Чтение онлайн

— Из погорелого театра! Окончила ЛГИТМиК, но меня никто никуда не брал. Я уж крест на актерстве поставила, а тут вдруг… Это такое счастье, знаешь, Стас, когда все заварилось, я вдруг поняла — я наконец‑то живу своей, понимаешь, своей жизнью!

— Понимаю! — кивнул он.

И она чувствовала, что он действительно понимает ее.

— А ты где учился?

— Во ВГИКе.

— А!

— Варежка, тебе про меня всякое говорить будут…

— Уже! — засмеялась Варя.

— Что пьяница, дебошир, бабник, в общем, совершенно несносный тип, да?

— Не только!

— А что еще?

— Что потрясающий артист, редкий талант, сумасшедшее обаяние…

— А ты чему поверила?

— А всему!

— Ты не только красивая и теплая, ты еще и умная, — засмеялся он.

Она тоже засмеялась.

— И не врушка и не лицемерка… А сколько лет твоему сыну?

— Семь.

— А как его зовут?

— Никита! Я как раз с ним разговаривала по скайпу, когда ты позвонил.

— Так странно, — он глянул на часы. — Это было всего сорок минут назад, а мне кажется, мы так давно знакомы…

— Всю жизнь, — вырвалось у Вари помимо воли.

У него перехватило дыхание. Надо уносить ноги, подумал он. Только бы не наделать глупостей. Она не похожа на других, пока, во всяком случае… и это надо беречь. Куда спешить‑то?

— Варежка, мне пора, дай мне свой телефон. И запиши мой. Звони, когда захочешь…

— И ты!

— Буду! Я завтра уезжаю в Минск на съемки, но скоро вернусь…

— А когда ты у нас‑то сниматься будешь?

— Через неделю, кажется… Ну все, гони меня!

— Это нелегко…

Он сделал шаг к ней, она отступила.

— Иди, пожалуйста, иди!

— Уже ушел! Хоть это и вправду нелегко.

Он шагнул за порог.

— Спокойной ночи, Варежка!

Ой, мамочки, что же это делается? Я же влюбилась! А как в него не влюбиться?

Стас бегом спустился по лестнице, ехать в лифте было невмоготу. Он и вообще‑то всегда все делал бегом, а тут такое… Она удивительная, ни на кого не похожая… и совершенно ничего не играет в жизни. Наверняка она понравится отцу с матерью… И то, что у нее есть сын… Я так хочу сына… Идиот, ты что, опять собрался жениться? Мало тебе? Три раза уже очертя голову несся в ЗАГС… Нет, тут нельзя спешить… Да и с чего ты решил, что она за тебя пойдет с твоей‑то репутацией… Она не девочка уже и живет в Европе. Да, никуда я не буду спешить… даже в постель. Хотя так хочется… Но нельзя. Она ведь может быть другом, а не только любовницей. Жена‑друг… Как это важно, вот у Вадьки с Ленкой такая семья, они любят друг дружку, и при этом они друзья. Мне так этого не хватает…

Его мысли перебил звонок матери.

— Сташек, ты как?

— Все в порядке, мамочка!

— У тебя хороший голос. А то вчера ты был такой замученный. У тебя дома есть еда?

— Не помню.

— Может, заедешь? Я тебя покормлю и с собой дам.

— Спасибо, мам, заеду! Только с собой ничего не надо, я завтра в Минск лечу.

— Разберемся.

— А папа дома?

— Нет пока. У него какое‑то совещание.

— В такой час?

— Ты отца не знаешь?

Отец Стаса был главным редактором газеты.

Мать с порога спросила:

— Сташек, ты что, опять влюбился?

— Да нет…

— Ой, не ври своим ребятам! И кто она? Надеюсь, на сей раз обойдешься без женитьбы?

— Мама, я только сегодня с ней познакомился.

— Любовь с первого взгляда?

— Ее зовут Варежка…

— Как? — переспросила Марина Георгиевна.

— Варежка! Она такая теплая и пушистая…

Марина Георгиевна посмотрела на сына и у нее сжалось сердце. Ей вдруг вспомнился мультик про девочку, которая от одиночества вместо собачки выгуливала варежку… Она подошла к нему, обняла, погладила по коротко стриженным волосам.

— Сташек, как ее все‑таки зовут?

— Варя.

— А, понятно. Редкое имя по нашим временам.

— Я таких еще не встречал… Она особенная!

— Сташек, ты забыл? Тебе все твои бабы казались необыкновенными.

— Вот ты увидишь! Я вас обязательно познакомлю.

— Так! Ты уже собрался жениться?

— Нет, мама. Просто она не москвичка, живет одна, и, наверное, ей будет приятно побывать…

— Час от часу не легче! Откуда она?

— Издалека, мамочка! Шилевич нашел ее в Альпах.

— Постой, это что, та девушка, которая снимается у Шилевича? Немка?

— Она русская, мама, Варежка! У нее есть сын, ему семь годков, Никитой звать… А мужа ее убили…

— Ох ты, господи, кто?

— Случайный наркоман.

— Ну‑ка, расскажи, что ты о ней знаешь.

Стас рассказал. Это было так приятно — говорить с матерью о Варежке…

— Что это с тобой? — спросил Семен Романович, едва завидев Варю.

— А что со мной? — испугалась Варя.

— Глаза какие‑то сумасшедшие… Влюбилась, что ли?

— Да что вы! Просто выспалась!

— А я уж испугался. Ладно, давай на площадку!

Надо взять себя в руки, если уже сейчас заметно, то что же будет, когда он появится на площадке? Ведь сразу пойдут разговоры… Зачем это нужно?

Сегодня предстояли съемки с Димой Бурмистровым. Он, как всегда, был великолепен. И Варя с легкостью необыкновенной поддалась его мастерству и пошла за ним.

— Молодцы! — воскликнул Семен Романович. — Здорово! Варюха, начала чувствовать партнера, умница! Дима, ты просто супер!

Бурмистров снисходительно улыбнулся.

— Сеня, надо снять еще дубль, — крикнул Борис Аркадьевич, — тут не все получилось, надо свет слегка поменять.

Второй дубль Дима играл чуть‑чуть иначе, и Варя сразу уловила эту перемену и снова пошла за ним.

— Черт побери, это еще лучше! — воскликнул Шилевич.

— Поздравляю, коллега, — улыбнулся Бурмистров. — Ты сегодня большая молодчина! Слушай, может, поужинаем где‑нибудь? У меня вечер свободный, такая редкость.

— Давай! — с радостью согласилась Варя. По крайней мере не буду мечтать о Стасе. Может, до его приезда все и пройдет…