскинула брови.

Коллега пригубила чай и мотнула головой куда-то в сторону. Предположительно выхода. На лице появилось заговорщическое выражение.

– На улице кого-то ждёт красивый молодой человек, – она снова ухмыльнулась в чашку. – Была бы я лет на десять моложе, подошла бы узнать, не заблудился ли.

Профессор закашлялся и стукнул себя кулаком в грудь.

– Ты ведь серьезная женщина, Сэмми!

– А что такого? Серьезная не значит слепая.

Элли отвернулась к зеркалу, вытянула волосы из-под ворота куртки и улыбнулась Саманте в отражении. Та в ответ подмигнула. Выводить из себя старого профессора стало её любимым развлечением в последнее время. То ли из-за любимой аудитории, которую профессор технично отжал для своих лекций, то ли из-за пары часов в неделю, которые Эррикс на неё свалил… Элли не вникала в конфликт. Её отношения с коллегами сохранялись на нейтральном уровне. Но наблюдать за тем, как старый брюзга возмущенно шлёпает губами, достаточно забавно.

Забавнее было бы только, если Саманта сама притащила сюда неизвестного парня, чтобы позлить профессора. Но это вряд ли.

Элли оправила куртку, повесила на плечо сумку и двинулась к выходу.

– Я ушла. До завтра.

– Пока-пока, – боковое зрение успело уловить, как Саманта прощально помахала пальцами поверх чашки.

Но Элли на неё больше не смотрела. Выйдя в коридор, она мгновенно смешалась с потоком людей и стала пробираться к выходу. Нащупала в заднем кармане брюк мобильник, вытащила и влезла в сообщения. Набрала в грудь побольше воздуха. Взгляд упал на пустое окно диалога. Совсем пустое. Новое, чистое. Сверху обозначился контакт «Х.Ф.».

Итак, нужно ему написать. Похоже, и правда нужно. К этой мысли она шла всё утро, во время лекции, окна и еще одной лекции. Сложная, тягучая мысль, задевающая гордость и поднимающая волну внутреннего протеста. Но время пришло. Он всегда был довольно прагматичным, сообразительным человеком, и, когда возмущение после его звонка прошло, стало ясно, что он прав.

Хитклифф абсолютно прав. Его спокойный голос, в котором иногда слышалась улыбка, озвучил много правильных вещей. Это его ресторан, его вечеринка тоже, и не принять помощь человека с опытом было бы верхом глупости. Элли вынырнула из потока людей, остановилась у окна и закусила губу. Пальцы быстро пробежали по экрану.

«Я так и не дождалась адреса».

«Отправить».

Сообщение ушло. Секунда-две, и галочки стали зелеными. Элли всмотрелась в экран, но набор ответа не последовал.

Говнюк!

Она возмущенно отмахнулась от упавшей на лицо пряди, сунула мобильник обратно в карман и снова влилась в поток людей.

Конечно, еще был вариант отказаться от организации девичника, но он так себе. Кристина явилась в тот же вечер. Элли уже успела переодеться в пижаму, влезть в махровые носки и заплести волосы в косу, когда в дверь постучали. Сестра оказалась на пороге с пакетом пирожных и огромным букетом роз в руках. Букет ей пришлось положить на сгиб локтя, потому что в ладонь он не влезал. Стоил, наверное, целое состояние.

– Просто пришла сказать, что ты классная, – покорно проговорила Кристина, глядя под ноги.

Элли замерла на пороге, вцепившись в дверь и во все глаза уставившись на розы. Это что-то новенькое в исполнении Кристи. До такого она еще ни разу не доходила. Сестра тем временем поморщилась и переступила с ноги на ногу.

– Цветы заберешь? – пробурчала она. – Руку уже оттянули, не могу.

Она, как могла, выставила вперед локоть и вскинула брови. Элли ожила. Сделала шаг, перехватила розы и взвалила их на локоть. Тонкий аромат тут же окутал с головой. Кристина сунула освободившуюся руку в карман куртки, потупила взгляд и отступила.

– Ладно, я пойду, – она мельком осмотрела пижамные штаны. – Ты тут спать уже собралась.

Элли отступила в сторону, освобождая проход, и шире открыла дверь.

– Я просто переоделась. Заходи, – она приглашающе мотнула головой. – Начинай уговаривать.

– Даже не думала, – фыркнула Кристи.

– Неужели?

Сестра осторожно переступила через порог. Осмотрелась так, будто впервые пришла в гости, и будто совсем не она помогала таскать вещи по крутой лестнице с тротуара в цокольный этаж, когда Элли въезжала в квартиру.

– Я всё тебе сказала, – она вяло повела плечом. – Могла бы преподнести красивее, наверное, но ты же меня знаешь… Так что решение за тобой.

Элли закатила глаза, захлопнула дверь и, развернувшись, двинулась к ванной. Вазы для таких роз у неё отродясь не было.

– У тебя есть попкорн? – прилетело в спину. – Давай смотреть сериал.

– «Мушкетеров» с середины сезона? Нет уж, спасибо.

– Да я вчера так и не начала, – Кристина с треском рванула вниз замок куртки. – Майк вышел из душа, новыми трусами похвастался ну и… всё.

Она хихикнула и тут же стала напоминать себя обычную.

А потом они полночи проторчали у экрана, наблюдая за тем, как четыре шикарных парня скачут на конях, дерутся и совращают чужих жен. Голова Кристины удобно лежала у Элли на ключице, попкорн рассыпался по дивану и запутался в их волосах, а шикарные парни всё продолжали заниматься своими делами.

Примерно к полуночи голова остыла, нервы успокоились, и ситуация стала видна будто со стороны. И если заглушить собственные эмоции и побыть сторонним наблюдателем, то Кристина не так уж и неправа, несмотря на всё, что она успела выкинуть до этого. Ситуация слишком запуталась. Нити слишком тесно переплелись. И лелеять свои обиды дальше будет ребячеством.