Чтение онлайн

— Что привело тебя сюда?

— Я приехала со своей матерью.

Рисса изнуренно улыбнулась ему, давая понять, что ее голова все еще причиняла ей нестерпимую боль.

— Они будут здесь неделю.

Эта новость должна была обрадовать его, а не испугать до смерти.

— Правда?

Майя медленно подошла к нему, как крадущаяся львица, которая была голодна и хотела откусить от него кусочек.

— Нам с тобой нужно снова познакомиться.

Прежде чем Ашерон нашелся с ответом, служанка позвала Риссу. Рисса сморщилась от боли и прижала руку к своей макушке, а затем взглянула на них.

— Я сейчас вернусь.

Майя приблизилась еще на шаг.

— Я уже успела забыть, насколько ты красив…

Он положил ей руки на плечи, чтобы хоть немного отстранить ее.

— Мне сказали, что теперь ты замужем.

— Но он же не со мной.

Она прильнула к нему вызывающе.

— Нет, — сказал он твердо, — я не буду этим заниматься с тобой.

Майя облизала губы и взглянула на него из-под ресниц.

— Я больше не ребенок, Ашерон. Я уже женщина, полная сил, и имею своего собственного ребенка.

— Ты меня не интересуешь с этой стороны.

Она дотянулась до его паха. Ашерон схватил ее за руку, прежде чем Майя смогла дотронуться до него.

— Майя, я нянчился с тобой, когда ты была ребенком.

— А сейчас я хочу, чтобы ты был со мной, как с женщиной.

— Пожалуйста, прекрати.

— Но почему? Ты даже моложе, чем мой муж.

Она попыталась вырвать свою руку из его хватки.

— Ты разве не находишь меня привлекательной?

И тут вернулась Рисса. Ашерон отпустил ее и быстро вышел.

— А теперь мне нужно идти.

— Что-то случилось? — спросила Рисса.

Даже больше, чем он мог рассказать ей.

— Нет. Я в порядке. Мне просто нужно уходить.

Он практически выбежал из комнаты и не останавливался, пока не заперся крепко-накрепко в своих собственных покоях. Приложив голову к двери, Ашерон проклинал все то, что произошло. Что в нем было не так, что все люди, пережившие переходный возраст, хотят трахнуть его? Он так устал от того, что все его постоянно хватают, подмигивают ему и смотрят зазывающе. Это не было нормальным, и теперь с Майей он понял нечто ужасное. Ему никогда не удастся построить с кем-нибудь нормальных отношений. Отец, сестра, даже друг детства. В тот момент, когда кто-то сталкивался с переходным возрастом, для Ашерона все заканчивалось. Почувствовав тошноту от этой мысли, он сполз по двери и возненавидел то непонятное проклятие, которое боги послали на него.

22 июня,9527 г до н. э.

Завтра Ашерон достигнет своего совершеннолетия. Двадцать один. Он должен был быть взволнован этим, но слова оракула все еще преследовали его. Более того, взгляд Майи, когда она попыталась схватить его.

— Что-то нужно менять, — сказал он с тяжелым вздохом.

Его брат все еще планировал убийство их отца, а Ашерон сидел здесь, ничего не делая и стараясь не переходить никому дорогу, а также надеясь, что никто его не увидит.

— Ашерон?

Он откинул голову назад и обнаружил там Риссу, которая присоединилась к нему и вышла на балкон. Она прищурилась.

— Ты снова принимаешь эту гадость, не так ли?

— Только сегодня и завтра, — признался он тихо.

— Но зачем?

Потому что Артемида вырезала его сердце, а у него уже нет жизненных сил, чтобы пережить эти два дня без нее. Это была их старая схватка. Он попросил богиню признать его или, по крайней мере, прийти к нему на годовщину его рождения, а она лишь рассмеялась ему в лицо. Более того, он устал наблюдать за особыми приготовлениями для дня рождения Стикса. Праздник готовился тем человеком, жизнь которого скоро оборвется от руки именно того сына, кого он с таким рвением боготворил. Ирония жизни, да, но это не остановит причинение вреда.

— Ашерон? — Рисса схватила его за щеку и заставила посмотреть на себя, — ты меня слышишь?

— Не совсем.

Он увидел разочарование в ее глазах.

— Что мне с тобой делать?

— Избей меня, как и все.

Она взглянула на него.

— Это совсем не смешно.

А он и не пытался. Это бы простой факт из его жизни: он подталкивал людей вокруг себя на невероятные акты насилия. Она покачала головой, прежде чем отступить.

— Ты знаешь, что я не оставлю Апполодоруса рядом с тобой, когда ты в таком состоянии.

