Чтение онлайн

Хэммонд невольно отшатнулся.

– Что ты делаешь?
– спросил он почти испуганно.

– Тебе объяснить?

С этими словами Дэви обхватила его руками за шею, чтобы поцеловать еще раз, но Хэммонд снова отстранился - отстранился мягко, но решительно, и она разочарованно опустилась на пятки.

– Значит, нет? Ты говоришь - нет?

– Нет, Дэви.

– Но почему? Неужели ты не хочешь сделать приятное своей старой подружке?!

Ухмыльнувшись, она снова попыталась поцеловать его, но он увернулся.

– Мы больше не дети, Дэви. Время экспериментов давно прошло.

– Тебе будет хорошо, Хэммонд. Гораздо лучше, чем тогда.
– Она улыбнулась самой соблазнительной улыбкой, на какую только была способна.

– Не сомневаюсь.
– Хэммонд улыбнулся и, сжал ее руки ладонями.
– Но я не могу.

– То есть не хочешь?

– Да. Не могу и не стану.

– О господи!..
– разочарованно простонала она. Ее руки скользнули по его груди, задержались у пояса, потом бессильно повисли.
– Скажи же скорее, что это не так!

– Сказать что?

– Что ты не любишь ее.

Хэммонд почувствовал, как у него упало сердце.

– Как.., как ты узнала?
– запинаясь, спросил он.

– О господи, Хэммонд, за кого ты меня держишь?! Вот уже два месяца я постоянно слышу, что вы двое берете работу на дом.

– Стефи!..
– воскликнул он.
– Ты говоришь о Стефи! Дэви озадаченно склонила голову к плечу.

– А что, разве ты не спишь с ней?

Ответить на ее вопрос было куда безопаснее, чем сказать правду, и Хэммонд облегченно вздохнул.

– У меня действительно был роман со Стефи, но сейчас между нами все кончено.

– Честно?
– Дэви подозрительно прищурилась.

– Честное бойскаутское.

– Что ж, в таком случае прими мои поздравления. Не могу выразить, как я рада это слышать. В воскресенье вечером я дала тебе прекрасную возможность облить Стефи Манделл помоями, и, когда ты не сделал этого, я поняла, что все, что о вас говорят, - правда... Или по крайней мере большая часть. Я даже расстроилась, Хэммонд, честно! Ведь у твоей Стефи нет ни класса, ни стиля, ни даже чувства юмора. Готова спорить, что она носит белые туфли не только летом.

Хэммонд рассмеялся.

– Ах ты, притворщица! Ведь я же знаю, ты совсем не так привержена условностям, как говоришь. Дэви сделала надменное лицо.

– Возможно, но есть вещи, которые воспитанные люди себе не позволяют.

– Например, носить белые туфли не только летом.

– Послушай, но ведь ты же влюблен в кого-то, правда?
– неожиданно спросила она и рассмеялась, увидев, как изменилось его лицо.
– Только не надо делать честные глаза и говорить "Кто, я?!", - добавила она, - потому что меня на это не купишь. Я читаю по твоему лицу как по книге!

Хэммонд ничего не ответил, и Дэви, подбоченясь и выставив ногу вперед, покачала головой.

– Я предложила тебе свое роскошное тело, - заявила она.
– Я готова была подарить тебе несколько часов головокружительного секса, прибавим - не требуя от тебя никаких клятв, никаких обещаний, но ты отверг меня! Это может означать только то, что ты либо сменил ориентацию, либо втрескался в кого-то по уши, либо я утратила всю свою привлекательность, и мне остается только удавиться. Итак, отвечай, в чем дело?

Хэммонд улыбнулся.

– Я не стал гомосексуалистом, и ты не утратила ни грана своей красоты.

Он ожидал, что она скажет что-то вроде "Я так и знала!" или "Меня не проведешь, Хэммонд Кросс!", но вместо этого Дэви спросила неожиданно тихим голосом:

– Когда ты с ней познакомился?

– Недавно.

– Кто она: просто новая подружка или она - особенная?

Хэммонд несколько мгновений молча смотрел на нее, решая, солгать или нет. До своего романа со Стефи он встречался со многими женщинами, но ни одна не задержалась надолго. В Чарлстоне Хэммонд считался завидным женихом перспективным, образованным, богатым, и десятки одиноких женщин - молодых и не очень - почти в открытую добивались его благосклонности, да и их мамаши считали его завидной добычей. Даже его собственная мать то и дело знакомила Хэммонда с дочерьми и дальними родственницами своих подруг и знакомых. "Она очаровательная юная леди из приличной семьи"; "Ее родители из Джорджии, они торгуют лесом. А может быть - автомобильными покрышками"; "Она - само очарование, к тому же у вас с ней много общего" - примерно такими словами Амелия Кросс предваряла появление в их доме очередной претендентки на его руку и сердце. Дэви была в курсе этих матримониальных устремлений матери Хэммонда, и он несколько мгновений колебался, решая, не сказать ли ей, что и в данном случае речь идет о чем-то подобном.

Но это было бы нечестно и непорядочно. Дэви была его старым, испытанным другом, к тому же Хэммонда уже тошнило от необходимости лгать и изворачиваться. Нет, обманывать он не будет, но ответить честно... Это тоже невозможно.

Сев на краешек дивана, Хэммонд свесил руки между расставленными коленями и посмотрел на Дэви снизу вверх.

– Господи, - сказала она, беря в руки бокал.
– Неужто у тебя это так серьезно?

– Она - не новая подружка, - сказал Хэммонд, сделав над собой усилие. Что касается того, насколько она особенная... Я просто не знаю. Пока не знаю.

– Вы слишком мало знакомы?

– Нет, тут все гораздо сложнее...

– Она что, замужем?

– Нет.

– Тогда в чем сложность?

– В чем?..
– Он немного подумал.
– То, что между нами происходит, почти невозможно.

– Но почему? Я не понимаю!..

– Я не могу говорить об этом, Дэви.
– Эти слова он произнес резче, чем намеревался, однако самый тон его голоса подсказал ей, насколько деликатную тему она затронула. Видимо, поэтому Дэви не стала настаивать.

– О'кей, Хэммонд. Если тебе понадобится помощь...

– Спасибо.
– Он взял ее за руку и, сдвинув к локтю звякнувшие браслеты, прикоснулся губами к запястью.
– Что меня выдало?
– спросил Хэммонд, поднимая голову.

– То, как ты себя ведешь. Он выпустил ее руку.

– А как я себя веду?

– Так, словно ты стоишь в очереди на принудительную кастрацию и твой номер - следующий.
– Вырвав руку, которую Хэммонд по-прежнему держал в своей, Дэви отошла к бару и смешала себе новый коктейль.
– Когда вчера на похоронах я увидела тебя, я сразу догадалась, что с тобой что-то неладно. Твоя карьера находится на подъеме - я знаю это точно, поскольку я как-никак приложила к этому руку. Родители твои, слава богу, живы и здоровы, и, хотя ты с ними не очень ладишь, с этой стороны тоже как будто все нормально. Остается одно - у тебя проблемы личного характера...