Чтение онлайн

– А если такой возможности нет? – горячился Славка.

– Отступись… Представь, ты сбиваешь замок с гаража, а милиция случайно оказывается рядом? И возьмут тебя как миленького, потому что факт преступления – сбитый замок – налицо. А щелочь в ключевой скважине приведет внутренность в полную негодность, да ее ведь никто и не видит. Спокойно открывай дужку и входи. Или замок зажигания! Ну остановит опять же тебя гаишник, так есть шанс сунуть сотню баксов, мол, права дома забыл и уехать. А если вместо замка зажигания провода торчат – угон опять-таки налицо.

Они до хрипоты спорили на кухне, и в конце концов Валька ясно дал понять, что Славкины методы, порой доходящие до грубого насилия над водителем, ему не подходят. Здесь уже не одной, а несколькими статьями пахнет.

– Ты намекаешь на тот случай, когда я этому вахлаку в Сокольниках морду набил и уехал на его машине?

– Не только. Пойми, Славик, если тебя возьмут менты и выведешь ты их на Сурена, тебе ведь не поздоровится.

– Для Сурена у меня скоро будет роскошный подарок. Пасу я, Валька, один шикарный джип, и скоро он будет у Сурена.

– Только не промахнись. Сам знаешь, кто ездит на джипах. Благо, если какие-нибудь коммерсанты-нувориши, а если такие же, как Шамиль? Или круче? Найдет коса на камень.

– Успокойся, парень, – решил прекратить спор Славка, – пойдем лучше выпьем водки.

С этим они и вернулись в комнату. А как Валька раздевался, куда и с кем ложился и почему они поссорились с Вероникой, – не помнит. Да и кажется ему, что не было никакой ссоры.

Бьерн Сальминг с грустным лицом спустился вниз по устланной дорогими коврами лестнице одной из самых крупных в Швеции страховых компаний. Бьерн ликовал. Ему даже хотелось запеть что-нибудь веселое-веселое и запрыгать по-козлячьи, как он прыгал на прошлогоднем рождественском вечере. Несколько часов назад на его личный счет в банке поступило 53 тысячи долларов. Страховая компания сдержала свое обещание и выплатила ему страховку за угнанный автомобиль «Вольво», который он купил всего лишь полгода назад.

Правда, дотошный агент по страхованию все же поинтересовался, откуда у Бьерна – обыкновенного простого докера, которому не исполнилось еще и двадцати пяти, – взялись деньги на покупку такого роскошного «Вольво». Но Бьерн с затяжным вздохом сожаления дал понять проныре-агенту, что имеет состоятельных родителей. Агент понимающе закивал головой и пожелал Бьерну при покупке новой машины обязательно застраховать ее в их компании.

– О, конечно, конечно, – согласился Бьерн, – но я не знаю, когда это будет. Я попал в какую-то полосу неудач. И стоит, наверное, подождать, пока покровительствующие мне планеты не займут благоприятное положение.

Он пообещал агенту, что через месяц-другой в его гараже непременно будет стоять приличный «Мерседес», и тогда он обязательно снова обратится за услугами в это страховое агентство.

Выйдя на улицу, Бьерн все-таки дал выход эмоциям. Он похлопал себя по бедрам, словно петух, и поискал глазами телефонную будку. Ему хотелось позвонить Илзе, чтобы сообщить, что после помолвки они тотчас же отправятся в путешествие по всей Европе. Но, вспомнив, что девушка еще могла быть на занятиях, он решил зайти в пивбар и отметить событие двумя кружками светлого пива.

Бьерн расположился на высоком стуле возле стойки, сделал три глотка, поставил бокал на стойку и достал из кармана калькулятор. Суммировав цифры 53 и 17, он получил 70. Отлично, семьдесят тысяч долларов. Конечно, тридцать три тысячи придется отдать мужу сестры, у которого он полгода назад взял тридцать тысяч в кредит, и теперь отдаст с процентами. Но остальные-то деньги – его! Нет, с этими русскими ребятами стоит иметь дело! Через пару месяцев он уже на свои кровные купит самую дорогую машину из тех, какие могут стоять в шведских салонах, а через месяцев четыре-пять ее снова украдут, и он получит за нее полуторную цену. Полную от страховой компании и половину стоимости от того русского парня, с которым он познакомился в порту. Вот тогда они и сыграют свадьбу с Илзе. А пока, на день святой Люции, когда Илзе непременно будет выбрана самой красивой девушкой, он подарит ей небольшое бриллиантовое колечко. В честь помолвки.

Да, что еще ему говорил и обещал русский? А обещал он ему приличный процент с каждой машины, которой готов лишиться любой швед по обоюдному с русской стороной желанию. Конечно, если машина застрахована. И, конечно, за небольшое вознаграждение.

Бьерн допил первую кружку и посчитал, что если все его друзья, которых наберется добрая пара дюжин, вдруг поедут в Россию на своих машинах и там расстанутся со своими автомобилями, то и сами неплохо смогут заработать, и он не останется внакладе. Надо только найти подход к каждому из них и объяснить откуда появляются золотые яйца. Нет, Бьерн, конечно, и словом не обмолвится, что будет иметь с этого свой постоянный процент.

А вообще, русские ребята понимают толк в бизнесе и наставляют его на правильный путь. Зачем ему возить на автокаре по трюмам вонючие бочки с рыбой, если, сидя в своей уютной квартирке в центре Стокгольма, можно заниматься автобизнесом в белой сорочке?

Когда Бьерн Сальминг выпил вторую кружку светлого пива, то подумал, что с этими русскими можно создать даже какое-нибудь совместное предприятие. И у него уже есть кое-что, чем можно их заинтересовать.

…Что не любил делать Игорь Смагер, так это работать с архивами. Толстые папки напоминали ему старые использованные кирпичи, из которых необходимо было выбрать те, которые могли бы еще послужить, а уж остальные разобрать и разделить на глину, песок и другие компоненты.

Так вот, Игорю требовалось сделать анализ по угонам автомобилей за несколько последних лет. И понемногу разрушая все эти «кирпичи», он выяснял, что в начале перестройки в столице каждый день угонялось по 8-10 автомобилей. А в те годы, когда были открыты границы в Европу, когда, как на дрожжах, разрастался челночный бизнес, или, как это называлось, рыночная экономика, автовладельцы стали лишаться до 50, а в некоторые дни и 80 единиц своей техники, которая, как известно, не роскошь, а средство передвижения.

Он-то, Смагер, отец которого всю жизнь горбатился на металлургическом заводе «Серп и молот» и только к выходу на пенсию смог позволить себе на все сбережения приобрести «шестерку», знал, что для рабочего машина была, возможно, единственной роскошью в жизни. На той «шестерке» отец практически не ездил, зато подкручивал, подмазывал, подкрашивал ежедневно что-то и обращался с ней, как с членом семьи.

Игорь даже не мог предположить, что сделал бы отец, если бы однажды не обнаружил своей машины у себя в гараже. Наверное, если бы не наложил на себя руки, то уж инфаркт ему был бы обеспечен.