Чтение онлайн

– А может, тебе стоит постараться, смертная. Ты слаба. Тебе нужно нарастить мышцы.

– Я не слабая!
– Сжав руки в кулаки, я позволила разочарованию и безжалостной усталости поглотить меня.
– Прости меня за то, что я не заинтересована в играх с символами, когда моя сестра, возможно, мертва!

– Если она мертва, то какого черта ты так хочешь вернуться к ней? Ты сама сказала, что ты нежеланная!
– Ее слова ударили меня по лицу, и жжение обжигало мои щеки.

– Ты не поймешь. Ты бессердечная бессмертная, как твой брат!

Ее глаза блестели и мерцали, она сердито посмотрела на меня.
– Если бы я была моим братом, я бы уже скормила тебя огненным драконам!

Я вскочила на ноги и махнула ей рукой.
– Тогда сделай это!

Рикайя отлетела назад и ударилась о решетку. Она вздрогнула от удара, а затем скользнула на пол.

– О, Боже.
– Я бросилась к ней и упала на колени рядом с ней.
– Мне так жаль. Ты в порядке?

Она усмехнулась, потирая затылок.
– Наконец-то. Видишь? Иногда глифы можно изучать физически.

– Что случилось?

В ладони разгорелось жгучее ощущение. Я перевернула руку и увидела три извилистые линии, похожие на три открытых пореза, вырезанных на моей коже.

– Поздравляю, смертная. Ты заслужила новый глиф.

Я провела пальцем по ранам, размазывая кровь по ладони.
– Так это работает?

– Да. Когда ты впервые успешно используешь глиф, он навсегда остается на твоей ладони.
– Она подняла свои ладони, чтобы показать семь символов — четыре на левой и три на правой.
– Это силы, которыми я владею.

– »Семь?

– Ты можешь вызывать только глифы, основанные на твоей родословной. Отсюда и тренировки. Тебе нужно понять, каковы твои силы. Некоторые из них базовые и известны как второстепенные глифы. Все маги-рожденные овладевают ими, потому что они просты.

Она пошевелила пальцами левой руки.
– Некоторые вызываются гораздо сложнее и требуют интенсивной концентрации. Это главные глифы.

– Могу я спросить, что это за глиф?
– Я указала на шрам, сложный символ из завитков, линий и точек, заключенный в круг.

– Я эмпат. У моей матери был такой же глиф.

– Ты чувствуешь эмоции других? — спросила я, изучая символ.

– Я впитываю эмоции. Но только когда хочу. На самом деле это проклятие.
– Она усмехнулась, сгибая пальцы над ним.

Я вспомнила ужасающие шрамы на руках Зевандера.
– Твой брат... У него их так много.

– Да, ну, он немного аномалия. У большинства лунасиров есть только один или два основных глифа. Иногда три, как у меня. Я могла бы узнать больше, но на это уходят годы, и только те, кто учится в Доме мудрецов, получают доступ к другим глифам.

– Что такое лунасир?

– О... урок истории.
– Она провела руками по своим длинным серебристым локонам.
– Лунасир — это наша раса. Так что маги в некотором смысле похожи на людей, но бессмертны и... честно говоря, гораздо интереснее. Мы делимся на лунасиеров и солассионов. Лунасиры получают свои силы от лун. Солассионы — от солнца.

Я провела рукой по лбу, но это не помогло мне разобраться во всей информации, которую она только что мне предоставила.
– Я думала, что вы получаете свою силу от крови.

– Да, но для этого нужны питательные вещества и энергия. Без луны мои силы слабы.

– Понятно. Долион — лунасир?

– Нет. Он — Элвинир. Их сила немного загадочна, но большинство из них могут управлять глифами, как маги. Для них она не основана на крови, а на понимании и нексумисе, духовной связи, которая существует между элвинирами и глифами. Долион — высокий маг, а это значит, что он овладел многими глифами.
– Она поднялась на ноги, отряхнула пыль с юбки, а затем протянула мне руку, чтобы помочь подняться.
– Наш маг-лорд, служащий королю, может использовать почти все глифы, хотя они не так сильны, как те, кто владеет кровью. Возьми, к примеру, моего брата. Его сила была дана ему Сейблфайром. Магический лорд, конечно, может владеть Сейблфайром, но не так умело, как Зевандер.

– Что такое Сейблфайр?

– Это черное пламя, настолько горячее, что может разложиться тело за секунды.

У меня пересохло во рту от этого образа. Это напомнило мне о черных отметинах на его коже.
– Понятно. Сейблфайр — это ваша кровная линия?

– Нет. Мой брат проклят им.

– А скорпионы?

– Они его продожа, — сказала она, беря кусок хлеба, который все еще лежал на столе. Вместо того, чтобы выбрать джем, она открыла вторую банку с густой черной субстанцией, которую намазала на хлеб, прежде чем откусить кусок.
– Мммм. Магда делает лучшее варенье из жуков.

Мой желудок скрутило.
– Варенье из жуков? То есть из насекомых?

– Оно вкусное.
– Она подняла хлеб и откусила еще кусок.
– Я люблю, когда оно хрустящее.

Я проглотил комок в горле.
– А розовое варенье?

– Из внутренностей.

Кислота поднялась мне в горло, и мое лицо, наверное, побледнело на три оттенка белого.

Она фыркнула от смеха.
– Я шучу. Твой — из горьких ягод.
– Она откусила еще кусок хлеба.
– Боги, Мэйв, ты выглядела так, как будто сейчас блеванешь.

Хотя я улыбнулась, мои мысли задержались на имени.
– Ты назвала меня Мэйв.

– О, тебе не нравятся уменьшительные формы?

– Нет, все в порядке. Алейсея всегда называла меня Мэйв.
– Меня охватила волна эмоций, и я прочистила горло.
– В любом случае, про… до… са. Что это?

– Про-до-джа. Это защитная форма магии крови. Существо, которое неизменно проявляется в форме любой магии, которой владеет человек.