Чтение онлайн

— Что случилось потом?

— Он застрелился из именного пистолета, когда Аквилон пал, — продолжил Адриан глухим шёпотом, отстранённо глядя на небо.

Воцарилась тишина, Селеция молчала, похоже обдумывая сказанное Валенродом, потом спросила:

— Аквилон, это одно из ваших государств.

Ответом был слабый кивок.

— И что с ним случилось?

— Это трагическая история, — ответил Адриан. — Всё началось триста лет назад, когда один малочисленный, но гордый и как следствие воинственный народ, живший в заснеженных степях заполярья, объявил войну всему миру. Все способные держать оружие были поставлены под ружьё, и колонны солдат поползли на юг, переходя границы с соседними государствами. Война была страшная, но они побеждали, их войска рвались на юг, беря город за городом, оставляя за собой только друзей, стремясь прорваться к южному океану и поставить на колени весь континент. Их было мало, и только злость в глазах вкупе с закалённостью в северных морозах нивелировали численное превосходство врагов. Королевства и республики Лавразии, управляемые прогнившими насквозь коррумпированными правительствами падали одно за другим. Война шла все эти триста лет, лишь иногда прерываясь краткосрочным перемирием. Они прорвались к южному океану, но было уже поздно, полконтинента было залито кровью, а те, кто только недавно, вставал на колени перед входившими в их города солдатами, нанесли удар в спину, когда эти солдаты двинулись дальше. Их колониальная империя рухнула, король сделал единственное, что ему оставалось. Он отрёкся от престола, и только подписав отречения застрелился, и выстрелил он не в сердце, как это обычно делали офицеры их армии для чистоты, нет, он выстрелил в голову, так что все документы, были заляпаны его кровью и ошмётками мозгов.

Девушка подняла голову и посмотрела Адриану в глаза, и тихо произнесла, почти неслышимо:

— И что дальше?

— Дальше началось самое интересное, сударыня, один человек из того народа одним ударом, за одну ночь, имея всего две дивизии, сделал то что они не сумели сделать за триста лет, он покорил Лавразию, но… — Адриан сделал многозначительную паузу. — Но, сделав это, он забыл, что он один из них, поставив в новом государстве свою нацию вровень с другими.

— И кто это был?

— Да так, — лейтенант горько усмехнулся. — Санька Ланарис из шестого на Мещанской.

После этого снова воцарилась тишина, на этот раз она держалась куда дольше, чем раньше. Валенрод почувствовал, что от ночной прохлады он как-то незаметно для себя продрог, и решил, что пора бы идти обратно.

— Пойдёмте, — произнёс он, вставая с земли.

Он уже сделал несколько шагов, как вдруг услышал за спиной её голос:

— Терранской республики ведь не существует, на вашей планете нет всемирного государства.

Адриан остановился, повернул голову и громким шёпотом произнёс:

— Разумеется.

Всю дорогу шли молча, он проводил её до дома, после чего отправился к себе в гостиницу. На обратном пути Валенрод встретил бритую женщину, курившую, прислонившись к фонарному столбу, он поморщился и перешёл на другую сторону улицы, вдруг осознав, что сама мысль о том, что на этот город не сбросят лучевую бомбу, кажется ему дикой, ужасаете до глубины души.

Уже подойдя к гостинице, Валенрод увидел, что на недавно пустовавшем месте спокойно стоит тот самый старинный дом с зеркалами.

Адриан перебежал практически пустую ночью улицу и встал перед парадной лестницей проклятого здания. Несколько минут он стоял в растерянности, выдыхая на холодном воздухе пар изо рта. Как вдруг совсем рядом, приятный старческий, почти отеческий голос произнёс:

— Вечер добрый, молодой человек, не правда ли странный мирок, вам он вряд ли понравится.

Валенрод повернул голову. Справа от него стоял тот самый дедок с бородкой в пиджаке, с тростью в руках.

