Чтение онлайн

Кар начал взбираться на холм, и гид сделал небольшую передышку.

Гул мотора воспринимался как вибрация. Кто-то сказал:

— Красиво! Но сейчас уже не то. Вот мы как-то раз… года два тому… специально ездили смотреть рассвет во время бури. Вот, что нужно было снимать! Я потом подобное только раз видел.

— Где?

— На одном форуме. Там вывесили неизвестные инсталляции этого визуалиста модного… сетевики, подскажите…

— Кэрбора? Это который "Паломников" написал.

— Вот. Да, его. У меня такое чувство возникло, что он в каре тогда со мной рядом сидел, настолько похоже получилось. Вообще, я конечно, больше люблю классическую англоязычную литературу. Но из современных мне вот он нравится и еще Патрисий. Но Патрисий, он все же очень много места уделяет музыке, а не чистой прозе.

— Не скажи. Подбор музыки в инсталляциях — половина успеха.

— Да ладно, — вклинился женский голос, — у ранних авторов вообще никакой музыки нет, а ваш Кэрбор скорей шумы использует, а не музыку. Я этого не понимаю.

Запахло чем-то родным. Словно Лика в своей разлюбезной гостиной затеяла спор о роли музыки в современной визуальной прозе, и Рина сразу бросилась в бой, в спор ради спора. А Колоброд привел ватагу приятелей и хвастает почем зря былыми подвигами. Не хватает только анонимов…

Впрочем, на роли анонима, сегодня, похоже, она сама. Чтобы разбить это ощущение, Лика сказала:

— Главное, не то, какая музыка используется, а насколько она гармонирует с картинкой и сюжетом…

На это почему-то никто ничего не ответил. Словно голос в пустоту: кричать — не докричаться.

Машина, наконец, вскарабкалась на вершину холма и остановилась. Гид пригласил всех прогуляться ножками по грунту. Но призвал к осторожности: слабая гравитация поначалу кружит голову даже самым рациональным людям. Лика решила, что будет осторожной, как никогда, и так и не подошла к самому краю обрыва. На всякий случай.

Беседа возобновилась, плавно перейдя в обсуждение планов обустройства какой-то долины. Лика перестала слушать. Она смотрела на путь, проделанный каром. Его легко было проследить: пыль еще не везде улеглась. Где-то там город. Но определить, где именно — трудно. Какие-то строения видны, но Сити это или какие-нибудь заводы, разве поймешь?

— Ну, насмотрелись? — добродушно спросил гид, — или еще погуляем?

— Да нет, поехали, чего уж. О подробностях договоримся вечером в бане, — отозвался кто-то, из экскурсантов. Лика за всю поездку так и не научилась их различать, даже не стала пробовать. Как там вчера Кирилл сказал? Боты? Сегодня она для этих людей аноним, а они для нее — боты. Заговаривать с ними бесполезно, не услышат. Хотя и обидно до слез…

До шлюзов оставалось совсем немного, когда диспетчер передал по радио, что в старой соляной шахте авария, из-за этого обвалился тоннель скоростного метро, так что "Станция "Северные шлюзы" закрыта, а на завалах работают спасатели, там засыпало пятнадцать человек тоннельщиков. Ближайший к вам въезд у станции "Космопорт", двигайтесь туда".

Гид повторно связался с диспетчерской, но снова толку не добился:

— В город с нашей стороны вы все едино до завтра не попадете, пока метро не починят, так что двигайтесь к космопорту, это всего семьдесят километров.

Лика попыталась прикинуть, сколько такая поездка займет времени, и не успела. Кто-то из товарищей по несчастью справился раньше.

— Средняя скорость кара по пересеченке двадцать — двадцать пять километров. В самом благоприятном случае это три часа езды.

Отозвался водитель:

— У меня энергии не хватит до космопорта. Обычно я оставляю задел на непредвиденные случаи, но мы его потратили, когда поднимались на холм. Так что про порт можно забыть.

— И что теперь? — спросила женщина, не понимавшая использования в инсталляциях шумов вместо музыки.

— Ну, есть еще вариант. Не знаю, понравится ли. Здесь относительно недалеко есть подземная фабрика. У них автономная система жизнеобеспечения и своя транспортная сеть. Есть и в город линия. Могу гарантировать, что половину-то пути точно проедем на каре. Потом, конечно, сколько-то придется пройти пешком. Тоже не весело, но все-таки меньше, чем до порта.

— Бардак, — хохотнул кто-то.

— Вам бы только посмеяться, — отозвалась женщина.

— Ладно, поехали. Разворачиваемся. Вы точно знаете дорогу?

— У меня навигатор, не заблудимся.

Женщина все же усомнилась:

— Может, спасателей позовем? Меньше проблем.

— Не знаю, — отозвался любитель закатов. — Я предлагаю не паниковать и начать двигаться.

Гарик, едва появился на КСС, сразу спросил:

— Ну, что на горизонте?

— Чисто и спокойно. У соседей авария на соляной шахте, но помощи пока не просят. Там городская команда работает.

— Валера еще не появлялся?

Отработавшая смена начала неспешно собираться до дому.

— Э, так не пойдет! — возмутился спасатель. — А прибирать я за вас буду?

Живописно разложены на столе остатки завтрака и немытая посуда, какие-то поломанные платы и проводки, набор отверток, кусок теплоизоляции, выпотрошенной из старого скафа, шахматы. Да, ребятам действительно всю смену было нечем заняться. Похоже, только вахты Гарика Габриеляна так богаты на происшествия.

Сонные сменщики переглянулись, и самый младший из них занялся наведением порядка. Серега Максимов поманил Гарика к большой карте Земли Аравии, занимавшей половину стены.

— Ну, и что тут интересного? — спросил тот.

— Сегодня у нас три экскурсии на поверхность. Одна группа — подростки, пятнадцать человек; две — взрослые. Дети уже вышли, вот их маршрут. Но меня беспокоят не они, а то, что мы не знаем сводку по соседям. Возможно, там понадобится помощь. Особенно, если подземку блокировали из-за аварии. Нет, конечно, может и обойдется, но ты все-таки приготовь машину-то.

Валера в компании с механиком Лешей Степановым немного опаздывал, Гарик на какое-то время оказался на базе один. На всякий случай связался с напарником, попросил поторопиться. Но оказалось, что молодой человек уже прибыл, и ему "только осталось вылезти из скафандра".