Чтение онлайн

— У меня очень простенькая биография.

— Любому его собственное прошлое кажется простым. Вчера вы вспомнили знакомое лицо. Возлюбленный?

— О нет, просто симпатичный мне человек.

— Что-то случилось? Он вас оставил или вы его? Или вы все ещё хорошие друзья?

— Мы не ссорились, — сдержанно ответила Мэг.

— Но вы явно несчастны, о нем вспоминая, а молодым это дается нелегко. Родные тоже переживают?

— Они ничего не знают. Я с ними не живу. У меня только брат и отец. Брат уже несколько лет живет в Индии, отец женился снова. И никому из них не до меня. Каждый из нас сам по себе.

— Очень разумно. Человек должен расти. Он должен вырасти из первой любви, так же как и из многого другого. Думаю, тот молодой человек вас не стоил.

Мэг сама удивилась пустячности своей душевной драмы. Ганс прав. Она должна была перерасти Дерека, и ей это удалось. Теперь она даже не ощущала боли. Она готова возродиться к жизни. И впереди масса новых возможностей.

— Вот, уже лучше, в ваших глазах появился свет, — заметил энергично работавший Ганс.

— Дженни сказала, вы уничтожили её портрет.

— Да, он не удался. У Дженни сложное лицо. Я старался, но потерпел очередной провал.

— Как и с портретом Луизы?

— Нет, тот вышел лучше. Смело могу это признать. Но все равно недостаточно хорош, хотя Клайв и не подал виду, что ему не поправилось. Ну и конечно он не сохранил картину. Авария дала повод её уничтожить, не слишком травмируя мои чувства.

Его вечное самоуничижение стало раздражать Мэг.

— Не стоит отчаиваться.

Ганс вздохнул и пожал плечами.

— Вы совершенно правы, мисс Берни. Не стоит. Ваш портрет может стать моим шедевром. Чуть-чуть поднимите подбородок. Когда устанете, скажите. Тогда мы выпьем чаю.

После часа работы они приготовили чай на темной холодной кухне. Мэг настояла на своем и перемыла гору грязной посуды, подумав про себя, что Ганс зря бесконечно мирится с таким положением вещей. Потом, пока Ганс относил поднос к двери мисс Барт, Мэг отнесла другой в мастерскую. Ганс громко постучал:

— Мисс Барт! Ваш чай! Как вы себя чувствуете? Можете выйти?

Ганс взывал сочувственно и терпеливо. Мэг немного удивило, что мисс Барт даже не потрудилась ответить на настойчивые призывы Ганса, хотя слышно было, как та двигается по комнате. Что-то гремело, словно женщина и впрямь ослепла и постоянно на что-то натыкалась. Но дверь так и не открылась, сколько Ганс под ней ни караулил.

Махнув рукой, он вернулся в мастерскую.

— Сейчас заберет. Не хочет, чтобы её видели в таком состоянии. Я сказал, что придете вы, и она стала ещё более неуловимой. Если так можно сказать, — он подмигнул Мэг. — Мисс Барт подкармливает птичек, а я — её, мою большую птицу. Такая странная штука — жизнь.

«— По крайней мере в этом доме,» — подумала Мэг и обнаружила, что стала не менее любопытной, чем Саймон.

— С ней можно поговорить через дверь? Может быть, она впустит меня, поскольку я женщина. Откуда вы знаете, что она не заболела?

— Вы же слышали, как она ходит. Она здорова, вот только с рассудком проблемы. Если на этот раз ей станет ещё хуже, придется отправить её к сестре. Больше я не могу за неё отвечать.

Уйдя от Ганса, Мэг не удивилась, когда увидела в другом конце улицы Саймона. Она догадывалась, что тот будет за ней наблюдать. Мэг не понимала, почему ей доставляет удовольствие его присутствие, ведь внимание Саймона занимала не только она. Его интересовало многое. Ночные приключения Клайва, скажем, или развитие таланта Ганса.

Никто в деревне не знал, что же собой представлял Ганс, кроме запершейся в комнате мисс Барт. Но её Мэг увидеть не смогла…

Саймон беседовал с пожилой женщиной, но заметил Мэг, извинился и направился к ней.

— Ну что, ангелочек?

— Не надо меня так называть! — взмолилась Мэг.

— Уже надоело? Как поживает маэстро?

— Прекрасно.

— Как удались наброски?

— Он мне не показал.

Саймон кивнул, ничуть не удивившись.

— Следовало настоять, я вам говорил.

— Зачем? Чего бы я добилась?

— Может вы и правы. Пока ничего. Вы разбираетесь в живописи?

— Нисколько.

— Жаль, — вздохнул Саймон.

— В чем дело, Саймон? Вы вечно меня подстерегаете и засыпаете вопросами. Я вас не понимаю.

Саймон улыбнулся, весело сверкнув глазами.

— Вы встретились с мисс Барт?

— Нет.

— Но попытались?

— У неё заперто. Я пыталась попасть в комнату, пока Ганс не видел. У меня была всего минута. — Мэг взглянула на внимательное и спокойное лицо Саймона. — Думаете, её не было в комнате? Была. Я слышала, как она там ходи. К тому же она забрала поднос с чаем. Но кошка была в студии, — задумчиво добавила Мэг.

— Я только что беседовал с соседкой из дома напротив, — сказал Саймон.

— Она иногда видит, что происходит в комнате мисс Барт. И утверждает, что видела только стоящую старуху. Та, похоже, не двигалась. С другой стороны,

— казалось, Саймон оценивал свидетельские показания, — как обычно на подоконник насыпали корм для птиц. Старуха была изрядная садистка. Она прикармливала птиц, чтобы кошка могла их ловить.

— Но кошки в комнате не было, — напомнила Мэг.

— Так говорите вы.

— Все равно, Саймон, это не наше дело. Если Ганс мирится с такой эксцентричной хозяйкой, это его проблема. И нас не касается, что происходит в его доме.

— Вы абсолютно правы. Если Клайв является к нему поздно ночью, чтобы забрать один из его шедевров, это нас тоже не касается.

— Так вот чем он занимается по ночам? — вскричала Мэг.

Саймон от души рассмеялся.

— Я вас поймал. Значит, Клайва не было дома, и вас это заинтриговало. Но можете не говорить, если не хотите.