— Вечер добрый, — ответил лейтенант. — Надеюсь, сейчас вы в кошки мышки играть не будете.

— Ну что вы, какие игры в моём возрасте, — усмехнулся старик.

— Раз вы меня нашли, то я думаю, вам есть что сказать.

— Не только сказать, друг мой, хотя не без этого. Я собираюсь показать вам одну замечательную штуку, которую вы сами того не зная уже давно здесь ищете, пройдёмте, — он тростью указал на вход в старое здание и сам первым двинулся туда.

Адриан пропустил его первым и, оглянувшись по сторонам, медленно двинулся вслед. Они прошли внутрь, в гостиной старик развернулся и, раскинув по — хозяйски руки, как бы указывая на дом с притворной скромностью произнёс:

— Будьте здесь как дома, хотя я понимаю, что местечко не особо уютное, но свою задачу оно выполняет.

— Какую ещё задачу? — спросил Валенрод, недоверчиво смотря по сторонам, словно ища где-то подвох.

— Не привлекать внимание ненужных мне людей, но приманивать тех, кого я хочу здесь видеть.

— Например, меня? — Валенрод настороженно посмотрел на своего нового таинственного знакомого.

В ответ старик кивнул головой и прошёл дальше к лестнице, оставив Валенрода далеко позади себя. Заметив, что он отстал, Адриан резко перестал смотреть по сторонам и догнал незнакомца у лестницы. Они вместе поднялись наверх, в комнату с зеркалами.

— На первом этаже ничего интересного, зато здесь… — старик снова повернулся лицом к Адриану и сделал несколько шагов спиной вперёд, по — театральному раскинув руки как бы указывая на свою немаленькую коллекцию зеркал.

Он присел в старое, но вполне пригодное для использования кресло, стоявшее в углу, и заложил ногу за ногу, положив на трость обе руки, при этом довольно смотря на лейтенанта, недоумённо рассматривавшего зеркала.

— Я думаю, вы уже поняли, что мир, а точнее два мира, в которых вам удалось побывать, устроены сложнее, нежели вы думаете, — произнёс незнакомец.

— Да чего уж тут понимать, два мира, никак не связаны между собой, а флора и фауна почти идентичны, да что флора, у местных даже мифология как у нас. А тут ещё появляетесь вы со своим чудо — домом. И, я так полагаю, что вы сейчас дадите всему этому объяснение, вы ведь для этого меня сюда привели. Кстати, не хотите представиться, — произнёс Адриан, настороженно смотря на старика.

— Моё имя вам ничего не скажет, впрочем, как и должность. Могу лишь заверить вас, что ни к каким вашим спецслужбам я не отношусь, ни к Лавразийским, ни к Гондванским, ни тем более местным, впрочем, у них здесь, толком, спецслужб-то и нет.

— Перекреститесь, — суровым голосом приказал Валенрод.

— Простите что?

— Перекреститесь, а то я, можно сказать, из-за вас в Бога поверил, и соответственно в дьявола тоже.

Старик рассмеялся. Выпрямившись, он медленно, демонстративно, как будто стремясь, чтобы Валенрод детально разглядел каждое движение, осенил себя крестным знамением.

— Теперь всё в порядке? — старик исподлобья взглянул на лейтенанта.

— Можете продолжать.

— Так вот, — продолжал незнакомец. — Вы никогда не замечали много в вашей истории, лейтенант. Свидетельств о том, что на вашей планете когда-то в древности существовала цивилизация, по развитию не уступающая вашей, а возможно даже превосходящая вас. Вам не казалось странным, что вы практически ничего не знаете о собственной истории и событиях примерно двухтысячелетней давности, или знаете, но отрывочно. А святое писание, можете показать мне на карте Египет, Израиль, Иерусалим, Вавилон и Ассирию. Вы верите во Христа, но даже толком не можете сказать где и когда он жил, где он сотворил чудеса.