— Я знаю. Это было бы не по-матерински с твоей стороны. Не то, чтобы я лично знаю, как мамы ведут себя со своими отпрысками. Кажется, я видел нечто такое в пьесе, только там мать скормила своего ребенка льву. Очень плохо, что моя мама была не настолько милосердной, а?

Рисса притянула его голову к своему плечу и поцеловала за ухом, а потом нежно взъерошила волосы.

— Твои волосы стали светлее, чем раньше. Я думаю, что мне нравиться сейчас их длина. Ты что их подрезал?

Он покачал головой.

— Кто бы ни стриг мои волосы, он обязательно захочет переспать со мной после этого. Я решил, что пускай они растут до самых пят, или же пока отец не разозлится в очередной раз и не сбреет их снова. Возможно, мне нужно сходить и преподнести еще один дар богам. Я слышал, что у Афины совсем скоро будет празднество.

Она взволнованно вздохнула.

— А ты сегодня в настроении.

Это были наркотики, смешенные с его разочарованием. Он всегда это ненавидел, когда был в Атлантиде. Его саркастическая небрежность никогда ничем хорошим не заканчивалась. Ашерона всегда убивало то, что они сначала пичкали его наркотиками, а потом наказывали за то воздействие, которое наркотики оказывали на его тело и разум. Артемида испытывала, например, странную любящую ненависть к такому настроению. Временами ей это нравилось, а иногда она так же, как и все, наказывала его за это. Проблема была в том, что он не знал, как она это воспримет, пока уже не было слишком поздно. Рисса отпустила его неохотно. Его боль была невероятно ощутимой, а она ничего не могла сделать, чтобы хоть как-то облегчить ее. Ей хотелось рыдать в голос от своей беспомощности, когда дело касалось Ашерона. Самое ужасное то, что что-то произошло между ним и Майей, а он отказывался говорить об этом. Догадкой Риссы было то, что Майя поддалась тому же магическому притяжению, которое ощущали и все остальные. Это должно быть было как-то связано с половой зрелостью. До полного сексуального развития дети просто не могли различать этого. Но вот после… Ее бедный Ашерон. Если бы был еще кто-нибудь в их окружении, кто мог бы себя контролировать. Я единственная. Она не считала себя какой-то особенной, но это не меняло того, что Ашерон был совсем один. Он всегда был одиноким. Их отец никогда не позволит ему жениться, а после недавнего покушения на Стикса, возле дверей Ашерона снова выставили стражников. Теперь исчезла и та небольшая свобода, которая у него была. Как бы ей хотелось, хоть что-то улучшить в его жизни. После заката, Ашерон наблюдал за действиями внизу. Большая процессия, объявлявшая о появлении принцессы Фив, вот то, что привлекло внимание Ашерона больше всего. Это была новая невеста Стикса. Они должны были пожениться через две недели после его дня рождения. В этот раз он планировал держаться, как можно дальше от женщины своего брата. Как будто почуяв опасность, его яйца заболели только от одной мысли, что их могут снова отрезать. Содрогнувшись, Ашерон проклял своего брата за кастрацию. Стикс знал правду о том, что его невеста сделала, но ублюдку было наплевать на это. И что? В чем было-то его унижение? Единственное, что имело значение, так это драгоценный Стикс и его достоинство. Вздохнув, мысли Ашерона снова вернулись к оракулу. «Акри ди дийим». Что бы это могло значить на самом деле? «Повелитель и господин будут править». Он уже был у власти в спальне, что еще у него было? Это просто одурманенный оракул, Ашерон, забудь об этом. Они всегда говорят бессмысленными загадками. И не удивительно. В этой суке было больше дурмана, чем в нем сейчас. Может ему самому начать выдавать предсказания? О, подождите-ка, одно у него уже есть… Артемида не появится ни сегодня, ни завтра, но третьего дня она прыгнет на него, пока он будет слаб. Видите… предсказание. Ашерон знал будущее лучше, даже чем оракул. Горько рассмеявшись, он сполз с перил и направился в кровать. В следующую секунду, он оказался в храме Артемиды, лежащем на полу, у ее ног.

— Было бы очень мило, если бы ты предупреждала меня, Арти.

Рассмеявшись, она обхватила руками его плечи и укусила за шею.

— Я так проголодалась.

Ашерон должен был догадаться.

— Ты же сказала, что не сможешь увидеть меня до послезавтра.

Артемида поцарапала ногтями его шею, сделав так, что мурашки забегали по всему его телу.

— Случилось временное затишье, поэтому я выкроила время для тебя. Немного благодарности сослужило бы тебе хорошую службу.

Ашерон откинул голову назад и одарил ее чудным взглядом.