Апполион
Шрифт:
–
Да, - мой голос звучал хрипло.
– Он похож на твоего.
Отвернувшись, она обхватила себя руками.
–
Тогда я ничего не могу для тебя сделать.
Я уставилась на неё:
–
Но я еще ни о чем не просила.
–
Если он потерял себя в эфире, в зове акаши, ничего нельзя сделать, - её подбородок опустился, от чего еёволосы упали вперед, закрывая её лицо.
– И для тебя тоже ничего нельзя сделать. Я пыталась... но сила все равно перешла.
–
Подожди, - я шагнула вперед, борясь с расстройством, закипавшим во мне.
– Я не передала ему свою силу. Онтолько Аполлион. Не Убийца Богов.
Солярис напряглась:
–
Это не возможно.
–
Возможно. Меня не было рядом с ним после Пробуждения. У него пристрастие к эфиру и акаше, но он все ещеАполлион, - я прервалась, глубоко вдыхая.
– Мне нужно знать, как остановить передачу.
Она молчала.
–
И я думаю, я уверена, что ты знаешь об этом.
Её голова резко повернулась ко мне.
–
Невозможно. Я заблокировала эти знания, чтобы другие Аполлоны не смогли этого увидеть.
–
Ну... я что-то увидела во время Пробуждения. Ты повернулась к нему, пыталась остановить его. Ты знала как, ноОрден нашел тебя до этого.
Солярис рассмеялась сухим горьким смехом.
–
Вот что вам говорит история?
Я взглянула на богиню, думая, что она знает, но она выглядела такой же растерянной, как и я.
–
Но я видела это...
–
Правда? Пробуждение - это то, что предыдущие Аполлионы позволяют тебе видеть. В минуту своей смерти,когда она придет, ты отдашь свои воспоминания. Какие-то из них будут такими, как ты пожелаешь, а не такими, какими они были на самом деле.
Но... демон их побери. Сет знал об этом?
–
Тогда что случилось?
Её ресницы снова опустились.
–
Когда я впервые встретилась с ним, он был не таким, как в конце. Он был прекрасным, добрым человеком, который оказался Аполлионом, - маленькая, грустная улыбка растянула её губы.
– Мы на самом деле не понимали ничего из этого. До нас всегда был только один в поколении. Он даже не понимал, почему он пришел, чтобы найти меня. Это было как будто я его притягивала и я не понимала, что происходит, когда Пробудилась. Эта боль... я думала, что умираю.
Я сморщилась, не в состоянии представить себе, что прохожу через это без Айдена и знания того, что происходит.
–
Но когда мы встретились, это было как будто предначертано судьбой. В течение многих месяцев мы... мыузнавали друг друга. Я не думаю, что даже боги знали, что могло случиться, - её глаза приняли отстраненное выражение, которое не могло скрыть боль, которая все еще не излечилась.
– Казалось, он становится сильнее, когда мы вместе, использовал акашу без усилий и не уставал. Но он был более непредсказуем. Никогда со мной, но я знала, что это из-за меня. Был один случай...
Мой желудок опустился и взгляд метнулся к Айдену.
–
Большая группа демонов напала на один из Ковенантов и во время битвы он... подпитывался от меня. Мощь,которую он показал, была невероятной. Совет обеспокоился и тогда... тогда я встретила Оракула.
Ах, Оракул снова наносит удар.
–
Она сказала мне что произойдет. Что он вытянет из меня силу и нападет на Совет. Я не поверила ей, потому чтоэто было бы безумием, - Солярис тихо рассмеялась.- Но она настаивала, что я должна остановить его. Что если я не найду сил убить того, кого люблю больше всего, я должна забрать силу.
У меня перехватило дыхание, и казалось стены закружились.
–
Я никогда не думала, что он будет действовать, но Совет предпринял шаги против нас. Они хотели разделитьнас, и никто из нас, в нашем наивном эгоизме, не мог вынести такой мысли. Мы оставили безопасность Совета и вышли в мир сами по себе, - Солиярис покачала головой.
– Они последовали за нами, отправив самых лучших Стражей. Когда они не преуспели, пришел Орден Таната.
Она с трудом сглотнула.
–
Он тогда стал угрожать Совету, и я поняла, что все, что сказал Оракул, сбывается. Она дала мне средства остановить его, но было слишком поздно.
Я прикусила губу.
–
Что он сделал?
Её глаза встретились с моими.
–
Он никогда бы не сделал это, если бы его не опьянила сила, непревзойденная мощь. Но так случилось. Прежде, чем я смогла остановить его, он забрал мою силу. Было мгновение, сразу после того, как он забрал силу, когда он еще не мог пользоваться ей. Как Ахилллесова пята, и Орден напал. Остальное... остальное это история.
Я не знала, что сказать. Скорбь жгла мое горло. Очевидно, что Солярис любила своего Первого, так сильно, что она ни разу не назвала его по имени. Я не могла заставит себя спросить как его звали, чтобы удовлетворить свое любопытство, потому что я знала, что это принесет ей только боль.
–
Я сожалею, - это всё, что я могла сказать.
Солярис кивнула.
–
Что делает твой Первый?
Я рассказала ей обо всем, о разрушениях, о приближающейся войне, о надежде, что мы как-нибудь сможем сделать так, чтобы история не повторилась. Если она удивилась, то она этого не показала. Солярис просто подошла ко мне.
–
Я скрыла это от остальных Аполлионов, - снова сказала Солярис.
– Я даже не знаю, как ты это увидела. Можетбыть, это была Судьба?
Боги, хоть один раз Судьба играет на моей стороне. Хорошая перемена.
– Может быть.
–
Это проще, чем ты думаешь, - Солярис протянула руку, положив свою холодную ладонь поверх моей.
– Тыдолжна повторить порядок, в котором знаки появились на твоем теле. Сначала.
– Солярис сжала мою правую руку. “.”
Смелость.
Потом она накрыла своей ладонью мою левую руку.
–
“.”
Сила.
Отпустив мои руки, она положила ладони мне под ребра, над пупком.