Александрит
Шрифт:
– Нет, не все, - тихо проговорила я, - я не убедила его остаться дома.
– Рес никогда бы не бросил тебя в беде.
– Я знаю.
Мы помолчали, продолжая лежать в обнимку возле костра.
– Волки защищают тебя, чувствуя в тебе свою хозяйку, - проговорил Кастор спустя какое-то время.
– Они будут нам проводниками на оставшемся отрезке пути, я думаю, что Затерянный город уже недалеко.
– Чего бы не случилось дальше, я хочу, чтобы ты знала, Джина, - начал Кастор, поворачивая своими ладонями мое лицо к себе.
Мы встретились взглядом, я затрепетала, почувствовав в сердце тепло и радость.
– Что?
– Я люблю тебя, Джина, и всегда буду любить. Ты словно искорка света в моей жизни, и я не представляю себя без тебя.
Мы поцеловались, и поцелуй был жарким, страстным и одновременно нежным. Я полностью растворилась в нахлынувших чувствах, доверившись ему - своему сердцу. Сколько прошло времени, я не знала, прежде чем наш поцелуй закончился. Он вечностью растворился на моих губах, и, казалось, вкус губ Кастора я продолжала ощущать много дольше, чем следовало.
– Пойду проверю, как там Рес, - выбираясь из теплых объятий любимого мужчины, произнесла я.
Он нехотя отпустил меня, продолжая наблюдать за мной.
– Рес, ты меня слышишь?
– вновь повторила свой вопрос я, но как и в первый раз ответа не получила.
На его щеках горел румянец, что могло говорить и как о первых признаках улучшения, так и о продолжающейся лихорадке, однако озноб уже не сотрясал его тело.
Я вытерла влажной тряпочкой лоб брата и нежно поцеловала его в лоб.
Видения и голос из сна явью пронеслись передо мной. Волки встрепенулись, подняв морды и уши вверх, неотрывно смотря на меня.
Я все вспомнила. Сон, пророчество, наставника, меч в радужном зале...
И выбор, от решения которого зависела не только моя жизнь...
Затерянный город оказался таким, каким я видела его во сне: полностью выполненный из камня он выглядел мощным, холодным и неприступным. До него мы добирались от лощины меньше двух дней, лишь иногда ненадолго останавливаясь, чтобы перевязать рану Ресу и отдохнуть самим.
Альварес так и не пришел в сознание, продолжая пребывать мысленно в какой-то другой параллельной реальности. Он часто стонал и ворочился от боли, старался очнуться, но пока его попытки были тщетны. Мы соорудили для раненного прочную подстилку, запрягли волков - и получилось что-то типа упряжки, так как на коне Рес ехать точно не мог.
– Добрались, - произнес Кастор, когда мы въехали через главные ворота Затерянного города.
Все было как во сне, я помнила каждый дом, мощенную дорогу, фонтан. Наставника я и не ожидала повстречать - мои воспоминания были свежи и отчетливы: я помнила, как сама убила незнакомца добытым в храме мечом.
– Что-то не так? Ты задумалась, - спросил Кастор, заботливо коснувшись моей руки.
– Все в порядке, - ответила я, - теперь нужно найти одно здание.
– Лира тебе рассказала о нем?
– Почти, - солгала я. Пока не время открывать свои секреты. Тетушка Лира явно не могла знать про Радужный храм и пророчество полностью.
Я должна была отказаться не только от магии, с которой я родилась и жила всю свою жизнь, это была лишь доля жертвы для избавления от проклятия одиночества.
Словно почувствовав мои дурные мысли, Рес громко застонал, а потом открыл глаза, ища взглядом знакомые лица.
– Джина, Кастор, вы здесь?
– испуганно спросил он, когда заметил вокруг себя стаю огромных волков.
– Мы рядом, братик, - нежно сказала я, спрыгнув с Сумрака, и склонилась над Ресом.
– Мои дела совсем плохи, раз ты называешь меня братиком?
– Ты не исправим, Рес.
– Улыбнувшись, проговорила я.
– Мы в каменном городе. Скоро все закончится, и мы вернемся домой.
Рес закашлялся, и на его губах появились капли крови.
– Я знал, что ты сможешь. Ты всегда была сильнее меня.
– Печально произнес Альварес.
– Молчи, тебе сейчас рано говорить, швы затягиваются очень медленно, я боюсь, что они могут разойтись и обнажить рану.
Рес поймал мою руку и прижал к себе. В его глазах читался испуг и истинная братская любовь. Мне будет ее не хватать...
– Джина, - тихо подозвал меня Кастор, - отказавшись от магии, ты не сможешь поддерживать заживление его раны, ведь так?
Его вопрос не терпел лжи и уверток, и я ответила как есть.
– Да, ты прав, Кастор. Без магической поддержки Рес умрет, та тварь, которая напала на него, была отнюдь не призраком. В его кровь попал яд, который препятствует заживлению, отторгает швы и целебные настои. Только ежедневные волшебные символы и колдовские обряды смогут поставить Реса на ноги.
– Получается так, либо ты, либо он?
– прямо спросил меня Кастор.
– Нет, есть еще один способ, но пока я не уверена, что он сработает, - нехотя ответила я.
– Джина, что ты задумала?
– тревога в голосе Кастора слышалась слишком отчетливо, чтобы я легко и просто могла от него избавиться.
Мы замешкались возле фонтана, который ежеминутно отправлял в воздух струи воды, будто его построили только вчера.
– Прошу, не мучай меня вопросами, Кастор.
– Начала я.
– я знаю не больше твоего, - пришлось немного солгать (но это ради твоего же блага Кастор!), - у нас очень мало времени, если мы не поспешим и не попробуем воплотить мою задумку в жизнь, Альварес умрет, а этого я себе никогда не смогу простить.