Чтение онлайн

Княгиня Енисейская, Софья Ивановна Александрит, в последний раз взглянула на предоставленные ей документы. Оторвав взгляд от бумаг, она посмотрела на двух сидящих перед ней мужчин: боярина Максима Леонидовича Форсина – министра социального развития и строительства Енисейского княжества, и Виктора Геннадьевича Хорькина – второго заместителя министра экономического развития.

– Что ж, судари, предлагаю на этом и закончить. Строительство нового многоэтажного квартала на юго-востоке Клинского района начинаем немедленно. Договора на продажу квартир и участие в долевом строительстве начинайте подписывать уже сейчас.

– Как прикажете, ваше сиятельство, – склонился в поклоне Форсин.

– Будет исполнено, ваше сиятельство, – поклон Хорькина был ещё ниже. Однако в словах Слуги рода Александрит слышалось скрытое недовольство.

Софья закатила глаза, пока оба мужчины смотрели в стол.

– Виктор Геннадьевич, – холодно произнесла княгиня, – прошу вас оставить ваше недовольство при себе. Я знаю, что вы предпочитаете зарабатывать деньги, а не тратить их. И я прекрасно понимаю, что условия строительства и заселения этого квартала, при котором мы планируем возместить всего от пятидесяти до семидесяти пяти процентов вложенных средств, вам совершенно не по нраву.

Хорькин встрепенулся, вскочил на ноги и склонился под углом девяносто градусов:

– Прошу меня простить, ваше сиятельство! Виноват! Очень виноват! Сильно виноват!

– Достаточно, – ровным тоном произнесла княгиня. – Поднимите голову. Вот так-то лучше, – она одарила его короткой полуулыбкой. – Виктор Геннадьевич, мне самой не по нраву, что казна почти пуста, зато ссуд у нас немерено. Но мы не можем ждать, когда княжество разбогатеет. Уже сейчас нам необходимо заниматься его развитием и привлекать новых подданных. В том числе и путём предоставления достойным кандидатам жилья в рассрочку и гораздо ниже рыночной стоимости.

– Я… я всё понимаю. Ещё раз прошу простить меня за мой неподобающий тон. И за то, что вам пришлось потратить время, объясняя мне это. Простите, ваше сиятельство, я приложу все усилия, чтобы, несмотря на дотационные проекты, казна княжества лишь пополнялась.

– А я прослежу, чтобы у Виктора всё получилось, – Форсин, несмотря на свою крупную комплекцию, тоже довольно резво вскочил перед княгиней. Приобняв Хорькина, он заставил того ещё раз поклониться и поклонился сам.

– Благодарю вас за службу, судари. А теперь, прошу вас, приступайте к своим обязанностям. Меня ждёт сеанс связи с Аскольдом Андреевичем.

– Не смеем вас больше отвлекать, ваше сиятельство. Прошу вас, передайте его сиятельству наши пожелания громкой победы и скорейшего возвращения.

Ещё раз поклонившись, Форсин потащил Хорькина прочь из княжеского рабочего кабинета.

– Ты так не наглей-то, а. А то разбаловал тебя его сиятельство… Эх, разбаловал. А ведь с помойки подобрал… – донеслось до слуха Софьи ворчание Форсина, который, идя по коридору, отчитывал своего номинального подчинённого.

«Разбаловал? Ну-ну, – усмехнулась про себя Соня. – У моего мужа не забалуешь».

Спустя несколько секунд в кабинет вошла девушка с русой косой – служанка Алла, перешедшая от Троекуровых к Александритам после того, как Софья вышла замуж.

– Госпожа, к сеансу связи всё готово. Подать чай в переговорную?

– Да, – после секундного размышления произнесла Соня. – Чёрный. Со смородиной. И… блины с утра остались? Вот их, пожалуйста. И… сырники есть?

– Будут, госпожа, – послушно кивнула девушка, привыкшая к тому, что у княгини последнее время просто зверский аппетит.

Через пять минут Соня сидела в кресле в небольшой комнате и за обе щеки уплетала свой второй завтрак. Прикончив пятый блин и накинувшись на сырники с мёдом, молодая княгиня подумала, что стоит оставить место для обеда.

«Глупости», – мотнула она головой в ответ на собственные мысли и вонзила вилку в третий по счёту сырник.

Послышалась звонкая трель. Молодая женщина мигом отложила столовые приборы и нажала на кнопку вызова.

– Княгиня Енисейская слушает, – с достоинством произнесла она.

– У княгини Енисейской просто чарующий голос, – услышала она в ответ столь любимый самоуверенный тон. – Привет, радость моя. Как ты там поживаешь?

– Дорогой… Аскольд… – пробормотала Соня, растроганно улыбаясь. – Как же я рада тебя слышать. У меня всё отлично! Работаю на благо княжества. Только… скучаю по мужу. Сильно-сильно. Да… ты говорил, я могу быть сама собой, когда мы наедине, вот и выслушивай теперь подобные речи.

– С радостью слушаю, – усмехнулся он. – Приятно, когда тебя любят и ждут. Но, извини, ещё подождать придётся.

Софья моргнула, стряхивая набежавшие слезинки, выпрямила спину и подобралась.

– Да. Я понимаю, – проговорила она. – Глупо было бы надеяться на твоё раннее возвращение. Хотя… я всё равно надеюсь. Как вы там? Всё оказалось сложно? – её голос стал серьёзным.

– В целом ненамного сложнее, чем мы ожидали. Но ничего, справляемся. Не о чем волноваться.

Соня нахмурилась. В голосе её мужа, как и обычно, не было ни доли сомнения. Однако сама Софья не сомневалась, что на севере идут ожесточённые сражения. Вот только очевидно, что Аскольд решил не вдаваться в подробности, чтобы лишний раз не беспокоить жену.

– Когда вернёшься, обязательно расскажешь мне обо всём в деталях, – твёрдо проговорила княгиня.

– Договорились, – также твёрдо ответил ей князь.

Софья выдохнула, сделала глоток чая и откинулась на спинку кресла.

– Вкусный напиток? – спросил динамик устройства связи.

Княгиня вздрогнула и смутилась.

– Ты слышишь, как я пью?

– А что в этом такого? Подумаешь, хлюпнула. Я иногда слышу, как ты слюни на подушку ночью пускаешь.

– Аскольд! – смущённо возмутилась молодая княгиня.