Чтение онлайн

Возвращенья срок, прошу тебя, назначь!

Беком и тюрей, как я, зовешься ты,

Весел и удал, в походы рвешься ты.

Смерти не боясь, отважно бьешься ты —

Друг Караджанбек, когда вернешься ты?

Вот уедешь ты в простор степных дорог,

И Чибар с тобой, мой преданный конек,

Я же здесь в тоске зачахну, одинок, —

Не томи меня, назначь приезда срок!

Байчибар, мой конь, уходит под тобой, —

Видно, суждена разлука нам судьбой.

Пусть я сам зачахну от печали злой,

Лишь бы жив-здоров Чибар вернулся мой!

Клятву я тебе, Караджанбек, даю:

Только возвращусь на родину свою,

Не один, — с тобою, — в том родном краю

Жизнь благоустрою тотчас, как в раю!

Если я с тобой делюсь конем своим,

Значит я навек твой друг и побратим.

С калмык

а

ми ты уйдешь путем своим,

Будь, что будь — ты мной, как брат, любим и чтим, —

Так скорей вернись здоров и невредим!

Содержи коня опрятно моего,

Приведи скорей обратно ты его,

Делая добро для брата твоего,

Ты — во имя нашей дружбы и любви —

Возвращенья точный срок мне назови!

Опечалился Караджан и такое слово сказал в ответ:

— Подо мной арабский твой тулпар игрив.

Друг мой Алпамыш, будь тверд и терпелив.

К Бабахан-горе дней сорок мне пути,

С Бабахан-горы — не менее пяти, —

Дней за сорок пять могу назад прийти.

Калмык

и

мне дружбы нашей не простят.

Если чем-нибудь они мне отомстят:

Или Байчибара тайно повредят,

Или я с коня насильно буду снят,

Если на боку отточенный булат

Я не сохраню, мой друг, названый брат,

Если не вернусь за этот срок назад, —

Ты уже тогда меня не поджидай

И меня с конем погибшими считай.

Я ни пред людьми, ни пред судьбой не трус,

Послужить тебе по совести берусь, —

Дней за сорок пять, пожалуй, обернусь.

А пока вернусь — ты не скорби, мой друг,

Может быть, беда пройдет и мимо, друг!

Мне пятьсот врагов — ничто, коль ты — мой друг!

Страха за меня не знай, любимый друг!

Мой булат остер, и туг мой меткий лук —

Где б судьбою ни был я застигнут вдруг, —

Духом не паду, не опущу я рук.

Я тебе, мой друг, скажу — не умолчу, —

Посрамить твоих соперников хочу:

Твоего коня я на байгу помчу —

Недругам навеки жизнь я омрачу.

Если ты мне дал коня та косо, друг,

Дней чрез сорок пять сойдемся снова, друг!

Говорит тебе такое слово друг, —

Значит не горюй, не жди плохого, друг!..

Вот, наконец, и пустились в путь участники байги. Алпамыш остался один и грустно в шатер отправился. «Сорок пять дней, — думал он, — пройдут скоро. Караджан победителем вернется о байги — счастье привезет мне и Ай-Барчин». Так утешал он себя. А в это время сорок девушек Барчин во главе с Суксур в шатер пришли к нему, принесли блюда с вкусными яствами, да-стархан расстелили. Пришли они, а участники байги были уже далеко. Сказала Суксур Алпамышу такое слово;

— Осень подошла — поблекли все сады.

На деревья червь напал и съел плоды.

Разума лишусь я от такой беды, —

Горя моего к тебе ведут следы!

Весть ко мне сейчас недобрая дошла:

Плохи, бекиджан, увы, твои дела.

Слыхано то где и видано то где ж:

Витязь-конник стал по доброй воле пеш!

Иль ответом добрым сердце мне утешь,

Иль дурным ответом ты меня зарежь:

Правда ль, что калмык на Байчибара сел?

Чтоб он, тот калмык, не возвратился цел!

Ой, мой бекиджан, как ты душою слаб!

Я бы недругу коня не отдала б, —

Вырви ты его теперь из вражьих лап!

Глупости своей ты малодушный раб!

Разве оправдает дружбу тот калмык?

Верную ль сослужит службу тот калмык?

Как в чужой стране так поступаешь ты?

Встретил калмык

а

— и сразу таешь ты.

Горькую мою теперь послушай речь!

С калмык

а

ми ты еще не ведал встреч —

Как бы мне тебя от горя уберечь?

Ты крылатым был — теперь бескрыл, джигит.

Скакуном ты был, — лишился ты копыт.

Потеряв коня, натерпишься обид!