Чтение онлайн

А когда выпутал, вероятно, захотел запутать обратно.

— Пресветлый, Юлианна... — вздохнул он, оценивая мое зареванное, исцарапанное лицо.

— Это была ваша идея! Кто вообще вешает артефакт на ветку высотой три метра, зная, что у девушек рост полтора?! Я, как её, по-вашему, должна была достать? Прыгнуть и взлететь? Так ещё и запутал так, что не стянешь. Вы изверг, а не жених! — рыдала я и выдавала всё, что накопилось за последние несколько часов.

С тихим стоном, меня сгребли в охапку вместе с одеялом, которым укрывали, и прижали к груди.

— Не кричите, вы сорвете голос. Хватит того писка, который я услышал в лабиринте, — прошептали в мои волосы.

— Живодёр несчастный... Это не я пищала, а ваш лабиринт, когда я пыталась палку добыть, — буркнула и тут же прикусила язык.

— Вы пытались что? — с нескрываемым удивлением спросил ректор.

Кажется, это признание было лишним.

— Ничего. А что? — прошептала в ответ.

— Пытались отломать ветку многовекового живого карагана? — повторил он свой вопрос.

Судя по тому, как в голосе начальства зазвучали истерические нотки, я совершила что-то кощунственное.

Может, у них это растение священное?

Или национальное достояние масштаба Империи?

Вымирающий вид?

Судя по взгляду чудища, я поняла: пора бежать.

— Мне плохо, я не в себе. Отпустите, перенесите меня в комнату и вообще – мне нужен выходной. Сами встречайте своих невест, — тараторила я и начала вырываться.

Но Фердинанд не пускал.

— Прекратите истерику, Юлианна! — попытался рыкнуть, но от этого я только забилась ещё активнее.

— На жену рычите, Ваше Высочество, а я – наемный работник. На эту должность не нанималась! Хватит с меня караганов и веток, артефактов, отборов принцев, бывших женихов, хамства, башен, испытаний! — перечисляла я, разжимая его пальцы.

Фердинанд тихо зарычал, потом с силой опрокинул меня на кровать и навис сверху, придавив собой.

— Сама успокоишься или помочь? — гневно прошипел прямо в лицо.

— И что ты мне сделаешь? М? В голову залезешь? Или поцелуешь от злости? — ехидно выдохнула я, и в чёрных глазах тут же сверкнула магия.

Ну да, конечно! Небось, истерики Юлианны он так и глушил.

Но не учёл, что на мне-то это не работает.

Я ухмыльнулась, а принц натурально застонал от бессилия.

Потом посмотрел в упор, замер на губах и прищурился.

Ох, не понравился мне этот взгляд. Но прежде чем успела понять, что задумал этот наглец, тёплое дыхание скользнуло по коже, и вслед за ним прозвучал странный ультиматум.

— Сейчас я отведу тебя к целителю. А потом ты расскажешь, как додумалась навредить вековому лабиринту. Иначе… — прошептал он, едва не коснувшись моих губ.

Непонятно.

Это что, должно меня напугать?

Поцелуй?

Или Юлианна боялась его после того, как сама же пыталась соблазнить?

Что ж он тогда ей сделал, что теперь так угрожал?

Но я-то не Юлианна. И, к счастью, не помню, что такого страшного было в поцелуях чудища. Клыки у него, что ли?

— Сейчас вы меня отпустите, а завтра – разбирайтесь как хотите. Я увольняюсь, — с придыханием бросила и, пугая его тем же, сама коснулась губ.

Я-то не невинная девочка, а опыт, как говорится, не пропьёшь. И хоть целоваться я не особо любила, но, в отличие от старой владелицы этого тела, умела.

Провела языком по нижней губе принца, а потом легко прикусила.

Мужская грудь, часто вздымающаяся от злости, на мгновение застыла, стала каменной. А кулаки сжались с такой силой, что был слышен хруст суставов.

А потом огромная ручища сдвинулась и вместо простыни сжала мои волосы.

Монстр принял приглашение на пир.

Первое утро в этом мире, когда я собиралась намеренно медленно.

Идти никуда не хотелось настолько, что я едва встала с кровати и то только потому, что в дверь лихорадочно стучали.

— Леди Юлианна, меня приставили к вам личной служанкой, — произнесла девушка в странном чепчике и с тонкой косичкой.

Совсем молоденькая, худая и бледная. Ей бы самой тут учиться, а не прислуживать.

Но прогонять не стала.

— Ясно, не сама – так под конвоем, — обреченно вздохнула, понимая, что после вчерашнего чудище подсуетился.

Видимо, поцелуй подсказал, что настроена я более чем серьёзно. А оставаться с Рамоном вдвоём нашему женишку — ух как не хотелось.

Да, все рычаги влияния на Юлианну закончились.

Жених бросил, с работы так и так выгонят, в голову залезть не могут.

Даже поцелуй, который должен был напугать, оставил не страх, а странное послевкусие, с отголосками забытого желания.

Меня так ещё никогда не целовали — жадно, почти по-звериному, дико. Будто он хотел не поцеловать, а съесть меня целиком, высосать душу, присвоить.

Кажется, Фердинанд и сам не ждал, что напор, с которым он накинулся на мои губы, не напугает, а заставит тело вспомнить, что такое возбуждение. Хотя нет, не тело.

Это тело, вероятно, и не знает, что оно такое. А вот моя голова уже забыла, когда внизу что-то так кружило.

Собственно, мой тихий стон и спугнул нашего грозного ректора.

Меня доставили в комнату как посылку.

Быстрым рывком, укутав с головой в одеяло и на плече. Я даже не поняла — ни когда мы перенеслись, ни откуда.

Опомнилась на своей кровати от злого, хриплого голоса.

— Завтра утром проверка невест. Опоздаешь – сам приду. Голой занесу, если понадобится. До конца Отбора Я ТЕБЯ никуда не отпускал! — прохрипел взбудораженный принц-ректор, громко хлопнул дверью моей каморки и исчез.