Чтение онлайн

Белохвостов нахохлился, как замерзший воробей, и молчал, чему я была в душе несказанно рада. Понятное дело, молчали и его телохранители. Жора целиком погрузился в процесс вождения, что, видимо, было для него более привычным и приятным занятием. Сергей попыхивал только что прикуренной сигаретой, и по выражению его лица, а вернее, по отсутствию этого самого выражения я могла догадаться, что парень окончательно и бесповоротно выбросил из своей головы только что произошедшие на даче события. Сделал дело — гуляй смело, как говорится.

Однако надолго Николая Сергеевича не хватило. Едва я начала облекать свои размышления во что-то более или менее рациональное, он повернул ко мне хмурое лицо и как-то грустно взглянул.

— Что будем делать дальше, Евгения? — последовал ужасно глупый вопрос киномагната.

— Искать и не сдаваться, — немного язвительно ответила я.

«Мерседес» на предельной скорости мчался в центр столицы. Широкая дорога убегала под колеса автомобиля, как лента конвейера. Навстречу медленно проплывали тяжелые тягачи, грузовики, автобусы. Глядя на дорогу, я мысленно вернулась к разговору с Виктором, перебирая в памяти детали нашей с ним последней беседы, и тут же неожиданно поймала себя еще на одной оплошности. Ну конечно! Как же я не догадалась сразу! Я загрузила Виктора персоной Юрия Твердовского, но совершенно упустила из виду его дружка. Как бишь его звали? Альберт? По-моему, мысль о нем даже мелькнула тогда в голове, но что-то отвлекло и остановило меня.

— Женя, — вновь обратился ко мне Белохвостов, и я вынуждена была освободиться на минуту от гнета нагромождающихся в моем мозгу предположений. — Что вы все же намерены теперь предпринять? Есть идеи?

— Есть, — честно ответила я.

— Какие?

— Пора снова обратиться к одному моему ценному знакомому и поговорить с ним о похитителях. — Следуя примеру телохранителя Николая Сергеевича, я тоже закурила сигарету и слегка приспустила боковое окно. — Человек он в высшей степени осведомленный, уважаемый в определенных кругах, и я надеюсь, что с его помощью кое-что прояснится.

Белохвостов впервые за последние двадцать минут искоса и с явным подозрением взглянул на меня. Я призадумалась, следует ли говорить продюсеру о человеке, благодаря которому мы влипли в такую досадную неприятность. Несмотря ни на что, у меня не было оснований не доверять Виктору. Я просто не могла не доверять ему. Но с другой стороны, скажи я Белохвостову, кто именно меня интересует в настоящий момент, вряд ли это вызвало бы у Николая Сергеевича взрыв энтузиазма. Так к чему тогда откровенничать раньше времени? Поэтому я предусмотрительно не стала углубляться в детали, завершив на этом описание персоны таинственного подручного Пастора. Но Белохвостов не успокоился. Напротив, мои слова о некоем ценном помощнике заставили его сдвинуть брови к переносице и еще более пристально ощупать взглядом мое лицо.

— Кто он?

Я пожала плечами.

— Пока не считаю возможным это сказать, — последовал с моей стороны лаконичный ответ. — Простите, но у меня есть своего рода профессиональные секреты. Важно другое, Николай Сергеевич. Возможно, к вечеру я буду знать, где скрываются настоящие похитители вашей дочери.

— Хорошо, — кивнул Белохвостов, но счел нужным поинтересоваться: — Эта встреча, надеюсь, не связана с риском для вашей жизни? Я могу дать вам людей, чтобы дело легче двигалось?

— Думаю, это только усложнит ситуацию, — вежливо отказалась я. — Поэтому действовать я буду одна.

Николай Сергеевич помолчал всего несколько секунд, буравя бессмысленным взглядом коротко стриженный затылок сидящего впереди телохранителя, а затем снова обратился ко мне.

— Евгения, — подчеркнуто официально произнес Белохвостов. — Мой проект — это дело всей жизни. Думаю, не стоит говорить, как много поставлено на него. Но жизнь и здоровье дочери для меня всего важнее. Подумайте, может, все-таки не стоит так слепо доверяться судьбе? Тем более теперь, когда от вас зависит так много.

— Поверьте, Николай Сергеевич, я ничем не рискую, — заверила я этого мнительного господина. — Это надежный человек. К сожалению, большего я вам сказать не могу. Пока.

— Я бы не хотел вас потерять. — Мне показалось, что он начинает просто ныть, как ребенок.

— Не потеряете. Если я хоть что-нибудь понимаю в людях, то уже сейчас могу вам сказать совершенно однозначно. — Я выдержала паузу. — Мы имеем дело с самыми заурядными аферистами, которые вряд ли отважатся на то, чтобы причинить вашей дочери вред. Что же касается пяти миллионов… Те, кто их требовали, умолкли навсегда и не смогут теперь попросить у вас даже копейки. А разыскать горе-режиссера не составит большого труда. На это просто потребуется немного времени. — Мне и самой хотелось верить в искренность произносимых слов.

— Когда же вас ждать? — спросил Белохвостов.

— К вечеру.

Николай Сергеевич сокрушенно покачал своей большой головой. Он был сейчас так морально слаб, что я едва не рассмеялась. Вот только еще его нытья мне сегодня не хватало. Я выбросила окурок за окно и открыто улыбнулась именитому столичному продюсеру.

— А вы пока займитесь чем-нибудь. Например, тем же проектом. Почему нет?

Белохвостов не принял моей иронии и насупленно отвернулся в сторону. «Мерседес» проскочил мимо заваленного мешками с песком и похожего на блиндаж, дежурного поста ГИБДД. Николай Сергеевич слегка подался вперед и тронул водителя за плечо.

— Жора, помедленней, мы въезжаем в город, — попросил он и, уже не глядя на меня, поинтересовался вполголоса: — Вас где высадить?

— Пока завезите в гостиницу, — ответила я. — Для начала надо привести себя в порядок.

— До вечера я буду на работе, — проинформировал меня Белохвостов после очередной непродолжительной паузы. — Жду вашего звонка.

Мотаясь по неразберихе улочек и проездов, летя по широкой, перегруженной автомашинами Кольцевой, мы медленно, но верно приближались к сердцу Москвы. А уже минут через двадцать или около того «Мерседес», проворно объезжая стоящие в некотором беспорядке легковые машины, пробрался на прилегающую к гостинице площадь, часть которой фактически превратилась в автостоянку.

— Звоните, — вновь повторил Николай Сергеевич, когда наш друг Пират технично приткнул автомобиль к обочине. — И ради бога, не исчезайте. Пожалейте мои нервы, мне еще очень много нужно сделать. Проект останавливать нельзя. В него втянулось уже много людей. Разных людей, среди которых очень дорогие художники, например, и их личное время в буквальном смысле дороже золота.

— До вечера, — просто ответила я на эту душещипательную тираду, видимо, рассчитанную на то, чтобы затронуть мои самые глубокие чувства.