Чтение онлайн

Она просто пересела с одного наркотика на другой. Никки даже задумалась, не поэтому ли люди вступают в секты.

Она многому научилась. Узнала разницу между организованным серийным убийцей и неорганизованным. Изучила методы избавления от трупов, узнала, какие химикаты при этом чаще всего используются и как они пахнут. Они с Джеком определили список вопросов, которые могли бы затронуть душевные струнки серийного убийцы, а Никки проштудировала несколько книг, посвященных языку тела, чтобы правильно интерпретировать реакцию.

Джек тоже обучался. Никки преподала ему не только айкидо, но и все, какие только смогла, правила поведения на улице: как разговаривать с копами, как узнать наркомана, каких жуликов следует остерегаться.

Каждый вечер Джек удалялся в свою комнату, чтобы проводить "исследование". Она видела корешки нескольких книг на полке в его спальне: "История Инквизиции". Монографии о преступлениях гитлеровцев и о методах ведения психологической войны. Книги о промывании мозгов, о технике допроса, о пытках. Джек ни разу не предложил Никки обсудить какую-нибудь из них, но она понимала, конечно, зачем они нужны.

– Ты ведь не делал этого раньше, верно? – как-то спросила она. Они только что закончили тренировку в старом гараже, который Джек снял в аренду, чтобы оборудовать в нем нечто вроде простенького тренажерного зала. Залитый цементом пол, в углу – кукла-манекен для отработки ударов, в центре – набор спортивных снарядов. Они оба развалились на матах, на которых только что отрабатывали броски.

– Ты про убийство?

– Нет. Я о пытках.

– Не приходилось.

– Думаешь, ты на это способен?

Джек долго смотрел ей в глаза, прежде чем ответить.

– Я себя заставлю, – сказал он.

В его голосе совсем не было злости.

Одна печаль.

Полгода спустя Джек решил, что они готовы; кроме того, он, кажется, знал, с чего начать.

Убийца, прикончивший Салли, нападал еще дважды, хотя полиция, кажется, об этом и не подозревала. Две проститутки с черными вьющимися волосами исчезли с улиц, и знакомые Никки понятия не имели, куда они делись.

– Тупые сучки!

Разъярившись, Никки швырнула свой мобильный телефон через всю комнату. Тот попал в спинку дивана, отскочил и, кувыркнувшись по полу, скользнул под обеденный стол.

– Они что, не читают списки разыскиваемых преступников? Я же предупреждала, господи ты боже!

– Никки. – Джек пересек комнату и встал перед нею, не колеблясь под исходившими от нее волнами слепой ярости. – Хватит.

– Не смей мне этого говорить! Я... я просто хочу расколотить что-нибудь...

– Нет. Я хотел сказать, хватит выжидать. Подготовка завершена.

Моргнув, Никки избавилась от гневных слез, мешавших ей видеть, и встретила его невозмутимый взгляд.

– Хватит с тебя мертвых подруг, – сказал Джек. • – Пора браться за работу.

Их было только двое. Отсутствие опыта, ограниченные финансы, минимум ресурсов. У них не было доступа к полицейским архивам, специалистам, оборудованию. Их единственное преимущество состояло в том, что они сами были преступниками, – но это преимущество было весомым.

– Убийцы, которые охотятся за проститутками, не всегда убивают их, – сказал Джек. Он работал, расширяя багажное отделение недавно купленного с рук белого фургона "Эконолин". – Иногда они просто занимаются с ними сексом.

Никки протянула ему зажимные тиски.

– Ну да, а бывает, что они сначала занимаются с ними сексом, а потом уже убивают. Или наоборот.

Джек затянул гайку на болте, только что ввернутом в пол багажного отделения.

– Едва сообразив, что ты не из полиции, убийца может проявить излишнюю самоуверенность. Скажем, намекнет о том, что собирается с тобой сделать, или похвастается тем, что сотворил с предыдущими жертвами. Справишься?

– За мои нервы можешь не беспокоиться, – ответила Никки. – Я способна, не переставая улыбаться, отсосать у самого дьявола.

– Отлично. Может, и придется...

Никки была в черном парике с кудряшками. Джек тенью следовал за нею и ее клиентами, ведя прослушивание их бесед с помощью крошечного микрофона в ее сумочке, в любую минуту готовый вмешаться. Вскоре они установили график работы: еженощно с девяти вечера до трех утра они выходили на Бульвар, где Никки меняла фальшивые ласки на настоящие доллары, а Джек стоял на страже где-нибудь неподалеку.

Прошло три месяца.

Не меньше сотни раз Джек слышал, как Никки отсасывает у клиентов. Как она занимается сексом в гостиничных номерах, в автомобилях, в пустых аллеях. Количество психов, которые ей попадались, резко подскочило, поскольку теперь она специально их выискивала; если клиент вел себя странновато, она делала все возможное, только чтобы заставить его окончательно съехать с катушек. Уже несколько раз Джек был готов вмешаться, но тревога всегда оказывалась ложной: клиент не желал заплатить сполна или перегибал палку с грубостью. Иногда Никки возвращалась домой с синяками, но никто из клиентов еще не попытался задушить ее. Она высматривала Ричарда, сутенера-притворщика, но тот, видимо, понял намек, поскольку вот уже несколько месяцев не появлялся на Бульваре.

И тогда, однажды ночью в конце марта, она повстречала Луиса.

Он подъехал в семейном автомобиле с наклейкой "Ребенок на борту" на заднем стекле. Водителю лет тридцать пять; дородный мужик с ползущими к затылку залысинами, зеленоватым цветом лица и густыми черными усами. Он лучезарно улыбался, разглядывая Никки.

– Хола, красавица! Как делишки сегодня?

– Нормально. Только одиноко что-то, да и в кармане пусто, – сказала она с такой же улыбкой.

– Тогда я, наверное, тебе помогу. Садись в тачку, прокатимся. Составь мне компанию и получишь сотню долларов.

– Предпочитаю две сотни.

– Да, прогулки по ночному городу обходятся все дороже. Но ты, сдается мне, стоишь этих денег, да?

– Есть только один способ выяснить...

Он ухмыльнулся и кивнул. Никки скользнула на пассажирское сиденье, бросив мимолетный взгляд назад. Ни детского сиденья, ни игрушек, ни фантиков от конфет.

На наклейке "Ребенок на борту" все еще красовался магазинный ценник.

– На желтых огнях лучше тормози, – сказала она, когда машина отъехала от тротуара. – Мы ведь не хотим, чтобы нас прервали, верно?