Чтение онлайн

— А ты бы хотела, чтобы я женился? — Карриган склонил голову.

— Я? Я бы хотела, чтобы ты был счастлив, Грейт, ты же знаешь. Отличное вино, кстати, — она отпила ещё немного.

— Как Ирдион?

— Всё также стоит на скале, если ты об этом, — рассмеялась она переливчатым смехом.

— Теперь понимаю, что я по тебе скучал, — улыбнулся Карриган в ответ. — А как дела в Рокне? Как поживает Её величество?

— И я скучала по тебе, по твоему теплому гостеприимству и галантности. Ах, Грейт, меня окружают сплошь мужланы! А вот у тебя я отдыхаю душой.

Ребекка откинулась в кресле, глядя в окно сквозь розовый напиток, играющий в хрустале бликами зари, и перевела разговор на королеву.

— Её Величество посетила Бал невест, ну и всё, как обычно, слава Богам, жива и здравствует, — она осторожно поставила бокал на мраморный столик, — но я думала, что это ты расскажешь мне о делах Её величества. В последнее время, говорят, ты очень близок ко двору.

— Всё, как обычно, сильно преувеличено, — Карриган развел руками.

Она помолчала, ожидая, видимо, что он хоть что-то добавит, но Карриган только подлил вина в их бокалы.

— Скромность тебе не идет, Грейт. Сорок восемь кораблей пришло из Ашумана за эти полгода... и тридцать пять из них твои, — она улыбнулась, глядя искоса, а в голосе патока с медом, — и каждый с патентом от Её величества...

Она встала и прошлась вдоль арок галереи, выходящей в тенистый сад. Ветер шевелил листья акаций, и ажурная тень трепетала на рыжих мозаичных плитках.

— ...без пошлин. Без налогов, Грейт. А ещё, не без помощи друга нашего Эмунта, ты строишь дорогу через горы Босхи напрямую в эддарский порт и водишь за нос бедолагу лаарского князя, который, занятый своей войной, и не подозревает, что хрустальные бокалы скоро останутся на столе только у тебя, как большого ценителя традиций…

Ребекка развернулась и посмотрела на Карригана внимательно, расправила веер, обмахнулась лениво и, видя, что он молчит, продолжила:

— …впрочем, это, конечно, дело твое, только вот есть одна тонкость... ты ведь сговорился с Саламандрами о строительстве печей для выплавки стекла. И одну даже построил. Причем, тайно! — она улыбнулась и подняла вверх изящный пальчик. — Твой песок, их огонь, ашуманские краски и мастера... И это бы ничего — портить жизнь Ибексам, вытесняя их хрусталь, опять-таки твое личное дело. Но ведь у этих печей работают люди, а как ты помнишь третье правило Канона — люди не должны соприкасаться с айяаррской магией. Ты же не станешь утверждать, что огонь в этих печах поддерживают хворостом, собранным в лесу, а не айяаррским Источником?..

Она с шумом сложила веер и хлопнула им по ладони. Карриган по-прежнему молчал, и на его лице нельзя было прочитать никаких эмоций.

— …А ведь не за горами выбор в совет прайдов Огня. Идет борьба за Красный трон. И Саламандры, Стрижи и Молнии готовы порвать друг другу глотки. А я как раз еду в Эддар к Стрижам, и ты, наверное, знаешь, какая болтушка леди Хейда Драго. Что, если я шепну ей пару слов о том, что узнала всё это от тебя? И как, ты думаешь, посмотрят на твои шашни с Саламандрами Стрижи и Молнии? Для них это повод выбросить Саламандр из битвы, как нарушивших Канон. Сомневаюсь, что их верховный джарт простит тебе такую оплошность. Уж я не говорю, что о нарушениях Канона стоит поговорить на совете Старших Стражей…

Губы Карригана сложились в жесткую складку, он развел руками и ответил:

— Ты, как я вижу, осведомлена обо всем на свете. И у твоего молчания, очевидно, есть какая-то цена. Так что ты хочешь знать, Ребекка, из того, что еще не знаешь?

Он бросила веер, отпил из бокала, глядя поверх него холодным взглядом.

— Удиви меня, Грейт, — она улыбнулась ему снова мило и лукаво.

Он усмехнулся.

— Ты знала, что у Эмунта есть сын?

— Ну... ты не открыл мне глаза, скажем так. Все мы не без греха. И желание Эмунта продлить свой род и обогатиться за твой счет и за счет Саламандр, меня мало интересует. Попытка номер два?

— Хорошо. Я могу рассказать тебе кое-что, но хотелось бы узнать кое-что взамен. Подсласти свой шантаж, Ребекка, и я отдам в твои нежные руки все свои тайны, - криво усмехнулся Карриган.

— И что же ты хочешь знать?

— Кое-что о Лааре.

— Ты все-таки решил добить несчастного лаарского князя? — усмехнулась она, возвращаясь, и садясь на кушетку. — Ты бессердечен, Грейт.

— Я лишь пользуюсь ситуацией — приумножаю богатства. Ничего личного, Ребекка, мы всё больше живем в мире людей, а в нем деньги — тот же Источник, и чем их больше, тем ты сильнее.

— А ты стал корыстным, Грейт, совсем, как кахоле. Так что именно ты хочешь знать о Лааре?

— Скажи мне, зачем Ирдион тайно отправил туда вашу шейду?

— В Лааре? — спросила Ребекка удивленно.

— Так ты не знала? — он прищурился.

Она раскрыла веер и обмахнулась им несколько раз.

— Но откуда об этом знаешь ты, Грейт?

— Эмунт попросил Нэйдара незаметно переправить в Лааре одного ювелира. Женщину. А у Нэйдара нет от меня секретов, и он сказал, что эта женщина такой же ювелир, как я лавочник. Эта женщина умеет читать память вещей. Несложно было сложить два и два.

— Ты уверен, что это попросил сделать именно Эмунт?

— Да. Уверен. Так что происходит, Ребекка? Почему всем вдруг понадобилось ехать в Лааре?

— Всем? — она метнула на Карригана цепкий взгляд.

— Хорошо. Я расскажу тебе кое-что и надеюсь удивить тебя, а в ответ рассчитываю на твоё молчание насчет наших с Саламандрами дел, ну хотя бы до некоторых пор, — Карриган присел рядом с ней на кушетку и произнес тихо, почти шепотом: — Её величество попросила меня переправить своего человека в Лааре. Незаметно.

— Идет война, переправлять шпионов к врагам — что тут такого удивительного? — спросила Ребекка, не сводя с Карригана глаз.

— Этот человек был для неё крайне важен.

— Почему ты так решил?

— Потому что я отказался его переправлять, а мне напомнили про один старый долг, и попросили его вернуть таким образом — помощью этому человеку. А это, поверь мне, очень высокая цена за такую ничтожную услугу. К тому же это не просто человек. Это ичу — ашуманский слуга Бога ночи. Не думаю, что это обычный шпион. Что-то затевается. Выводы делай сама.