Чтение онлайн

— Да, — кивает тот.

— Что бы ни случилось.

Это его «что бы ни случилось» оседает морозом на коже.

— А если… — Рома осекается на полуслове, глядя на плачущую мать.

— Я еще раз повторяю: даже если Савелий не переживет операцию, мой сын не должен об этом знать. По крайней мере до тех пор, пока я не вытащу его из психбольницы.

Голос звучит жестко, твердо и бескомпромиссно, но я лишь на секунду представляю реакцию парня, и дурно становится.

— Нельзя так… — вырывается вслух.

Абрамов-старший перемещает на меня свой мрачный взор.

— Морали мне читать удумала? — злится и раздражается. — Хочешь, чтобы он снова остался там на неопределенный срок?

— Нет, не хочу… — поджимаю губы. Зачем переворачивает?

— Новый главврач только рад будет такому раскладу. Ему плевать и на связи, и на деньги. У него и того, и другого предостаточно.

— Игорь Владимирович…

— Ты понимаешь, что ему надо пройти комиссию, будучи в адекватном состоянии, — продолжает напирать на меня он.

— Я все понимаю.

Замолкаю. Невыносимо просто.

— Она права, Ян не простит подобного, — робко вмешивается в наш диалог Марьяна Андреевна.

— Вопрос закрыт, — сухо отрезает Абрамов. — Пусть сначала выйдет из дурдома.

— Игорь…

— Держите рты на замке и не создавайте ему дополнительных проблем! Сорвет башню, и тогда я уж точно ничем не смогу помочь!

— Он звонит мне, — Рома кладет телефон на стол.

— Кошмар. Как-будто чувствует неладное, — Марьяна бросает испуганный взгляд в сторону бывшего мужа.

— И как это понимать? Откуда у него труба? — хмурится тот в ответ.

— У медсестры взял. Вчера тоже звонил, — признается Рома. — Спрашивал про мелкого.

— Сереж… — раздается тихий голос его матери.

— Игорь прав, — непреклонно заявляет мужчина. — Ни к чему Яну лишний раз нервничать.

— А мне врать, что ли? Я же не могу динамить его на протяжении двух дней! — возмущается Беркутов.

— Врать, Рома, врать! — поднимаясь, наставляет его отчим. — Это называется ложь во благо…

— Мне кажется, мы поступаем неправильно, — все же позволяю себе высказаться.

— Неправильно поступил Ян, — склонившись к моему уху, говорит Абрамов-старший. — Когда взял поножовщину на себя…

Произнесенная им фраза повергает меня в шок. Мысли путаются, спотыкаясь друг о друга, и на душе с каждой прошедшей минутой становится все тяжелее.

Как умудрилась сдать зачет, даже не знаю. Отвечала заученными фразами, то и дело запиналась или вовсе забывала, с чего начала. Благо, повезло. Наш преподаватель, Юрий Леонидович, пребывая в хорошем настроении, не особо третировал студентов. Немного поворчал о недочетах, поставил свою витиеватую закорючку в зачетке и отпустил меня.

В общежитие Лешкиного колледжа впопыхах залетаю уже в начале седьмого. Оставляю свой студенческий вахтерше и с бешено колотящимся сердцем поднимаюсь по лестнице на четвертый этаж, надеясь застать брата в комнате.

Вроде здесь, если не ошибаюсь.

Останавливаюсь у двести тринадцатой, пытаюсь отдышаться. Да вот только не успеваю, меня едва не сбивает с ног Лешкин сосед по комнате, решивший выйти в коридор.

— О, Дарин, приветули, — удивленно со мной здоровается.

— Привет, Борь. А Леша там? — стаскиваю с себя шапку. Аж взмокла, пока сюда бежала.

— Так это… — мнется и рассеянно почесывает затылок.

— Ушел?

— Ну… и да, и нет, — сбивает с толку своим ответом.

— То есть?

— Леха ж не живет тут, — смотрит как на дуру.

— Как это не живет? — не совсем понимаю я.

— Ну… Он бросил колледж еще летом. Из-за преподши нашей.

— Борь, ты шутишь? — растерянно хлопаю ресницами.

— Нет. Они замутили в том году, — пожимает плечом. — А ты не знала, что ли?

Отрицательно качаю головой. Должно быть, крайне забавно со стороны все это выглядит.

— И где искать его, не подскажешь? Весь день не могу дозвониться.

— В «Дельфин» загляни. Он вроде там сейчас работает.

— Спасибо, Борь. Адрес подскажешь? — совсем борзею я.

Полчаса спустя толкаю дверь прокуренной забегаловки, расположенной неподалеку от Лешиного бывшего общежития.

Брат замечает меня не сразу. Но когда это происходит, он жутко смущается и подходит ко мне лишь пять минут спустя.

— Дарин, ты чего тут делаешь? — мой визит явно его не обрадовал.

— Пришла поговорить.

— Как ты меня нашла? — недовольно хмурит брови.

— Ребята подсказали.

— В общежитии была? — скисает разом.

— Почему ты не сказал о том, что бросил колледж? — искренне недоумеваю. — И зачем обманывал по поводу работы? Завод значит?

— На заводе я и правда работал. Какой-то период времени, — начинает оправдываться.

— Я не понимаю, для чего лгать…

— Ой да брось, Даш! — теперь уже злится. — Мне надо было всенепременно сообщить о том, что я — мальчик на побегушках?

— Выходит, что я ничего о тебе не знаю, Леш. Все — сплошное вранье, — отмечаю с сожалением.

— Мне было стыдно говорить тебе про учебу и про это… — неопределенно машет рукой, очевидно, подразумевая под «этим» тот гадюшник, в котором трудится. — Пойдем на улицу, — косится в сторону шумной компании, сидящей по соседству.

Встаю и направляюсь вслед за ним.

Леша говорит что-то бармену, а затем проводит меня через служебные помещения к выходу. Сдергивает куртку с вешалки, одевается и поворачивает замок, выпуская нас на задний двор.