Ассистентка
Шрифт:
Но все же удалось договориться с одним из спонсоров. Один – мало, но когда ты три часа обзваниваешь более сотни номеров и получаешь отказы – это целое достижение.
Приступаю к поиску судейского состава. Чувствую себя уже более уверенно и даже закрываю документ-шпаргалку, поскольку выучила все описание и пояснения наизусть. И снова…
Отказ.
Отказ.
Отказ.
Один за другим, я получаю отказы, а некоторые даже посмеиваются, мол, куда вы полезли, малоизвестная новая организация, еще не нахлебавшаяся должной пыли. Стерпела пару оскорблений, не стала отвечать грубостью в ответ, хотя желание такое внезапно появилось, несмотря на мою неконфликтную натуру.
Договорилась с одним единственным гонщиком, который с великим удовольствием согласился хоть на следующей неделе прилететь в Россию и помочь с организацией и аккредитацией трека.
Смотрю на две записи на листке и ощущаю разочарование и гордость одновременно. Нужно дождаться Стаса и показать ему свою проделанную работу.
Боже мой, «Стаса». Как же это тяжело заставить себя переключиться с официального обращения с людьми что старше тебя, на обычное бытовое. Уверенна, что это просто дело привычки и скоро я смогу спокойно «тыкать» начальнику, но пока что мне даже в собственных мыслях дико называть его «Стас». Это все воспитание и возрастная пропасть виновата.
– Ну как обстоят дела? – словно на зов моих мыслей, в кабинет возвращается Станислав.
Вскакиваю с места и протягиваю ему листок с двумя записями. Начальник садится на диван и долго читает написанное. Слишком долго, для шести строчек с данными… Чувствую, как нарастает мое беспокойство, а сердечко в виски «тук-тук-тук».
– Ты издеваешься, да? – поднимает на меня взгляд Авдеев, а я окончательно столбенею от страха.
– Что-то не так? – дрожащим голосом спрашиваю я.
Где и чем я могла накосячить?! Ну же, Лия, давай вспоминай! Может быть ты сделала не то, что нужно? Может быть, ты не в ту базу Валерия Дмитриевича залезла?
– Ты вот это серьезно? – трясет листком Станислав, прожигая меня темным взглядом. Вот-вот и лазеры вспыхнут, как у Супермена, и останется от меня лишь кучка пепла. Не могу прочитать эмоции на его лице, но он вроде бы и не злится, а вроде бы и не совсем доволен… – Лия, я с тобой разговариваю, ау, милая!
– Скажите, что нужно переделать и я все переделаю, – растерянно хлопаю глазами я, а от нервов руки снова хочется чем-то занять.
– Ничего не надо переделывать, – откидывается на спинку дивана Авдеев и запрокидывает голову к потолку. На его губах появляется тень улыбки и я даже тешу надежду, что не все так плохо. – Просто в этом мире существует всего два человека, с которыми я не хочу сотрудничать и просить помощи. И как ты думаешь, чьи имена записаны на этой бумажке?
Глава 8
– Вы только скажите и я еще раз обзвоню агентов, – нервно говорю я. – Перезвоню тем, кого записала, и откажусь от их услуг, если вы не желаете с ними работать. Обязательно найду других!
– Нет, оставь все как есть, – поднимается с дивана Авдеев и подходит ко мне. – Видимо это судьба, – усмехается он. – Перезвони Славину и скажи, что я согласен на его помощь и буду очень рад, если он приедет и поможет с организацией.
– Хорошо, а что передать Бергеру Кириллу Викторовичу? – подглядываю в листочек, чтобы правильно назвать фамилию.
Начальник немного мрачнеет, а в глазах появляется отблеск неведомой мне обиды.
– Все то же, Лия, – спокойно отвечает мужчина и протягивает листок.
– Хорошо, я сейчас же все сделаю! – часто киваю, стараясь показать весь свой рабочий энтузиазм.
Станислав как-то слишком пристально рассматривает мое лицо, словно цепляясь взглядом за мелкие черты. Ощущаю себя более чем неловко и не знаю как вести себя дальше, тишина и этот странный взгляд щекочут и без того напряженные нервишки.
– У тебя линзы? – вдруг спрашивает Авдеев, глядя прямо в глаза.
– Нет, – смущенно опускаю взгляд. Вот и он заметил мои идиотские разноцветные глаза…
– Невероятно, – с улыбкой произносит Станислав. – Очень необычно и красиво, даже сказал бы, что волшебно.
– Спасибо, – краснею, как помидор, но мне приятны его слова. Щеки жжет, уши пылают, а сердце колотится, как заведенное.
– Прости, что смутил, просто никогда подобного не видел, – усмехается Авдеев и смотрит на свои наручные часы. – Хочешь пообедать? Как раз время обеда, между прочим.
– Я хотела у вас отпроситься, чтобы съездить в больницу в это время. Вы позволите? – с надеждой спрашиваю я, сминая уголки на листке с контактами спонсора и судьи.
– Что-то серьезное? – обеспокоенно уточняет начальник.
– Не со мной. В первую больницу, у меня там мама, – ответ получается слишком тихим, а голос сам собой срывается на последнем слове.
– Ты не поверишь, мне тоже нужно в эту больничку, – отвечает начальник. – Собирайся, Лия Яновицкая, поехали.
Не стала отпираться, раз Авдееву было по пути. Села на переднее сиденье его машины и погрузилась в телефон, наслаждаясь какой-то приятной иностранной мелодией по радио. Не знаю о чем говорить с мужчиной и стоит ли вообще, поэтому открываю диалог с Ингой, так жаждущей моего внимания.
Инга: «Ты решила зажопить свою днюху?»
Я: «С чего ты взяла?»
«Не слышу объявления о месте
и времени тусовки, красотка!»
«Еще целая неделя, угомонись!
Уж тебя и Вову я точно позову, не переживай.»
«Как первый рабочий день?
Опоздала, нагрубила, не справилась?»
«А ты в меня веришь, подруга.
Все хорошо, еду с начальником в больницу к маме.»
«Когда это у нас стало обязательным
знакомить босса с родителями?»
«Нам просто по пути, дуреха!»
«Как Виктор? Ничего не писал?»
«Нет.»
«Пригласи его на днюху, напиши сама!»
Убираю телефон и с грустью смотрю на пролетающие мимо автомобили. И ведь правда, возможно, что мое приглашение на вечеринку послужит первым шагом. Вот только проводить эту вечеринку негде, не на что и не хочется совсем.
– А что с мамой? – вдруг прерывает тишину Авдеев, как бы невзначай задавая вопрос.
– У нее не так давно был сердечный приступ, она в очень тяжелом состоянии в больнице. На аппарате жизнеобеспечения…