Анастасия

Жила-была Анастасия. По полному имени Лунова Анастасия Леонидовна. Но она предпочитала, чтобы её звали просто Настя.

Итак, жила-была Настя, голубоглазая девочка со светлыми волосами.

Как и многие девочки, она мечтала о чистой и счастливой любви на всю жизнь. О такой любви, которая заселяется в сердце один раз и навсегда получает там прописку. Такую жизнь показывали в мультфильмах: принцесса встречает принца, они влюбляются друг в друга и спустя некоторое время Happy End. Никак иначе. Happy End только после «И жили они долго и счастливо».

Итак, как и многие девочки, Настя мечтала о чистой и счастливой любви на всю жизнь. Любовь эта должна была перетечь в счастливую семью, начинающуюся с пышного белого платья и золотых колец. Настя была уверена – в её будущей семье будет царить гармония, а ссор не будет никогда. Настя будет готовить вкусные блюда, и они будут вместе ужинать при свечах, гулять за ручку, посещать театры и много-много путешествовать.

Да, посещать театры и путешествовать! Их жизнь не будет скучной. Это будет жизнь, богатая на приключения.

Настя обожала приключения и, читая сказки, она не видела себя в роли принцессы, дожидающейся прекрасного принца, сидя в башне, которую охраняет злобный дракон. С намного большим удовольствием она сама сразилась бы с драконом, преодолев перед этим сотни километров по бескрайним полям и высоким горам.

В детстве у Насти была книга с самыми красивыми местами планеты. На развороте этой книги была карта мира. В десять лет Настя отметила там все города, в которых хочет побывать, и все места, которые обязательно стоит увидеть своими глазами. В итоге практически каждый сантиметр карты оказался помеченным галочкой. Объездить эти места она, конечно же, хотела с любимым человеком. Не в одиночку же по миру шататься.

Как и у любого ребёнка у неё было крайне развито любопытство и желание нарушать любые «нельзя».

У них была собака. Самая добрая в мире.

– Не трогай Рекса, когда он ест! – Сказала мама, когда Насте было четыре. А потом, упреждая вопрос, который непременно последовал бы от любопытной дочери, добавила. – Не только Рекса. Любую собаку не трогай, когда она ест.

– Почему? – Спросила девочка.

– Потому что нельзя! – Мама часто отвечала коротким и холодным «нельзя» вместо того, чтобы объяснить, почему нельзя.

«Интересно, а что будет, если я трону собаку, когда она ест?», – подумала Настя и решила найти ответ на этот вопрос. Найти разгадку предстояло эмпирическим путём, то есть методом, основанным на эксперименте и собственном опыте.

Когда Рекс уплетал еду, виляя хвостом, она подползла сзади… Хотя можно было добраться до виляющего хвоста лёгким и прямым путём, она ползла под столом и под стульями, придумывая себе преграды и представляя, что Рекс – злобный дракон, а она крадётся, преодолевая опасности на пути. И вот, добравшись, она схватила Рекса за кончик хвоста и дёрнула, что есть силы. Следующее, что увидела Настя – лапа с острыми когтями проносится перед лицом. У основания носа, прямо под глазом прорезало будто ножом.

Так Настя получила ответ на вопрос «Почему нельзя трогать собаку, когда она ест», а как напоминание остался шрам.

От страха и боли она вскочила с криком, ударилась головой о стол и побежала к маме, держась за глаз. Солёные слёзы смешались с кровью и от этого место раны больно пощипывало ещё сильнее.

Представьте себе страх матери, к которой четырёхлетняя дочь подбегает с наполовину окровавленным лицом.

– Ты меня видишь? – Спросила мама, обрабатывая рану, и, убедившись, что глаз цел, заключила. – Тебе повезло. Сантиметр до глаза оставался, а то стала бы пиратом.

Пришлось потом объяснять, кто такой пират.

– Останется шрам, – вздохнула мать, когда закончила обрабатывать рану.

– Боевое ранение. – Произнесла Настя с вдохновением, вспомнив фразу, услышанную в фильме.

– Шрам есть шрам, тем более прямо на лице, – услышала она в ответ. – Слушаться надо, когда говорят, что нельзя!

Боевых историй с Настей приключалось много. От кошачьих когтей остался небольшой шрам на щеке, падая с забора, с велосипеда или на роликах она отбила колени, а однажды упала под лёд и пробыла без сознания около шести часов. Ещё повезло, что заметили и вытащили. Почти после каждого происшествия следовали одинаковые упрёки «Головой надо думать!» и «Взрослых слушать нужно!».

Ко всему прочему Настя собственными усилиями искривила перегородку носа. Тогда она уже была взрослее, чем при экспериментах с собакой. Ей было целых пять лет. В тот день их с сестрой, Аней, которая была старше на два года, оставили дома одних.

– Ты не сможешь засунуть в ноздрю вот эту пуговицу, – подразнила Аня сестрёнку, показывая на довольно крупную угловатую бусинку из порвавшихся детских бус.

– А вот и смогу! – Гордо заявила Настя и смогла.

Только вытащить самостоятельно не смогла. Они с Аней долго мучились, придумывая самые изощрённые способы по извлечению бусинки из ноздри. К приходу родителей перегородка носа у Насти была в виде буквы V, а глаза красные от слёз.

Звучит всё так, будто Настя была глупой девочкой.

Но каждый умный человек немного глупый.

Настя всегда была умным ребёнком. Без особого старания она училась на одни пятёрки, на лету схватывала новые темы и часто участвовала в различных конкурсах и олимпиадах. Её исследовательская работа по физике заняла третье место во всероссийской конференции, проводившейся между школьниками, а на олимпиаде по химии она получила второе место по городу, на что потом восьмиклассница от мамы услышала:

– Если бы ты хоть немного готовилась, заняла бы первое и прошла бы на республиканский этап. – Сказано это было холодным и недовольным тоном, будто её ругали за что-то плохое.

– Я готовилась! – Обиженно ответила Настя, хотя и сама понимала, что три часа в неделю сложно назвать готовкой к олимпиаде. И всё же придирка вместо похвалы за второе место задела её. От неё ожидали первое место, а она заняла второе. Не оправдала ожидания.

К концу школы папка, в которую она собирала свои дипломы, стала толстой как том «Войны и мира».