Чтение онлайн

— “Ты всегда будешь жить здесь сам, Теруя?”, Сю спросил меня однажды, хотя я не помню когда. Ты даже не собираешься жениться?”

— “Ну, у меня нет никого, на ком можно жениться,” Я помню, как ответил, полушутя. “Плюс, гораздо легче жить одному. Мне нравится этот дом и я...”

Я... Я помню, что не знал, куда пойти оттуда и замолчал. Сю кивал головой и всё время смотрел снизу вверх на моё лицо.

7

Интересно, как мир отреагировал на мою смерть. Действительно, Я хочу знать была ли моя смерть 3-его Мая вообще предана огласке.

Это были вопросы, которые я начал задавать где-то во второй половине Мая.

Уже полмесяца с моей смерти, и здесь был дом, в котором, казалось, нет обитателей. И все же дом сам по себе не умер, до сих пор ощущался живым... Возможно, это пленит чувство.

Я мог слышать звук холодильника, работающего на кухне, и однажды, когда я появился, Я даже смог услышать звонок телефона.

Когда я услышал, как звонит телефон в парадной, я был в библиотеке на втором этаже. Это тяготило мое сознание, и я спустился, но конечно, будучи призраком, Я не мог ответить на звонок.

Это была станция для беспроводного телефона. Она имела встроенный автоответчик, и после автоматизированного сообщения и гудка голос собеседника воспроизвелся в динамике.

— “Привет, Сакаки? Прошло много времени, просто интересно как дела идут. Это я, Арай.”

Арай... Не те ли иероглифы используются в написании “новый колодец“? Или “новый жесткий колодец“?

Идя на ощупь через разношерстные коллекции, Я прочесывал память. Я был уверен, что давно у меня был одноклассник с таким именем...

Даже если я сказал Сю: “Ты должен завести других друзей,” когда я был один — и в особенности в последние годы — у меня не было никого, кого я мог бы назвать другом.

Я не думаю, что я был полным мизантропом или что-нибудь ещё. Я просто как-то ужасно поддерживал разговор так, чтобы соответствовать интересам другого человека или ослабить натянутость, и я никогда не поддерживал отношения долго...

— “Я попробую позвонить тебе позже”, продолжал Арай.

Я даже не мог вспомнить, как он выглядел.

— “Спорю ты живешь легкой жизнью, как всегда. Все же, есть что-то, о чем я хочу рассказать тебе... Как бы то ни было, если ты чувствуешь себя также, позвони мне. Окей?”

Я уверен, что когда я был жив, меня видели в мире как “делает все что захочет, даже не работая как ответственный взрослый.” Это звучит по-другому, когда ты вместо этого говоришь “образованный человек на отдыхе”, но даже откладывая в сторону часть “отдых”, я сам задавался вопросом о “образованной” части.

Иногда я брал свою любительскую камеру и отправлялся в бесцельные экспедиции на машине. Когда я брал перерыв от колледжа, Я даже прошел весь путь до океана сам. И в Индию, в Юго-Восточной Азии, и в Южной Америке, я думаю, тоже, однажды... Но...

Но все они теперь ощущаются как далекие сны, всё чувство реальности исчезло из них.

Что я искал в этих поездках? Чувства, которые у меня были в то время, полностью скрылись теперь.

Фотографии, которые я сделал для украшения поместье здесь и там. Там были фото мест, которые я посетил, но здесь также было более чем несколько снятых здесь. Была также фотография, на которой мне удалось поймать великолепную возможность для фотографии странного миража на океане.

8

Сидя (или, возможно, “с убеждением, что я сидел” будет более точной формулировкой) на стуле, за письменным столом, в библиотеке на втором этаже, Я, помимо прочих вещей, прокручивал мои воспоминания о том, когда я был жив.

В одной части большого стола стоял видавший виды текстовый процессор в старом-стиле. Но в моем теперешнем состоянии, мне недоставало силы, чтобы запустить и использовать его.

Для призрака без материального тела, щелкнуть выключателем машины такого типа и использовать её... Кажется, я был в принципе неспособен на такие действия. Не сказать, что для меня было совершенно невозможно трогать или двигать вещи: я мог открыть книгу или записную книжку, для примера, сдвинуть дверь... Те вещи были сверх моих сил.

Я не уверен, где проведена черта, но последний тип физических действий, вероятно, будет выглядеть для живых как духовное проявление подобно полтергейсту. Это объяснение, о которое я придумал.

— “Что это за фото?”, я помню, как меня спросили.

Кто задал мне этот вопрос? И когда?

— “Здесь, справа, это вы, когда были молодым, Сакаки-семпай?”

Я, по меньшей мере, знал, что другим человеком был не Сю. Сю не называл меня семпаем.

Простая, плоская деревянная рамка, которая стояла на столе в библиотеке. Вопрос относился к старой цветной фотографии в рамке.

Картинка была и теперь все еще на столе.

Она показывает пятерых молодых людей.

Три парня и две девушки. Парень справа был определенно мной. На мне была темно-синяя рубашка поло и моя правая рука упиралась в бок. Я улыбался и держал коричневый камыш в левой руке, но...

Выглядело, будто фотография была сделана где-то недалеко отсюда. На заднем фоне озеро. Может памятная фотография, сделанная на берегу Озера Миназуки?

Дата на фотографии была напечатана в нижнем правом углу: “8/3/1987.” На краю рамы кто-то подписал, “Последние каникулы средней школы.”

Это правда — 1987 был одиннадцать лет ранее. Год, когда моя мать внезапно скончалась и семья покинула Йомияму, и это был летний отдых того года...

Третий год в средней школе. Пятнадцатилетний я/Теруя Сакаки.

Четверо остальных людей... Да, они были друзьями с моего класса и —

— “Это фото вызывает много воспоминаний”, я думаю, что так ответил на вопрос. “ О тех незабываемых летних каникулах”

— “О, правда?”, другой человек спросил небрежно. “Похоже, что вам очень весело, как вы улыбаетесь на этой картинке. Вы похоже на совершенно другого человека...”