Чтение онлайн

— Возможно, дело в недостатке кислорода, — вставила Валери, но в голосе ее прозвучала столь явная ирония, что Линда пристально посмотрела на нее.

— Валери… — начал Питер предостерегающе, но Линда поняла, что по темпераменту девушка схожа с тигрицей, сходство с которой усиливал цвет волос.

— Конечно, непросто всегда жить в разреженном воздухе… при таком-то росте.

Глаза Линды расширились от удивления. Враждебность Валери раздражала, ругаться с ней не было смысла, но…

— Но в этом есть и свои достоинства.

С этими словами Линда демонстративно повернулась к Питеру — встань она на цыпочки, и они окажутся одного роста, — и скользнула многозначительным взглядом по его губам.

— Э-э-э… Нам лучше уйти, — поспешно заметил он.

Линда взглянула на Валери и, к собственному изумлению, увидела у той в глазах не только ярость, но и с трудом сдерживаемые слезы.

О ком она плачет? О Питере? Но на ее пальце сверкает кольцо, подаренное другим мужчиной… Линда вежливо попрощалась с родителями Питера и пошла следом за ним к машине.

— Не знаю, что случилось с мамой. И зачем она пригласила Валери?

— По-моему, все просто. Это же ее крестница!

— Валери — угроза спокойствию всего дома! Мама просто не понимает этого.

— Она очень хорошенькая, — закинула удочку с другой стороны Линда.

— Это была глупая рыжая девчонка с веснушками.

— Ну, она и теперь все еще рыжая…

— Валери приходила к нам после школы, поскольку ее родители работали допоздна. И мама по доброте душевной не могла смириться с тем, что бедная девочка сидит дома одна.

— А ты с ней не ладил.

— Другие тоже. «Я скажу тете Телме!..» Господи, как же она меня доставала!

Не очень-то хорошая картинка создалась в ее воображении. Если бы не слезы девушки, Линда, возможно, полностью согласилась бы с Питером… Нет, лучше бы ей не видеть печали в глазах Валери!

— Ну же, расскажи мне поскорее про наших! — донимала сестру Маргарет.

Они сидели в кухне, а Чарити у их ног складывала мозаику.

— Да ты все и так знаешь, — отмахнулась Линда. — Папа с мамой мечтают тебя увидеть.

— Надеюсь, что, когда отец выйдет в отставку, они погостят у меня действительно долго… Кстати, как там избирательная кампания?

— Отец убежден, что Крис победит на выборах. Но для верности пригласили из Вашингтона специалистку по связям с общественностью… Чтобы противники Криса не сыграли на том, что он неженат.

— Как же ты переживешь женитьбу Криса? — ехидно поинтересовалась Маргарет.

Сестра бросила на нее испепеляющий взгляд.

— Мне нет до этого дела! Ты что, вечно меня будешь им дразнить?

— Ну ладно-ладно, я просто шучу.

Но это было неправдой. Ее очень обеспокоил невеселый вид старшей сестры.

— Знаешь, Мейди, я тебе завидую, — призналась Линда.

Маргарет не надо было больше слов — взор ее устремился к играющей на ковре дочери.

— Ты прирожденная мать, Лин, — нежно выговорила она, но тут на лице ее отразилась тревога. — Надеюсь, ты не подумываешь насчет искусственного оплодотворения?

— Нет, что ты, — рассмеялась Линда, а потом серьезно добавила: — Не могу допустить, чтобы мои дети завидовали твоим, потому что у них есть папа.

— А у тебя появился кто-то на примете?

Старшая сестра смущенно отвела взгляд.

— Лин! Ну же, скажи мне! Кто это? Ну Лин…

— Ничего я тебе не скажу! — отрезала та.

— Я позвоню домой!

— Бесполезно — родители ничего не знают.

— Так, значит, есть что знать!

— Нет!

Линда не собиралась говорить сестре о своих планах касательно Питера, пока сама не убедится в их жизнеспособности. Ей казалось, что она сможет полюбить этого человека, а он — ее, но все же некоторые сомнения оставались.

Из Питера получится идеальный отец. Это уж наверняка! Так и видится уютный дом и детишки, играющие на ковре у камина. Мальчишки, она так хочет мальчишек! С темными волосами и серыми глазами… Серыми глазами? О чем это она? У ее малышей глаза будут карими. Как у их папы!

Чарити подбежала к ней и обняла.

— А ты привезла мне подарки от бабушки из Америки?

— Чатти! — одернула Маргарет дочь.

Но Линда подмигнула сестре и лукаво спросила:

— И в кого она уродилась?

— Только не в меня! — воскликнула Маргарет.

Но порозовевшие щеки выдавали ее с головой. Обе сестры помнили, как в детстве Маргарет задала тот же вопрос дедушке.

— Бедная мама тогда так смутилась!

— Мне было гораздо хуже, когда меня в наказание заперли в комнате, а ведь это ты подговорила меня спросить.

— Я привезла ей чудное платье, — шепнула Линда.

— Если оно не розовое, как у Барби, она даже не взглянет на него.

— И ты во мне сомневаешься? — воскликнула Линда. — Она просто с ума сойдет от счастья. И даже подобрала соответствующие розовые туфельки с блестками! Только для особых случаев, конечно… А для тебя я специально ездила на показ мод одной очень известной французской фирмы и выбрала такой вечерний туалет, какого ты еще не видела! У него вырез на спине до… словом, почти до копчика. Естественно, ты не сможешь носить его до конца беременности, но ведь уже недолго осталось.

— Покажи… Покажи скорее!

И сестры, хихикая, склонились над свертками и принялись разворачивать красивую упаковочную бумагу. За этим занятием и застал их Брайан.

— Тетя Лин привезла мне розовые туфельки, — похвасталась Чарити.

— А знаешь, что я привезла тебе? — улыбнулась Линда, обнимая мужа своей сестры.

— Не могу представить! — ответил Брайан, не отрывая взгляда от порозовевшей и смущенной жены, держащей в руках серебристо-синее платье.

О, какой же фурор она произведет, когда наденет его! А Чарити бегала в новом платьице по кухне, и было ясно, что по доброй воле она его не снимет.