Чтение онлайн

Через плечо Анжелика увидела высокий каменный выступ, который нависал над ней. Собрав все свое мужество и ловкость, она ухитрилась вспрыгнуть на нижний край выступа. Но дальше ноги соскользнули по отвесному краю. Ей не за что было уцепиться.

Волк тоже прыгнул, но ухватил только подол ее платья. Затем, припав к земле, он улегся и принялся терпеливо ждать, когда она сорвется со скалы. Его желтые глаза неотрывно следили за ней.

Она вновь закричала изо всех сил. Сердце стучало так сильно, что она ничего не слышала, кроме его барабанного стука. Она торопливо пыталась вспомнить слова молитвы.

Неожиданно рядом с ней раздался топот лошади и так же неожиданно затих, подняв кучу снежной пыли. Всадник спрыгнул на землю.

Как во сне Анжелика узнала в высоком человеке своего мужа. Он в секунду оценил ситуацию.

Волк обернулся навстречу своему новому противнику. Медленно и бесстрашно Филипп пошел ему навстречу. В его руке блестел длинный нож. Когда между ними осталось не более двух ярдов, зверь прыгнул, обнажив острые как ножи клыки. Быстрым как молния движением Филипп выбросил вперед левую руку, зажав как тисками горло зверя. Правой он полоснул ножом по брюху волка. Кровь фонтаном брызнула на снег, зверь скорчился в последних муках. Филипп рывком бросил труп на землю, и на снег вывалились внутренности животного.

Отовсюду стали появляться всадники. Лакеи хлыстами отгоняли беснующуюся свору собак от трупа волка.

— Отличная работа! — похвалил Филиппа король.

В общей суматохе на Анжелику почти не обратили внимания. Она спрыгнула с уступа, отряхнула платье и поправила шляпу. Один из доезжачих подвел к ней лошадь.

— Мы знали, что волк где-то поблизости, и когда увидели вашу лошадь без наездницы и услышали ваши крики… Клянусь честью, мадам, впервые в жизни я увидел, как побледнел наш главный ловчий…

Анжелика увидела Филиппа лишь на празднике, который был устроен в честь удачной охоты. Она боялась подойти к нему, так как помнила его окровавленный камзол и тот свирепый взгляд, которым он наградил ее, когда она садилась на лошадь. Несомненно, он испытывал огромное желание вздуть ее как следует. И тем не менее она почувствовала, что благодарная жена за спасение своей жизни собственным мужем должна, по крайней мере, словесно поблагодарить его.

— Филипп, — обратилась она к нему, привлекая его внимание к себе между переменами блюд. — Я очень признательна вам. Страшно подумать, что было бы со мной, если бы не вы.

На какое-то мгновение он замешкался, ставя пустой бокал на поднос лакея, проходившего мимо, затем резко повернулся к ней и схватил ее за талию с такой силой, будто хотел переломить ее пополам.

— Если вы не знаете, как вести себя на охоте, — прошипел он сердито, — вам следовало бы сидеть дома за шитьем. Вечно вы ухитряетесь поставить меня в затруднительное положение. Вы просто неграмотная лавочница. Я все равно найду способ удалить вас от королевского двора и избавиться от вас.

— Тогда почему же вы не позволили волку сделать свое дело, ведь он к этому так стремился!

— Я должен был убить волка. А что произошло бы с вами, вовсе не заботило меня. Перестаньте смеяться, у вас настоящая истерика. Вы, как и все женщины, считаете себя неотразимой и воображаете, что любой мужчина с радостью отдаст за вас жизнь. Я же человек иного склада. Вы когда-нибудь поймете, если это не дошло до вас, что и сам я — волк!

— Я этому не верю, Филипп!

— Я могу доказать вам это, — произнес он с жесткой усмешкой, которая говорила о том, что скоро наступят худшие времена.

Затем он нежно взял ее руку и поднес к губам.

— Тот барьер, сударыня, который вы воздвигли между нами в день нашей свадьбы, никогда не будет разрушен. И запомните это на всю жизнь.

С этими словами он яростно укусил ее за руку, которая в этот момент находилась прямо у его рта.

Анжелика призвала на помощь все свое самообладание, чтобы не вскрикнуть от боли. Отпрянув от Филиппа, она толкнула принцессу, поднимавшуюся из-за стола. Та вскрикнула. Анжелика побледнела и в смущении пробормотала:

— Простите меня, ваше высочество…

— Вы так неуклюжи, моя дорогая!

А стоявший рядом Филипп добавил:

— Вам следует следить за собой, сударыня.

Его глаза злорадно блестели. Он сделал глубокий поклон принцессе, затем покинул женщин и присоединился к королю, который шествовал мимо.

Анжелика перевязала платком отметину, оставшуюся от зубов Филиппа. От боли она чувствовала себя ослабевшей. Вся дрожа, она вышла в вестибюль, где воздух был прохладнее, и присела на софу. Осторожно сняла повязку. Рука посинела, а на месте укуса запеклись темные капельки крови.

Нет, какой все-таки негодяй! Теперь сплетня о том, что мадам дю Плесси напилась до того, что толкнула принцессу, разойдется по всему дворцу. Да, у нее еще очень мало опыта пребывания при дворе.

Проходивший мимо маркиз де Лозен заметил Анжелику.

— Я в самом деле очень хочу вас отругать. Опять одна! Всегда одна! Да это еще при дворе и в такой прекрасный день!

Он подсел к ней и принялся распекать ее, как отец непослушное дитя.

— Что вас беспокоит, дорогая? Что за демон меланхолии вселился в вас, что вы решились отвергнуть все наши комплименты и ухаживания, которые мы вам так галантно предлагаем? Или вы забыли о том, что небеса одарили вас чрезвычайной привлекательностью? Ладно, Анжелика, не принимайте мои слова всерьез.

Он притронулся пальцем к ее подбородку в повернул к себе ее лицо.

— Вы плачете? Из-за мужчины?

Рыдания сдавили Анжелике горло, и она смогла лишь кивнуть головой.

— Ну-ну, — сказал де Лозен, — это настоящее преступление. Вы должны заставлять плакать других, а не наоборот. Моя крошка, на земле нет такого мужчины, который был бы достоин слезинки в ваших глазах. Даже я.

Анжелика попыталась улыбнуться. Она вновь обрела голос.

— Ах, все не так уж и плохо. Просто я разнервничалась, чувствую себя нездоровой.