Адаптация
Шрифт:
Хотя нет, он сжимал мою руку, и от этого почти детского жеста было тепло и чудно.
Главное, чтобы не отпустил, а он и не пытался.
Ближе к залу, когда шум уже был таким, будто гости говорили прямо за спиной, мы свер-
нули в сторону и в следующем коридорчике протиснулись в узкое пространство к сцене, на
которой первым делом увидели неподражаемую королеву вечера Хиромэ. Во рту пересохло –
на ней красовалось мо платье. Выходит, вместо того чтобы думать, Хиромэ переодевалась,
что в е случае без помощи почти подвиг. Неужели хочет сразу всего? Надеть мо платье и
забрать моего мужчину? Отвратительный вечер!
Пороть и ещ раз пороть!
Я так сильно вцепилась в руку Парфена, что от неожиданности он резко вздрогнул.
Платье действительно вышло шикарным, особенно цвет, который я вначале хотела отте-
нить белым, но не решилась. И правильно, алые отсветы накрыли собой сцену, как будто ок-
ружая шикарную сердцевину чудного экзотического цветка. Понятно, почему в толпе раз-
дался такой восхищенный вздох, когда появилась Хиромэ. И село оно как влитое, впрочем, уз-
нать е размер было самой простой из моих задач.
Но… неужели я просчиталась?
Хиромэ перестала вертеться, наслаждаясь вызванным у окружающих восторгом, и по-
дошла к микрофону, у которого е ждал отец.
– Добрый вечер, уважаемые гости! Я очень рада видеть вас в нашем доме. Спасибо, что
пришли поддержать меня и Парфена.
Она принялась оглядываться в поисках своего жениха, в пределах досягаемости его не об-
наружила и впервые е улыбка слегка померкла. Парфен дрнулся, но нас скрывал свернутый
занавес, так что прятаться смысла не было. Да и потом – чем это поможет?
Хиромэ вернулась к зрителям и развела руками, как будто пыталась обнять что-то объем-
ное. Раздался восхищенный свист, видимо, тайные поклонники активизировались.
Ну, давайте же, свистите громче! Как я раньше не догадалась кого-нибудь подговорить
специально! Ещ пусть бы цветами забрасывали!
Ну, конечно! Все хорошие мысли, как специально, приходят слишком поздно.
– Я знаю, дорогие мои, чего вы ждете. И я рада, что сегодня вокруг столько родственни-
ков и друзей! Я рада, что вы тут.
Намек увесистый. Видимо, отсутствие жениха на сцене просто ужасающая наглость!
Это последнее, что мне удалось подумать в попытке удержать на месте свои дрожащие
конечности, нервно стучащее сердце и сбивчивое дыхание. Я как будто забыла, как надо ды-
шать – то ли медленные глубокие вздохи, то ли частые и мелкие. В общем, получалось ни так,
ни сяк. Парфен осторожно потянул меня за руку, пока я не прижалась плечом к его плечу.
– Я хотела сказать, - Хиромэ широко улыбнулась – Что отменяю свадьбу! Я еще не готова
связать свою жизнь с мужчиной, который станет отцом моих детей. Возможно, через несколь-
ко лет, познакомившись с Парфеном ближе... С его семьей, кланом и привычками…
Мы уже не слушали.
Сердце колотилось так, что в ушах гремело от притока крови. Они даже заболели. Парфен
молча подхватил меня на руки и куда-то понес, надеюсь, к выходу.
Правда, по дороге повернулся так неудачно, что стукнул меня коленом по какой-то желез-
ке, отчего я чуть не взвыла, но чудом умудрилась промолчать. Не портить же момент?
К счастью, вскоре он поставил меня на ноги. Видимо, понял, что таким образом передви-
гаться мы сможем куда быстрей.
И еще, к счастью, планетарные катера доставки находились неподалеку от здания, поэто-
му к космическому кораблю кисейцев, ожидающему на орбите мы вылетели раньше, чем за-
кончилось терпение, то есть за рекордно короткое время.
Пока мы поднимались, я сидела у Парфена на коленках и тихо с ним переговаривалась.
– В общем-то, я не удивлн, - нейтральным голосом заявил Парфен, хотя глаза у него вс
ещ оставались круглыми. Однако на губах то и дело появлялась улыбка. Правильно, нужно
почаще вспоминать, что вс в прошлом, и что не придтся бросать дом, клан, планету, хра-
нящую вечные деревья. Вспоминай чаще!
– Можно?
Его перчатки так давно мучили меня, так давно дразнили мо любопытство, что я взяла
его за руку, обхватила запястье и попыталась снять ткань.
– Можно.
Перчатка легко сползла и упала куда-то на пол, и я впервые прикоснулась пальцами к его
руке. На тыльной стороне ладоней у него был узор из точек и коротких линий, видимо, для
кисейцев что-то обозначающий. Я потрла узор подушечкой большого пальца – такая шерша-
вая кожа, так будоражит…
– А зачем вы носите перчатки вс время?
Он пожал плечами.
– Хотя бы для того, чтобы прикасаться к родным чистыми руками. Когда-то ношением
перчаток выражали уважение к предкам, а потом оказалось, что без перчаток иногда через ко-
жу чувствуешь их… других людей. Настроение, запахи, мысли. И это не всегда приятно.
– Ясно.
А ладонь совершенно обычная, правда, очень мягкая. Когти слегка заострнные.
Мне жутко понравились его руки. Такие тплые и крепкие.
Как и голос:
– Теперь, надеюсь, ты не будешь мне мешать строить нашу семью?
От услышанного моя челюсть внезапно опустилась вниз.
– Что? Такие неожиданные разговоры о семье меня, между прочим, пугают!