Чтение онлайн

— Такой же прибор работает и в Институте, — сказал Язон. — Но этот эксперимент требует длительного времени. По теории Ярди, период полураспада ангела составляет пятьдесят тысяч лет. Я слышал, он хотел пустить в ход целое полчище ангелов, чтобы ускорить процесс, но директор Подолак была вынуждена отказать ему.

— Косность академической бюрократии?

— Нет, простая арифметика. В настоящее время ангелов носят Верховные Сенаторы и многие высшие чины Сил Обороны Эмпиреи, а также губернаторы и сенаторы всех планет и большинство судей. На очереди второстепенные политики и руководители промышленности — ты сам можешь продолжить список. Быть может, лет через десять Подолак сумеет выделить для подобных исследований пятьдесят-сто ангелов. Но только не сейчас.

Коста кивнул, и впервые за долгое время у него мелькнул проблеск надежды. Если проведение этого плана в жизнь затягивается на десятилетие, значит, шанс спасти Эмпирею еще не утерян.

Разумеется, при условии, что он, Коста, выполнит свою задачу.

И первым шагом на этом пути могло стать знакомство с теорией Ярди. Если он сумеет заронить сомнения в истинной сущности ангелов…

— Господин Джази? — послышался женский голос из дальнего угла помещения. — Вы не поможете мне?

— Конечно, — крикнул в ответ Язон. Отталкиваясь руками от переборок и потолка, он ловко протискивался сквозь толпу. Коста с куда меньшей скоростью двигался следом, гадая, как часто Язону приходилось летать на этом корабле.

Добравшись до противоположной переборки, он увидел Язона рядом с женщиной средних лет. Они пристально рассматривали клубок кабелей.

— А, это ты, Коста… — пробормотал Язон, вскинув глаза. — Доктор Кахенло, это мой новый сосед по лаборатории, Коста Джереко. Коста, это доктор Рея Янда Кахенло, мой руководитель.

— Очень приятно, Джереко, — коротко бросила Кахенло, пренебрегая официальным ритуалом знакомства. — Вы разбираетесь в самплерах среднего радиуса действия?

— Чуть-чуть, — осторожно ответил Коста, заглядывая поверх их плеч. Сэмплеры, или устройства для взятия проб, были знакомы ему очень хорошо — но только те, что производились Паксом, а не их эмпиреанские аналоги. Даже если их конструкции были похожи, перевод терминов мог представлять определенную трудность. — А в чем дело?

— Выходной сигнал слишком зашумлен, — проворчала Кахенло. — Я думала, виноват приемник, но, когда его заменили, положение ничуть не улучшилось.

— Хм-м-м… — Коста оглядел прибор. — Что находится в этих трубках?

— Ситалон, — ответила Кахенло. — Криогенная жидкость. Она охлаждает детектор.

— Состав на основе фтора?

Кахенло посмотрела на него и нахмурилась:

— Полагаю, да. А что?

— Стык одного из трубопроводов находится прямо над кабелем питания приемника, — заметил Коста. — В случае утечки некоторое количество фтора может проникать в кабель, и, вероятно, его достаточно, чтобы вызвать шум.

Язон моргнул.

— Шутишь? Я не слыхивал ни о чем подобном.

— А я слышала. — Кахенло уже искала ящик с инструментом. — Но совершенно упустила из виду… ну-ка, посмотрим… — Примерно минуту она молча трудилась, затягивая подозрительный стык и накладывая дополнительный слой герметика. — Готово. Давайте проверим.

Язон склонился над пультом управления.

— Похоже, дело пошло на лад, — неуверенно произнес он, вглядываясь в экран. — Минутку… да, все в порядке. — Он поднял лицо. — Ты молодец, Коста!

— Спасибо, — отозвался тот, переводя дух. Только теперь он заметил, что до сих пор задерживал дыхание. По какой-то неясной причине ему отчаянно хотелось, чтобы его догадка оказалась верна. — Всего лишь наитие.

— Один из моих излюбленных инструментов познания, — сухо заметила Кахенло. — Благодарю вас, господин Джереко. — Она окинула молодого человека задумчивым взором. — Похоже, вы новенький в Институте.

Коста кивнул:

— Да, только что прибыл. И все еще не нашел себе занятия по вкусу.

— Другие отделы еще не набросились на вас, пытаясь залучить к себе?

— Э-э-э… — Коста оглянулся на Язона, но тот отнюдь не стремился ему помочь. — Нет. А что? Должны были?

Женщина улыбнулась.

— Еще бы, ведь вы только что весьма наглядно проявили свои дарования. Люди со способностями к диагностике — большая редкость.

Коста вновь посмотрел на Язона. Уж не хочет ли Кахенло предложить ему работу? И если так, позволено ли ему имея на этот счет личное мнение?

— Я хотел заняться кое-какими самостоятельными исследованиями, — осторожно произнес он.

Женщина улыбнулась.

— Не беспокойтесь — я не собираюсь прибирать вас к рукам и отрывать от вашей собственной работы, — заверила она. — Но я бы хотела, чтобы вы сотрудничали с моей группой. Хотя бы помогали консультациями в свободное время.

— Тем более что тебе рано или поздно все равно придется объединить усилия с доктором Кахенло, — вмешался Язон. — Твой проект ионной оболочки может оказаться логичным продолжением эксперимента П/Э.

— Что это за проект? — заинтересованно спросила Кахенло.

— Я пытаюсь выяснить, возможно ли сорвать с ангела оболочку из приобретенных ионов, — запинаясь, ответил Коста. Пристальное внимание столь опытного и, судя по всему, незаурядного специалиста, как Кахенло, смущало и тревожило его. — Моей первой мыслью было попытаться понять, имеет ли ионная оболочка какое-либо отношение к воздействию ангелов, но Джази утверждает, будто бы эта идея скорее всего заведет меня в тупик.

— Никогда не сбрасывайте со счетов тупиковые направления, — посоветовала Кахенло. — В худшем случае они дают те или иные побочные результаты, в лучшем — оказываются не такими безнадежными, как казалось поначалу.

— Я буду помнить об этом, — сказал Коста. — Могу ли я спросить, что такое эксперимент П/Э?

— Разумеется; тут нет никакого секрета, — ответила Кахенло. — Эксперимент с переменной экспозицией — это долговременный тест стабильности ангелов.

— Но не такой, которым занимается Ярди, — добавил Язон. — Этот эксперимент основан на варианте Аккхи, который разрабатывает доктор Кахенло. В его рамках ангел рассматривается не как единичный квант добра, а как совокупность многих квантов, причем сама частица является не элементарным кирпичиком, как этого требует строгая квантовая теория, а некой пороговой конфигурацией, после превышения которой проявляются свойства ангела. Таким образом, эффект ангела может быть представлен как медленный распад составляющих его квантов с образованием поля добра, которое и воздействует на находящихся поблизости людей. Такой подход избавляет вас от множества затруднений, с которыми сталкиваются теоретики, пытаясь найти сколь-нибудь адекватный механизм непосредственного взаимодействия ангела и личности… — Внезапно он умолк и робко посмотрел на Кахенло. — Прошу прощения, я, кажется, перебил вас.