Чтение онлайн

Арамус не знал, почему чувствовал необходимость выплеснуть этот факт ей в лицо. Хотел ли он, чтобы она боялась?

— Обратила, но, даже если после признания ты будешь считать меня монстром, чувствовала только радость. Наемники и врачи, управляющие базой, не были людьми. Они заслужили то, что получили. Я счастлива, что они мертвы.

Невероятно, но благодаря этому странному высказыванию Райли только что поднялась в глазах Арамуса.

— Я мог бы убить тебя прямо сейчас и не чувствовать никаких угрызений совести.

— Но ты не поступишь так.

— Да ну? Меня некому остановить.

— Ты точно не поступишь так.

— Почему?

Ее голубые глаза бесстрашно встретили его взгляд.

— Ты не монстр.

Три простых слова, которые метко пронзили сердце Арамуса даже лучше пули. Если бы он сейчас стоял, то пошатнулся бы.

«Черт, эта женщина опасна».

Ему нужно было поставить Райли на место, но в голову не приходило ничего, кроме как свернуть ей шею. Вот только по практическим соображениям это было невозможно, ведь Арамусу могло понадобиться задать ей еще пару вопросов. Ему нужно было как-то донести до нее, что они не были друзьями. Что Арамус был силой, с которой нужно считаться, киборгом, которого нужно бояться. Но что такого сделать с этой женщиной, чтобы одновременно и не причинить ей вред, и заставить пересмотреть свои взгляды?

В дальнейших действиях Арамус винил только свой член. Для тех, кому интересно, позже Арамус жестоко ему отомстил… когда вновь вспоминал поцелуй.

Глава 9

В одну минуту страшный киборг сидел в кресле, доказывая, что он монстр, а в следующую уже затащил Райли на свой стол и поцеловал.

Движения киборга были слишком быстрыми, поэтому Райли потребовалось некоторое время, чтобы осознать произошедшее. Однако ее телу все очень даже понравилось. Несмотря на сложившуюся ситуацию, она почувствовала влечение к киборгу с самой их первой встречи.

Конечно, он выглядел пугающе. Ну как можно было не испугаться такого мужчины? Шесть с половиной футов роста, мускулы, которым позавидовал бы любой стероидный качок, и умение грубить, которое было способно посрамить любого тюремного надзирателя. И все же, чем больше во время разговора киборг пытался шокировать Райли своей прямотой и жестокостью, тем четче она видела в нем мужчину. Мужчину, с которым когда-то обошлись несправедливо, который не доверял, который справлялся с ситуациями единственным известным ему способом — с помощью насилия. Этот киборг, этот мужчина, желающий, чтобы она видела в нем лишь жестокого убийцу, спас заключенных и проявил к ним уважение, которое было несвойственно тем так называемым людям, на которых она работала.

Он был таким же монстром, как и она. Теперь никакое СМИ не заставило бы ее поверить в обратное.

«Как я вообще купилась на пропаганду?»

А еще он был до безумия сексуален. Конечно, киборг не обладал изнеженной внешностью супермодели, но был привлекателен от природы. Его грубые черты лица были такими мужественными, такими захватывающими. Его пронзительный взгляд постоянно оценивал внешность Райли и не раз с явным мужским одобрением останавливался на ее груди, тем не менее киборг ни разу не сделал какого-либо сексуального замечания или намека.

Вот почему его поцелуй удивил Райли. В глубине души она понимала, что он хотел лишь шокировать ее, поставить на место и напугать. Но это возымело противоположный эффект. Как только их губы соприкоснулись, Райли пронзило чем-то похожим на электрический разряд. Она ощутила покалывание, которое разогрело ее кровь и вынудило расслабить губы. То, что начиналось как болезненное объятие, переросло в чувственное исследование губ, а затем слияние языков.

Прошло так много времени с тех пор, как она наслаждалась прикосновениями мужчины. А вернее теми прикосновениями, которые не несли боли. А еще прошло очень много времени с тех пор, как Райли целовалась в последний раз, давно забыв лицо своего бывшего. Она отдалась поцелую всем сердцем, расцветая под нежной лаской, как цветок в пустыне после внезапного ливня. Ее тело разгорячилось, между бедер скопилась влага, а соски в предвкушении затвердели. Она даже поджала пальцы на ногах…

Неизвестно, как бы далеко это зашло, если бы бортовой динамик не затрещал, отчеканив фразу:

— Авион очнулся.

Несмотря на то, что их прервали, киборг не оттолкнул Райли, продолжив поцелуй. С явной неохотой он в последний раз пососал ее нижнюю губу, а затем отстранился. Райли бы очень хотела знать, что он увидел в тот момент на ее лице…

Так как что бы это ни было, ему явно не понравилось. Лицо киборга в одно мгновение превратилось из ошеломленного поцелуем в закаленного солдата.

— Катись к черту отсюда, — когда она замешкала, киборг рявкнул: — Бегом!

Райли ринулась к дверям, которые автоматически открылись при ее приближении, но когда оказалась в коридоре, то врезалась в твердую грудь киборга, ожидавшего снаружи. Вернее, она предполагала, что мужчина был киборгом, так как ничто в его внешности, кроме огромных размеров и физической формы, не намекало на иное происхождение.

— Извини, — пробормотала Райли и опустила глаза, потому что еще не отошла от произошедшего ранее.

Казалось, мужчина не заметил ее состояния, потому что спокойно повернулся и вежливо произнес:

— Следуй за мной.

Ей пришлось бежать, чтобы поспевать за широким шагом мужчины, но это не помешало Райли завести беседу… что угодно, лишь бы отвлечься от неожиданного поцелуя.

— Ты тоже киборг?

Охранник повернул голову… сильнее, чем мог бы выдержать нормальный позвоночник, и бросил на нее веселый взгляд.

— А теперь что думаешь?

— Что тебе следовало пройти кастинг на роль в «Изгоняющем дьявола».

На его лбу появилась морщинка.

— Не понял.

— Прости. Я говорю о фильме, который смотрела будучи подростком.

— Одно из тех развлечений, которые вам, людям, так нравятся?

Он так странно выражался, будто они были двумя разными видами. Неужели киборги действительно считали себя такими особенными? Они начинали как люди. И определенно целовались также. Или даже лучше. И все же киборги придерживались какой-то непонятной идеологии. Может, они не помнили время, когда жили на Земле нормальной жизнью? Тут Райли поняла, что ее охранник все еще ждал ответа.