Чтение онлайн

Извините...

Иваницкий.

Не стоит извинений. Николай Евгеньевич Соболев, о котором я говорил.

(Смотрит на часы).Без пятнадцати шесть. У меня через четверть часа эфир на радио!

Вот, Николай, что значит хорошенькая девушка!

Заболтался, не заметил, как улетело время. Надо бежать.

Ника.

Я тоже пойду.

Иваницкий.

Я думаю, вам есть о чем поговорить с Николаем Евгеньевичем.

Соболев.

(неловко).

Я с удовольствием...

Он провожает Иваницкого в прихожую.

Соболев.

(тихо, яростным шепотом).

Зачем ты ее привел? Зачем ты ее оставляешь? Хочешь все время напоминать мне о той гадости, в которую я вляпался? Что мне с ней делать?

Иваницкий.

Много красивых слов, Николя... Это мой подарок. А что делать с ней, я думаю, она лучше тебя знает. Совершенно развартные глаза. Поверь моему опыту.

Соболев.

Ты все о своем!

Иваницкий.

Я о главном. Дерзай! Я полетел.

Соболев возвращается в кабинет. Несколько озадаченно смотрит на Нику.

Ника.

Почему вы на меня так смотрите?

Соболев.

Извините, обыкновенно смотрю.

Ника подходит к полкам.

На простенках висят гравюры и акварели русских художников из «Мира искуства».

Ника.

Господи, просто сказка...

Соболев.

Это были такие художники. Бенуа, Сомов, Лансере... До революции.

Ника.

Вы мне это объясняете, как ребенку. Я их знаю.

Соболев.

Вы знаете Бенуа?!

Ника.

Знаю. И Остроумову-Лебедеву знаю.

Соболев.

Господи помилуй! Откуда?!

Ника.

А вы думаете, Николай Евгеньевич, что после того, как вы этих художников вышвырнули из России, вы также исключили их из русского искусства?

Соболев.

Я не вышвыривал этих художников из России.

Ника.

Ну, не вы лично...

Соболев.

Стоп, стоп... Знаете что, давайте лучше поедим! Чертовски хочу есть!

Ника.

А я уже ела. Угощали булочками. Кстати, откуда у вас булочки? В голод?

Соболев.

Это Георгий Иванович. Большой спец по добыванию пищи.

Столовая в квартире Иваницкого. Вечер.

Соболев и Ника ужинали: хлеб, тушенка, чай.

Соболев.

Семья на Урале. Старший в девятом классе, хочет стать танкистом.

Ника.

А почему они уехали? Думаете, город будет сдан?

Соболев.

Нет, город мы не сдадим. Но будет трудно. А жена моя Надежда Николаевна, как бы это выразиться, не очень приспособлена к жизни. Она преподаватель музыки...

Ника.

Вы любите жену?

Соболев.

То есть как? Она жена мне... Конечно, люблю...

А скажите, Ника, вы всегда так откровенны с посторонними?

Вы уже сегодня допустили несколько высказываний...

Ника.

Я. Допустила. Несколько. Высказываний... Очень торжественно!

Соболев.

Вы же меня совсем не знаете. Зачем говорить мне...

Ника.

... то что думаешь. Верно? Я просто вижу людей и доверяю своему чувству.

Вы из «бывших», Николай Евгеньевич?

Соболев.

Да, я офицер русской армии. Перешел на сторону большевиков в семнадцатом.

По убеждениям. Ну и что?

Ника.

Я просто вижу – кто побежит доносить, а кто нет. Вы не побежите.

Соболев.

Но присмотреться к вашей сестре, проверить ее... Вполне могу.

Пауза. Возникает какая-то неловкость, что-то происходит именно здесь, в этой паузе, когда они обмениваются взглядами.

Соболев.

Знаете, вы напомнили мне меня самого. В молодости. Меня ведь тоже звали Ника... Впрочем, я не любил этого имени. Оно казалось мне девчачьим... Я любил стихи. «Есть минуты, когда не тревожит роковая нас жизни гроза...»

Ника.

"... Кто-то на плечи руки положит, кто-то ясно заглянет в глаза...»

Соболев.

И это вы знаете... Мой любимый поэт.

Ника.

И мой.

Соболев.

(закуривает).

Вы работаете?

Ника.

Да. В военном госпитале.

Соболев.

Вот как...

Ника.

Можно мне закурить?

Соболев.

Вы курите?

Ника.

Да. Это предосудительно?

Соболев.

Вы не похожи на Веру.

Ника.

А все говорят, что мы как две капли воды...