Аннета
Шрифт:
Моя мамочка что только не делала, чтобы я хотя бы похудела. Я и бегаю по утрам, и плаваю каждый день чуть ли не милю, и прыгаю на скакалке… Одно время мамочка пыталась бороться с моими жировыми запасами специальными диетами. Это тоже не дало эффекта. Мой вес не уменьшился ни на грамм. Наоборот, я почему-то стала ещё толще…
Так что и диеты потерпели сокрушительное поражение в неравной борьбе с моим лишним весом. «Ничего, Анют, зато из-за твоих щёк не так бросается в глаза твой нос», – попыталась подбодрить меня тогда прабабуля. «Ну спасибо тебе, бабулечка, на добром слове, утешила, ничего не скажешь», – заметила ей мама. А мне почему-то стало смешно…
В общем, когда жирным трясущимся колобком я вкатилась в свой класс, меня встретила потрясённая тишина.
«Дети, это наша новая ученица, принцесса Аннета Корнегейская», – доброжелательно улыбаясь, представила меня педагог младшего класса, леди Эгэлэйя.
– Ой… Разве такие принцессы бывают? – услышала я чей-то шёпот.
– У кого-то есть вопросы? – громко и достаточно злобно осведомилась Алёнка.
Конечно же, я пришла не одна. По обе стороны от меня стояли Настя с Алёнкой. А за нашими спинами маячили ещё и Эдик с Любомиром. Судя по лёгким сизым волнам, что поплыли в сторону класса, братики всё же наслали какую-то иллюзию на детей. Да и на самого педагога, похоже, тоже. Потому что когда мои родные оставили меня в классе, пообещав дождаться после уроков, у педагога дрожали руки, а некоторые девочки жалобно плакали.
Последующие года четыре, что я проучилась в этом классе, слова дурного я не слышала ни от кого. Да и не дурного тоже. Со мной просто не общались. Первый год мои одноклассники старались вообще не смотреть в мою сторону. Правда, потом, видимо, к моей внешности они всё же привыкли и хотя бы не отводили глаза в сторону при виде меня.
Я была отчаянно одинока среди этих детей и очень страдала от этого. Но когда мне исполнилось уже тринадцать лет и моё начальное обучение подходило к концу, всё изменилось…
Глава 6 ОНА
Аннета.
Как раз в эту пору однажды после занятий за мной решил прийти порталом мой братик Любомир. К тому времени он стал красивым взрослым парнем. Обычно для меня открывался портал в нашем школьном дворе, и я спешила шагнуть в его сверкающую арку, чтобы не видеть, как остальные дети весело играют все вместе.
Но в этот раз мой брат решил устроить мне сюрприз, -встретить меня у порога школы. «Ну что, Анечка, много нового сегодня узнала?» – весело спросил братик, целуя меня в щёку и забирая мой портфельчик.
Я не успела ответить, как вдруг к нам подлетела одна из моих одноклассниц, заносчивая девочка по имени Горислава. Эта Горислава, как и другие дети, конечно, не смела меня обидеть открыто, но смотрела всегда так презрительно, с такой гадливостью, словно я была отвратительная болотная гадюка, покрытая зловонной слизью.
Но сейчас её красивое лицо выражало совсем другие чувства. Она смотрела на меня так доброжелательно, так по-доброму. И спросила, застенчиво покраснев и искоса поглядывая на Любомира, не соглашусь ли я поиграть с ними в вышибалы. Кстати, эту игру тоже подарила нашему миру моя мама. Мы часто играем в вышибалы всей семьёй, это одна из моих любимых подвижных игр.
Надо ли говорить, что в школе играли без меня. И это тоже доставляло мне страдания. Но сейчас самая красивая девочка нашего класса звала меня поиграть вместе со всеми. Я так удивилась, что растерянно переспросила её: «Что?»
– Пойдём, поиграем с нами, – взмахнув длинными ресницами, с милой улыбкой повторила Горислава.
Другие девочки из нашего класса тоже подошли к нам и ждали моего ответа, украдкой поглядывая на Любомира.
– Они звали тебя играть раньше? – спросил Любомир, ласково глядя на меня.
Я молча покачала головой. Мне было уже не пять лет, и я прекрасно понимала, что здесь что-то не то. Что именно не то, доходчиво объяснил мой братик минутой позже.
– Понимаешь, Аннета, – сказал он, обняв меня за плечи и обведя высокомерным взглядом вмиг съёжившихся одноклассниц, – эти мартышки подошли сейчас не к тебе. Они решили своими тупыми мозгами, что таким образом они смогут привлечь, ни много ни мало, внимание моё.
За спинами сникших девочек раздалось хихиканье молодых лордов, моих одноклассников.
– Так что я не думаю, Анечка, – продолжил мой братик, поцеловав меня в макушку, – что эти сомнительные девицы, не умеющие скрывать свои слюни и похотливые взгляды, есть подходящее для тебя, принцессы великой империи, общество вне стен школы. Рода этих девиц также перестанут допускаться до общения с нашей семьёй за неподобающее воспитание дочерей…
Таким образом мой брат виртуозно отомстил за все презрительные взгляды в мой адрес, одним махом перекрыв доступ каждой из моих одноклассниц, а также всем членам их семей на любые торжества, проходящие в нашем дворце. В том числе, разумеется, и на балы.
Ну что ж. Сказать, что мои одноклассницы были раздавлены морально, это ничего не сказать. Конечно, братик немного придрался к этим несчастным леди. Во всяком случае, никаких слюней лично я не видела.
Почему мои одноклассницы всё же были леди? Но ведь, конечно же, наша имперская школа была привилегированной и здесь учились только высокородные лорды и леди.
И, конечно, безнаказанно оскорбить их мог только принц, никто другой. Наверное, со стороны Любомира это было не очень хорошо по отношению к этим девочкам, которые так заворожённо взирали на него, ведь наш Любомир, по выражению прабабули, красив как смертный грех.
Они очень похожи с Алёнкой. У моего братика такие же весёлые карие глаза с золотыми искорками и вьющиеся крупными кольцами светлые волосы, отливающие золотом.
Так что, возможно, мой братик был несколько жесток, безжалостно кидая презрительные грязные слова в адрес моих одноклассниц. Но для меня в тот момент мой братик сделал очень много.
Потому что я почувствовала себя выше всех этих красивых девочек, вместе взятых; я осознала по-настоящему, что я есть принцесса и одного моего слова достаточно, чтобы изменить их судьбу раз и навсегда.