Чтение онлайн

Дверь открыл Джейсон Ригард.

– Привет, папа! – с один голос поздоровались Одьен и Айени.

– Здравствуйте, – кивнула Мэйю.

– Добрый вечер, – присоединилась я.

– Проходите. Раздевайтесь. Мойте руки и за стол. Мама целый день готовила, чтобы всех нас порадовать.

– А бывают дни, когда мама не готовит? – вставил Айени.

– Ты опять начинаешь? – предупредил отец.

– Он продолжает, – в укор произнес Одьен.

Я поспешила с выводами, изучая дом Ригардов снаружи. Внутри все оказалось более чем зажиточно. Набивший оскомину мрамор на полу, позолоченные канделябры на расписных стенах и картины, которые на этих стенах казались уже лишними. Как будто владельцы дома хотели среди соседей прослыть «простачками», а уже внутри дома, куда простые смертные не попадали, оторвались по полной. «Золотая клетка», – вспомнила я слова Айени. Да, старшее поколение Ригардов отличалось любовью ко всему золотому и «дорогому». Комплекс богатых хранителей, которым хотелось соответствовать богатым райотам, налицо.

К нам в холл вышла Доа Ригард в вечернем туалете. Мы с Мэйю переглянулись, ибо напялили на себя джинсы и кофты, взяв пример с наших дорогих мужчин. И если Джейсон Ригард в рубашке и брюках показался мне одетым вполне формально, то наряд Доа Ригард явно свидетельствовал о том, что мы попали впросак.

Последовали взаимные обмены любезностями, которые прервала Гоаре со своим: «Вы опоздали!»

Она вышла к нам в холл в безупречном брючном костюме и сложила руки на груди:

– Десять минут восьмого! Какого черта?!

– Не кипятись, – предупредил Одьен, помогая мне снять куртку.

Кейдж в вечернем платье тоже вышла в холл, поздоровалась со всеми и пошла, судя по всему, в столовую.

Когда все мы вошли туда же, Мэйю как будто растерялась. Наверное, такой роскоши она в своей жизни никогда не видела. Еще бы, ведь столовая тоже была «золотой»! До звания «платиновая» не хватало мраморных статуй в полный рост. Я на несколько секунд «залипла» на люстре под высоким потолком. В этот помпезный хрусталь было вложено столько же денег, сколько стоила бы новая машина среднего класса. Как будто я попала на чужой праздник жизни, и вот-вот мне укажут рукой на дверь. И хотя когда-то я так же наслаждалась миром роскоши, как и они, сейчас между нами залегала пропасть.

Мы начали ужинать. Кто-то пил шампанское, как мы с Кейдж, кто-то вино, как Доа и Гоаре, кто-то предпочел сок, как Джейсон и Мэйю, а кто-то откупорил бутылку виски и радостно налил брату в стакан. Чтобы накрыть такой стол в одиночку, нужно было простоять у плиты с рассвета. Три вида горячего, легкие закуски, салаты и даже канапе. Если Доа Ригард собиралась накормить гостей только в этом доме, она явно перегнула палку.

– Очень вкусно! – я улыбнулась матери семейства, запив кусок тушеного мяса шампанским.

– Да, мам! – подхватил Одьен. – Ты не перестаешь радовать нас своими изысками!

Доа в ответ лишь улыбнулась.

– Мам, пап, хотел у вас спросить, – Одьен положил приборы и взял в руки стакан с виски, – это не вы, случайно, прилепили красный билет на дверь Алексис?

Кейдж подавилась салатом и закашлялась. Гоаре вино «не в то горло пошло». Мэйю опустила глаза, перестав жевать. Айени вопросительно уставился на Одьена. И только Доа и Джейсон Ригарды замерли в прямом смысле: Доа с вилкой у рта, а Джейсон с графином сока, поднесенным к стакану.

– Я должен был спросить сам, – отсалютовал им Одьен и выпил.

Мэйю сглотнула и повернулась ко мне:

– Тебе вручили красный билет? Когда?

– В субботу, когда убили Поука и Азали Горна.

Айени бросил приборы в тарелку:

– Сеть оставила для тебя красный билет в субботу, а вы с Одьеном только сейчас нам об этом говорите?! – он практически кричал. – Вы в своем уме! Нас чуть не убили на трассе! Выходит, войну нам объявили не вчера, а еще в субботу?!

– Девочка, – Джейсон вышел из ступора и налил себе сок в стакан, – получив на дверь красный билет, ты, первым делом, должна была собрать вещи и скрыться из города. А потом поднять по тревоге свой клан. Этому тебя родители-райоты не научили?!

– Давайте не будем приплетать сюда моих покойных родителей, – прорычала я.

– Теперь мы – ее клан, – напомнил Одьен.

– А с тобой мы поговорим позже! – Джейсон с грохотом поставил графин на стол.

– Не надо, – Доа протянула руку и сжала ладонь мужа.

– Члены моего клана уже прибыли в город, – ответила я. – Они во всем разберутся.

– Пока что они ничем нам не помогли! – настаивал Джейсон.

Мэйю выпила сок и поджала губы.

– Красный билет тебе повесили до того, как убили Поука, или после? – спросила она.

– Думаю, в тот момент Поук уже был мертв.

– Ты поэтому поехала на разговор с Горном? – Мэйю прищурилась. – Хотела выяснить, что сети известно о тебе?

– Да, – я вздохнула. – Горн меня не узнал. И это мне показалось странным. Я еще подумала, что сеть могла вывести Горна из игры, и потому он был не в курсе, что они кому-то объявили войну.

– И после вашего разговора Горна убили, – кивнула Мэйю.

– Да.

– А почему ты у родителей спросил, не они ли повесили красный билет? – Мэйю наклонилась вперед и взглянула на Одьена.

– На билете их отпечатки пальцев, – ответил Одьен и допил свою порцию виски.

– Это точно не вы? – переспросила Мэйю, обращаясь к Доа и Джейсону.

– Точно не мы! – гаркнул Джейсон.

– Зачем оставлять билет на двери Алексис с вашими отпечатками? – задумалась Мэйю.

– Чтобы натравить ее клан на наш? – предположил Айени.

– Или чтобы стравить оба клана с сетью черной Жатвы, – ответила я.

– Когда вы заключили союз? – спросила Мэйю. – Понимаю, что вопрос личный, но сейчас это важно.

– Важно для чего? – обратился к ней Одьен.

– Чтобы восстановить хронологию! – повысила тон Мэйю. – Сами подумайте! Следили не только за мной, но и за Алексис! Она начала встречаться с Одьеном. Кто мог знать, что это не простой служебный роман, а нечто более серьезное, что способно заставить ответить на вызов целых два клана, а не один? Кто-то развязывает войну с сетью и грамотно ведет нас к ней! Этот кто-то нас знает. Он изучил нас. Всех! – Мэйю обвела рукой пространство вокруг себя. – Он изучил и их тоже! – подняла указательный палец вверх. – Твой дядя Алексей и его рыжеволосая подруга правы: этот палач психопат и все мы – его жертвы. Но почему мы? Почему не какой-нибудь другой клан? Другие кланы? За что ему мстить нам?