Амурские звери

Проснувшись, медведь потянулся, почесал пузо и выполз из берлоги. Амур сверкал в лучах восходящего солнца, ветер гудел в верхушках кедров, утро обещало быть замечательным. Медведь поревел на всю тайгу, чтобы разбудить соседей, сломал для порядка и без того разбитую молнией березку и полез к воде умываться. Он уже начал чистить зубы, когда почувствовал, что на плечо легла чья-то мягкая лапа. Медведь слегка напрягся. В принципе, он не боялся почти никого.

Единственным зверем, который доставлял ему неприятности, был тигр. Но тот не стал бы подкрадываться сзади. С тигром они выясняли отношения открыто, честно и по-мужски, а главное, как можно более громко.

– Ну, кто там балуется?
– спокойно спросил медведь и прополоскал пасть. Отпустив в воду потрепанную ондатру, которая работала у него зубной щеткой, Миша повернулся, собираясь объяснить неизвестному дураку, почему с медведями следует быть вежливым.

– Хм-м-м, - сдержанно сказал Хозяин Тайги, глядя на сидящую на задних лапах рысь. Рысь медведь не то, чтобы побаивался, а просто не любил связываться. Во-первых, она приходилась дальней родственницей тигру, а с тигром Миша старался драться не чаще, чем раз в месяц. Во-вторых, рысь и сама по себе была не подарок. Как-то по молодости медведь сцепился с одной такой, с кисточками. Он до сих пор просыпался в холодном поту, вспоминая, как скакал по лесу, ударяясь о деревья, чтобы стряхнуть с загривка воющий клубок когтей.

– Рыся, тебе... в смысле, ВАМ, чего?

Рысь посмотрела на Топтыгина невозможно круглыми желтыми глазами и вежливо мяукнула:

– Михаил, у вас не найдется морковки?

Миша почесал голову тяжелой лапой. Не каждый день к тебе ни свет ни заря заявляется рысь и просит овощей. «На диету, что ли, села?» - подумал медведь, а вслух спросил:

– А Вам, простите, зачем?

– Как зачем?
– удивилась кошка, - Чтобы есть.

– Худеете?
– несколько бестактно поинтересовался медведь.

– Почему худею?
– продолжала недоумевать Рыся.
– Я кушать хочу.

«Интересно», - лихорадочно соображал Топтыгин.
– «Где эти сволочи-пчелы собирали мед, который я вчера у них украл? И ведь съел-то немного».

– Поправьте меня, если я ошибаюсь, - лопаясь от вежливости осведомился Миша, - Но рыси, кажется, едят мясо?

– Так это рыси, - мило улыбнулась кошка.

«Я схожу с ума», - понял медведь, но виду не подал и, придвигаясь бочком к деревьям задал главный вопрос:

– А, позвольте поинтересоваться, ВЫ сами кто будете?

– Как кто?
– еще шире распахнула очаровательные глаза Рыся.
– Ой, Миша, вы такой смешной. Я же Заинька!

Медведь перестал карабкаться вверх только когда почувствовал, что вершину кедра опасно раскачивает.

– Заинька...
– повторил Хозяин и глупо захихикал. Больше всего пугали глаза кошки - круглые, желтые и чистые.

– Миша... Ми-и-иша...
– донеслось с соседнего дерева. Медведь обернулся и глубоко вздохнул: - А ты у нас кто, белочка?

Волк весил поменьше и залезть сумел повыше. Теперь он висел, обхватив ствол передними и задними лапами, и судорожно пытался обвить кедр коротким хвостом.

– Вот ты с-с-смеешься, а... а.. ко мне она п-п-первому подошла!

Оба помолчали.

– Миша, слушай, а как ты так ловко за дерево держишься? А то у меня лапы затекли, сейчас как грохнусь...

– Когтями цепляйся, - ответил медведь, чувствуя, что он и сам, похоже, провисит недолго. Не медвежонок, чай...
– С-серый, у нас пожаров вроде в последнее время не было? Может она дыма какого-то нанюхалась?

– Да не было пожаров, я уж сам думал, - с надрывом ответил волк.

– Тогда не понимаю. Слушай, надо что-то делать. Нам только сумасшедшей рыси в лесу не хватало. Ладно она себя пока зайцем считает. А то решит, что горностай - вот наплачемся.

Волк вздрогнул. Даже по суровым таежным меркам горностай считался зверем не по-звериному лютым.

– Да кто спорит...
– оба опять замолчали. Внезапно волк как-то нехорошо посмотрел вниз и окликнул топтыгина: - Миш, а Миш... А она к тебе лезет...

Медведь с ужасом оглянулся и видел под собой улыбающуюся морду с бакенбардами.

– Я, собственно, насчет морковки...
– вежливо сказала рысь, - А то Вы так быстро на дерево побежали, я даже подумала, что чем-то Вас обидела...

– Нет-нет, что Вы, это у меня такая китайская гимнастика для похудения, - быстро ответил Михайло Потапыч.

– Как у волка? Он тоже очень быстро на дерево залез.

– Так это он меня и научил!
– с вымученной улыбкой ответил Топтыгиин.

– Ой, как интересно. Так как там насчет морковки?

Медведь лихорадочно соображал. Он где-то слышал, что сумасшедших не следует беспокоить, а то они могут сделаться буйными. Представив себе буйную рысь, Хозяин чуть не свалился с кедра. Значит говорить, что морковки у него нет, никогда не было и вообще он ее не ест, нельзя.

– А-а-а...
– озарило медведя.
– А зайцы не лазают по деревьям!

– Как не лазают?
– удивилась кошка.

– А вот так! Совсем не лазают. Это противоречит Пути Зайца. Правда-правда, кого хочешь спроси.

Рысь почесала физиономию передней лапой.

– А как же я тогда тут оказалась?

– А ты, наверное, задумалась. но сейчас опомнишься и сразу спустишься вниз.

– В самом деле, - задумчиво сказала Рыся и спустилась с дерева. Медведь облегченно выдохнул.

– Вы не возражаете, если я подожду, пока вы закончите зарядку и спуститесь?
– донеслось снизу.
– Понимаете, очень хочется кушать.

С соседнего кедра донесся сдавленный всхлип.

«Если Рысь представляет, что она заяц, то что ей помешает решить, что я - морковка?» - в ужасе подумал медведь. Может, лучше разжать лапы? По-крайней мере, будет быстрее и не так больно...