Чтение онлайн

— Не следует относиться к белой магии легкомысленно, юноша! — заявлял Йохан мне (любому другому за такое обращение морду начистил бы, честное слово). — В процессе нашей работы могут быть призваны к жизни существа, по сравнению с которыми возбудитель серой гнили окажется легким насморком. Мы должны в полной мере сознавать ответственность и неукоснительно следовать правилам!

Я проникся и добавил к его трудам черномагический периметр, отвращающий от лаборатории предельно широкий спектр животных, включая термитов, крыс и котов, а то ведь сгрызут его драгоценное имущество, в решето источат, еще и нагадят сверху.

В Суэссоне начиналась весна, хлестали последние ливни, глубина водоемов достигла максимума и государственные учреждения, по давней традиции, сделали в своей работе месячный перерыв. Такие порядки — по мне!

Освободившееся время я проводил… скажем так, увлекательно: полковник Райк вознамерился сделать из меня скалолаза. От публичного позора меня спасли ненормально развитые для мага мышцы — последствие занятий борьбой, то есть, я не висел, как сопля, на канате и мог забраться на тренировочную стенку самостоятельно, пусть и медленнее, чем остальные. Что называется — предки оборонили, еще одного щелчка мое хрупкое самолюбие не перенесло бы.

— И нафига? Я имею в виду, мне-то зачем эти премудрости, сэр?

На полигоне тренировалось полдюжины «чистильщиков» со спелеологическим уклоном. Весьма разумно, если вспомнить, что в Суэссоне протяженность подземных выработок в разы превышает таковую для проезжих дорог.

— В группе не должно быть слабого звена! Все должны знать специфику работы хотя бы в минимальном объеме.

Так-то оно так, но я почему-то был уверен, что полковник просто хотел поставить на место приезжего хмыря (обычно маги не заморачиваются поддержанием физической формы). В таком случае, защитившие меня предки были родственниками Райка — достаточно было одного-единственного косого взгляда, и я устроил бы дуэль в стиле незабвенного учителя. Фиг бы им помогла накачанная мускулатура!

Но всему приходит конец, даже распутице. Вид голубеющего неба заставлял «чистильщика» кривиться.

— Завтра выдвигаемся, парни, больше времени нам не дадут.

Это понятно: если пресловутые «они» существовали, им разумнее всего вмешаться до того, как Брайен покинет карантин.

Намерения свои «чистильщики» не афишировали.

— Идем как бы на плановый осмотр, давно пора было туда слазить. Ты значишься стажером.

Клево! Скоро у меня будет такой послужной список, что хоть на звание магистра аттестуйся.

Все вменяемые суэссонцы проводили время под крышей, в сухости и тепле, даже бары почти все позакрывались — клиентов не было. Оно и понятно — после каждой поездки на полигон мне приходилось полностью стирать всю одежду и принимать ванну (от въедливой местной грязи обычные чистящие заклятья не помогали). Я злился на весь свет и чем дальше, тем сильнее. Мне не нравился выбранный полковником для спуска день (пятница, тринадцатое), мне не нравилась эта компания (пятеро полузнакомых черных), мне не нравилось легкомысленное настроение Райка, не смотря на весь обещанный профессионализм. И то, что в качестве поддержки наверху оставляли обычных людей, мне тоже не нравилось. «Черный маг всегда прав!» — но тут таких было шестеро, и я оказался в меньшинстве.

— Расслабься! — покровительственно улыбался «чистильщик», снимавших охранку вокруг шахты. — Днем здесь безопасно, а вечером их сменят.

— Мы что, ночевать там собрались?!!

— Конечно! Да внизу разницы никакой нет, что — ночь, что — день.

Заглянув в освещенное голубыми фонарями жерло, я понял, что оно мне тоже не нравятся. Но «чистильщики», жизнерадостно переругиваясь, уже спускались вниз, пришло и мое время делать шаг через край.

Глубина ствола была около трехсот метров, для поверхности такое расстояние — тьфу, но если его же приходится преодолевать вертикально, ощущения совсем другие. Группа спускалась вниз извилистым маршрутом, попутно проверяя натыканные тут и там защитные амулеты, делая привалы (или подвисы?) и вообще — наслаждаясь жизнью. Ни о каком свободном скольжении вниз речи не шло — для этого элементарно не хватало длины веревок. Путь вниз занял два часа, каких усилий потребует подъем наверх, думать не хотелось.

— Ну что, новичок, втыкает?! — орал Райк из-под дыхательной маски (их надели, как только дно шахты показалось внизу). — Это что! Вот мы один раз в тысячную лезли…

Нашел, чем хвастаться — найти самую говенную во всем НЗАМИПС работу! Шороха на них нет.

Шахта почти утратила вид рукотворного сооружения, крепеж проржавел и осыпался еще в незапамятные времена, теперь здесь был просто горный склон, очень крутой и неустойчивый. Внизу рухнувшая порода собралась высоким конусом, под которым не возможно было угадать останки подъемной клети и находившихся в ней людей, картинки чужой памяти с трудом накладывались на вид обветшавших подземелий. Я задрал голову кверху и не увидел света — жерло шахты прикрывал козырек. Что ж, по крайней мере, тут сухо, а солнечный свет все равно сюда не достанет.

— Перерыв полчаса! — объявил полковник, когда ноги последнего «чистильщика» коснулись камней, прибывшие первыми уже отдыхали.

Я прошелся вокруг импровизированного лагеря, выглядывая следы. Особого мастерства это не требовало — все выходившие в главный ствол коридоры были засыпаны едва ли не до потолка и только в одном камни оказались разбросаны, открывая проход. Спрашивается: зачем надо было тащить сюда меня? Полак блинчики печь собирался, уже и сметану к ним купил. Из меня-то повар никакой, а у него хорошо получается…

— Значит, так, — полковник осторожно посасывал через трубочку какое-то зелье, не отрывая маски от лица. — Нечетные — здесь, четные — со мной. Второй прикрывает меня, четвертый — некроманта. Все поняли?

Подчиненные в ответ утвердительно забурчали. Наверху каждого называли по имени, но в подгорной темноте обряженные в маски люди отличались только номерами на комбинезонах.

Вопреки всем моим ожиданиям, в подземельях оказалось пусто и тихо, никакого следа потусторонних гостей.

— Им здесь жрать нечего, — пояснил четвертый номер, — и эхо отвращающих проклятий в шахте мешает. Вот поглубже, там наверняка что-то есть.

Угу, издыхающие от голода нежити, сумевшие проявиться в реальности, но так и не нашедшие себе жертв. Я поежился. Любой зверь на их месте во все лапы несся бы нам навстречу. Хорошо еще, мобильных проявлений потустороннего не так много…

Чуть позже Райк нашел на полу остатки пентаграммы — кто-то изгонял заслонившего проход фому.

— Черный прошел, — заявил полковник и помрачнел.

Я решил, что Гийом лазил сюда со своим помощником. Вот у кого кристалл точно писали! Подчиненные Райка без намеков вынули из мешков оборудование и сняли отпечаток ауры.