Чтение онлайн

Как-то в выходной день мальчик быстро продал все свои ножи на рыночке и услышал звуки циркового балагана.

Люди в клоунских колпаках, одетые в яркие вещи, давали представление.

— Подходите, люди добрые и злые! Своими глазами увидьте, как мир падёт, как сотрутся миры, останется плоская чаша с людскими жизнями!

Звучало жутковато, но народ шёл, заполняя площадь. Дан приткнулся возле сцены, чтобы всё увидеть как можно точнее. Спектакль назывался «Камни Коротейна». На деревянный помост вытащили огромные бутафорские пчелиные соты. Под страшную музыку соты разрезали вдоль и из ячеек с глухим звуком, по мере резки, выпадали кукольные головы.

— И головы правителей падут, когда между мирами границ не будет ни одной.

— Постой, — воззвал клоун куда-то в толпу, — а как же Коротейн, что обещал свои светила отдать для сохраненья мира?

— Он сгинул в вихре снов и не вернулся, — ответил другой клоун, стоящий среди зрителей.

— О нет! Мы все умрём!

Клоун из толпы поднимается на помост.

— Я Коротейн. А знаете ли вы, как камни эти рождены?

(Толпа выкрикивает: нет!)

— Свою любовь я в камни превратил нечянным нелепым колдовством, и совершенно невозвратно. Им вместе, этим слёзам сердца, быть нельзя, взорвётся мир от горечи моей и скорби. Я разбросал по снам осколки, они создали сеть, что держит мир. Пусть даже кто сотрёт границы, эти самоцветы удержат бытие.

Клоун, что стоит на краю сцены:

— Ох, нет! Они же вместе все сейчас! Взорвётся мир! — комично нападает на клоуна Коротейна, отнимает камни и начинает бросать в разные стороны со сцены, зрители визжат.

Коротейн:

— Ты грубиян, невежда! Мою любовь с любовью нужно прятать.

— Но всё же получилось! Мир не рухнет?

Дальше Даниэль не досмотрел. Легионеры Лорда разогнали театр, но арестовать смогли лишь одного артиста. Всё-таки «головы правителей» слишко наглядно фигурировали в сцене, и это было уж совсем еретично.

Уходя подворотнями мальчик узнал клоуна, который снял колпак и пытался перенадеть штаны изнанкой наружу, чтобы скрыться от преследователей.

— Пойдём, я покажу, где спрятаться, — и привёл парнишу прямиком к особняку тётушки.

— Тётя, этот человек знает об алхимических камнях, которые держат мир! — восторженно сообщил Дан с порога.

Охнув, вскрикнув, поворчав, тётушка уже через пять минут вынесла в прихожую одежду и указала на лестницу.

— Молодой человек, вам нужно сменить амплуа в моём доме. Пока вас ищут, будете моим слугою. Или садовником.

— Любовником? — не расслышал парень.

— Сначала давайте садовником, — рассудила тётушка, — малыш, ты только что услышал байку про камни Коротейна, видимо? Я про них знаю, эта легенда стара, как мир!

— Но это истинная правда, — тихо донеслось с верхнего этажа.

Парень быстро освоился в доме. За розами ухаживал божественно, был вежлив с тётушкой, а Дану рассказывал интересные сказки. Про камни Даниэль выспросил всё, что мог, потом перешёл к теме сновидений.

Однажды утром мальчик застал тётушку в слезах.

— Ограбил? Обидел? — спросил Дан, сжимая кулаки.

— Нет, что ты, дорогой мой мальчик, — женщина всхлипывала и шумно сморкалась в платочек, — он просто ушёл. Решил вернуться к сестре, что в другом городе, ну разве могу я держать его, дорогой мой мальчик?

Потом она шла вниз, к портрету своему бывшего мужа и высказывала ему все свои переживания, и заодно претензии, дескать, а ты где вообще?

— Даниэль, голубчик, налейте мне чаю с бергамоНтом.

— С бергамотом.

— Нет, Даниэль. Именно с бергамоНтом. Это же звучит, как валет бубей, как граф Вальмонт, галантный и готовый ко всему, — обмахивается веером, — «бергамот» звучит как «бегемот» или веник травы, а сейчас я не хочу повседневности, я желаю валета бубей, торжественных мужских перчаток на моём книжном столике. Налейте мне чаю с бергамоНтом, дружочек, а то мне сегодня душно и ещё этот ваш артист, — глубоко дышит и кусает губы, успокаивается, прикрывает глаза, и добавляет низким грудным голосом, выделяя всё слово целиком, — УЕХАЛ.

В книгах старой библиотеки особняка Дан нашёл даже описание камней Коротейна. Находясь рядом друг с другом, камни создают линии напряжения и искажения ощущений и чувств у снотворцев. Понять, что перед тобой камень из легенды можно по описаниям: это самоцвет, цвета разные, камень действует на чувства человека. То есть только тот, кто абсолютно уверен в своих чувствах хоть к одному человеку, сможет ощутить колебание, искажение реальности чувства.

Зачем маленькому мальчику искать эти камни? А затем, что мальчик мечтал снова увидеть свою мать и отомстить Лорду, мечтал узнать о сновидениях всё, и мысль, что мир умрёт раньше, чем Дан познает его, создавала неприятную дрожь под сердцем.

Тогда-то Даниэль и записал в блокнотик: «Камни Коротейна. Надо попробовать».

Следующей весной тётушка собралась на Плавучий Причал, проведать сестру. Собрала лекарственные порошки и микстуры от простуд для подарков, надела свой бордовый дорожный костюм и вышла в гостиную.

— А ты сиди дома. Я не возьму тебя с собой. Буду кутить в трактирах и заводить любовников. Высоких, широкоплечих и мускулистых парней. Что? Ты про того актёра мне будешь напоминать? Он не в счёт, слабоват в постели оказался… Да-ни-ээээээль! Я жду тебя внизу, поторопись, милый, нас ждёт экипаж.

В пути тётушка, кстати, только лишь пофлиртовала с одним толстеньким офицером, ибо угроза «заводить любовников» звучала лишь для нарисованных розовых ушей мёртвого супруга. На деле любовники интересовали её в строго отведённое для них время.

На пропускном пункте в Военное поселение Даниэль ощутил, как холод подбирается к его душе. Снова увидеть иней на окнах сейчас, когда в ласковой Аз-Тархани уже цвели тюльпаны, оказалось неприятно. Расположившись в заброшенном доме сестры, который был закрыт всё время на замок, тётушка подозвала мальчика к себе.

— Мой милый племянник. Я пойду к сестре. Ты идёшь со мной или остаёшься убирать пыль? Идёшь? Как хорошо. Увидишь маму. Жаль, что ты ничего не говоришь почти. Ты вообще-то не онемел? Что я скажу дорогой сестре? Загубила парня. Открой рот. Покажи язык. Горло в порядке. Закрывай.

Мальчик и правда говорил немного. А зачем, коль и так всё ясно? Да и про сны с тёткой особо не поговорить. Зато он много читал, создавал оружие и тренировался, участвуя в драках «улица на улицу», регулярно приходил битый, в ранах, но молчал.