Чтение онлайн

— И как глубоко они собираются развить наступление?

— Об этом красноречиво свидетельствует состав второго эшелона. Десятки тысяч кораблей снабжения и обеспечения. Танкеры, заправщики, грузовые суда. Тысячи транспортников с десантом.

— Масштабное вторжение в Верхние миры, — подытожил Стилихон.

Аналитик ответил утвердительным взглядом.

— Господин адмирал, — доложил со своего места дежурный офицер. — Все корабли вернулись на свои предписанные планом позиции.

Стилихон кивнул.

— Пришло сообщение с Воха! — громко произнес радист. — Из подпространства появились крейсер «Грозный» и пять ракетных кораблей.

— Ага, — пробормотал Стилихон. — Вот и боевые части из системы Диких. Их опыт будет очень кстати. Диспетчер! Подтягивайте их в центр прохода.

— Слушаюсь!

— Мне нужно идти, — сказал аналитик, пряча в карман блокнот. — Еще много работы.

— Погоди. — Стилихон наконец оставил в покое бороду. — Удалось ли проанализировать их переговоры?

— Переговоры сплошь технические. Правда, орки еще транслируют религиозную проповедь Натаса. — Он несмело улыбнулся. — Но чтобы ее анализировать, требуется психиатр с крепкими нервами. Не всякий может вынести ту жуть, которую говорит сенобит.

— Меня интересует, почему чернокровые не нападают?

— Совершенно никакой информации по этому поводу. Абсолютный ноль. — Он аккуратно поправил редкие волосинки, сбившиеся на лоб. — Я полагаю, если не нападают, значит, чего-то ждут.

— Логично, — хмыкнул Стилихон. — Но каждый час промедления на руку нам, а не им. Они теряют преимущество внезапности, а к нам подтягиваются корабли.

Полковник аналитической службы лишь развел руками.

После этого разговора Стилихон связался с капиталами головных крейсеров, с комендантами станций, наемных гарнизонов и получил от них доклады о полной боевой готовности. До заседания оперативного штаба оставалось десять минут. Он покинул командный центр и спустился в тюремный блок, в котором недавно содержался он, а теперь находился его бывший помощник вице-адмирал Савл.

Когда престарелый адмирал вошел в камеру, мятежник поднялся с табурета и вытянулся в приветствии. Стилихон подумал, что армейскую дисциплину невозможно выкорчевать из офицера Союза. Вложенная однажды, она останется в крови до самой смерти.

— Балниган больше не командует Вооруженными силами, — сообщил Стилихон, пристально глядя на бывшего помощника.

Кадровый военный Савл, сын знаменитого генерала, ни взглядом, ни жестом не выдал своих чувств.

— И где он сейчас? — лишь спросил бывший помощник.

— Его взяли под стражу. Это все, что мне известно.

— Зачем вы пришли?

— Я пришел сказать, что не в обиде на тебя, Савл. Ты выполнял приказ. Я не представляю, как поступил бы сам на твоем месте.

Савл покорно склонил голову. Когда вновь поднял глаза на Стилихона, в них сквозила тревога.

— Что снаружи? Как там орки?

— Все по-прежнему. Стоят и ждут. Но нет сомнений, что они готовят агрессию.

Пленник кивнул.

— Да, — сказал он, — быстрые маневренные корабли, которые двинутся в прорыв в районе крепостей, десант вторым эшелоном. Битва будет жаркой. Надеюсь, что мы недаром готовились к этому наступлению тысячу лет.

— Я пришел сказать, Савл, что не стану отправлять тебя под трибунал. Сейчас на счету каждый офицер. И мне не хочется, чтобы талантливые люди гнили в тюрьме из-зa единственной нелепой ошибки.

Савл молча смотрел на командира.

— Я не могу оставить тебя на прежней должности, — продолжил Стилихон. — Поэтому ты отправишься на передовой рубеж. Комендант крепости «Северный Хозяин» станет моим помощником, а ты займешь его место. Станция знакома тебе лучше, чем кому-либо другому, ведь ты командовал ею четыре года.

— Адмирал… Стилихон… Я не знаю, как благодарить вас. Спасибо!

— Не стоит… Я хорошо знал твоего отца. Это был очень ответственный человек. И я хорошо знаю тебя. Ты его достоин.

— Я готов искупить вину. Я готов отдать свою кровь во благо человечества!

— Твоя кровь нам еще понадобится. Держи сектор. Не позволь оркам прорваться.

— Меня они не пройдут! — произнес Савл с упрямой злостью.

Полчища мрачных звездолетов замерли в ожидании. Бронированные корпуса опутывали цепи остроугольных узоров-оберегов, а головки нейтронных торпед в пусковых шахтах венчали руны силы и меткости. Борта маневренных кораблей, которые первыми ринутся в бой, обмазаны жертвенной кровью. Их носы, из-за агрессивно выдвинутых орудий похожие на жала гигантских ос, были направлены на исполинские крепости.

Миллионы орков прильнули к иллюминаторам, с нетерпением ожидая начала наступления. Они жевали галлюциногены, с нижних палуб раздавались мученические крики последних приносимых в жертву рабов, а из динамиков внутренней связи рвалась неистовая проповедь Натаса, второго помощника Темного Конструктора.

А его первый помощник, надменный и ужасающий Демон Синевы, стоял на носу корабля на пустой палубе, накрытой прозрачным куполом, отчего казалось, что стоит он в открытом космосе. С отрешенностью Рап разглядывал пока еще человеческие владения: освещенный светом белого карлика туннель в абсолютной черноте, забитый крупицами кораблей. Несмотря на свет ламп, сенобит не отбрасывал тени, хотя его подданные шептались, что тень все-таки существует. Вопреки природным законам, образует ее не белый свет, и падает она не в этот мир.

Бесконечно долго продолжалось ожидание, и все это время Рап стоял неподвижно, даже не покачнулась его коса. Наконец один из экранов возле ног озарился, показывая, как в глубинах Хеля вспыхнула сверхновая и накрыла темным мертвенным светом окружающие созвездия.

Повелитель подал знак. Время пришло.

Paп достал из складок мантии угловатый крюк. Черные безжизненные глаза взглянули на обточенный кусок стали с осторожностью. Сенобит поднял шлифовальный камень и несколько раз медленно прошелся по нему крюком, снимая невидимые глазу шероховатости.

Ковчег Алых Зорь

Связи с Игнавусом по-прежнему не было. Оставив все попытки уснуть сегодняшней ночью, Серафима еще раз подозрительно глянула в угол и, не выключая общего освещения, покинула комнату, в которой ей было не по себе.

Прогуливаясь по коридору, она оказалась на крохотном балконе, с которого открывался вид на долину Ковчега. Прижавшись к перилам, она смотрела на усеянное звездами небо; подставив лицо освежающему ночному ветру, наслаждалась тишиной, которую даровал ей этот безмятежный край.