Чтение онлайн

— Конечно, нужно! — прогремел в ответ отец, его седые кустистые брови сошлись вместе, словно две сексуально неудовлетворенные гусеницы. Твою мать, Эвери! Моя собственная сексуальная неудовлетворенность играла шутки с моим разумом. — Мы празднуем.

— О! — Официант просто сиял. — Что мы празднуем?

— Мой сын! — Отец вытер слезу со щеки. — Он женится на этой потрясающей девушке!

Теперь настала очередь Эвери быть шокированной.

Я больше ничего не мог сделать, лишь хлопнуть ее по спине, а затем, когда она посмотрела на меня полными ужаса глазами, скользнуть рукой под стол и с силой сжать ее колено, все это время улыбаясь сквозь зубы.

— Я. Ненавижу. Тебя.

— Взаимно. — Она ухмыльнулась и слегка шлепнула меня по щеке.

— О, Билл, только посмотри на это. — Мама мечтательно вздохнула. — Разве я не говорила тебе всегда, что они идеально подходят друг другу?

Папа красноречиво хрюкнул и отослал официанта, вероятнее всего, выбрав самое дорогое шампанское в меню.

— Да, говорила. — Он потянулся за своей водой. — Верю, что ты неоднократно говорила Лукасу, что он женится не на той сестре Блэков.

Они так добры.

И заботливы.

В своей собственной больной, сумасшедшей манере.

Потому что с их стороны стола все выглядело отлично: я наконец-то с правильной девочкой Блэков, которую они все давно любили. Девочкой, футбольным играм которой они радовались.

Эвери, наконец, заговорила.

— Эм… думаю, вы неправильно поняли. — Ее глаза были полны паники. Она выглядела точно так, как я себя чувствовал.

Когда я покинул Мэрисвилл ради работы в городе, ей пришлось иметь дело с последствиями моих действий. Она внезапно перестала быть частью моей семьи и стала… никем. О, моя мама все еще дарила Эвери каждый год подарки на День рождения.

Не то чтобы я знал об этом.

Но сам факт, что мои родители предложили эту маленькую оливковую ветвь примирения, вызывал боль в груди.

Я ущипнул Эвери за бедро и покачал головой.

Родители молчали.

И поскольку моя мама верила, что она немного психолог, то хлопнула ладонью по рту, перед тем как воскликнуть:

— У ТЕБЯ БУДЕТ РЕБЕНОК ОТ ЛУКАСА!

— О, мой боже. — Я поискал быстрый выход из ситуации и даже в какое-то мгновение подумал скользнуть под стол и вытащить из него все болты, чтобы он упал мне на голову и лишил сознания.

— НЕТ! — вскричала Эвери так же громко, как моя мать. Черт, я прямо видел, как колесики крутились в ее голове. Она всегда была примирителем, и, по моему мнению, она без сомнений пыталась сейчас быстро найти способ все исправить, чтобы я продолжал выглядеть золотым мальчиком в их глазах. Эвери наверняка слышала, какими натянутыми были мои отношения с родителями на протяжении нескольких лет, это не было тайной. Зачем? Зачем она делает это для меня? Я попросил ее всего лишь об ужине, а не спасать меня. И все-таки, она именно этим и занимается. Ну, или, по крайней мере, пытается.

— Нет, нет, нет, вы, эм… видите ли…

Ага, удачи с этим. Она посмотрела на меня в мольбе о помощи.

Я пожал плечами и сделал затяжной глоток воды.

В конце концов, этот сценарий возник из-за того, что она открыла свой большой жирный рот перед моей сестрой, и теперь я совершенно ничего не мог сделать, кроме как наблюдать за крушением поезда.

— О, продолжай, дорогая, — я подмигнул.

Бросив на меня взгляд, она вновь обратилась к родителям и театрально прошептала:

— Простите, я не беременна. Но у меня есть вопрос, не слишком личный, но у вас в семье встречалась эректильная дисфункция?

Я подавился кубиком льда, и она хлопнула меня по спине, а потом начала растирать.

— Она шутит! — мой голос был хриплым. — Она шутит, она…

— О, милый. — Мама была серьезна. — Ты думаешь, это из-за… — она понизила голос и опустила голову, как будто собиралась закончить мысль под столом, — … ну, знаешь, того случая? — она указала на мою промежность.

Вероятно, у меня больше никогда не будет эрекции.

Спасибо, Эвери.

Я помахал на прощание всем будущим сексуальным контактам и наступил Эвери на ногу так сильно, как смог.

Она прыснула со смеху и потянулась за кусочком хлеба.

— Было так забавно наверстывать все, я рада, что мы сделали это.

— Надеюсь, ты подавишься этим хлебом, — произнес я сквозь зубы, шепча возле ее шеи, будто я прижимался к ней, а не любовался своими пальцами на ее фарфоровой коже. И немного сжал их.

— Я знаю об этом случае, Пэтти? — Эвери просто обязана была спросить.

А мама была мамой и просто должна была ответить.

— Ох, он был таким маленьким мальчиком.

— Все еще, — пробормотала Эвери под нос.

Я снова сжал ее колено. Она тихонько вскрикнула и стащила хлеб прямо с моей тарелки.

— Воришка, — прошептал я.

— Лжец, — возразила она.

— Что ж, это самая проклятая вещь, — продолжила мама, совершенно не замечая разворачивающуюся перед ней войну. — Он просто любил эту маленькую игру, где ты кидаешь фишки на поле с ячейками, и они проваливаются, ну, знаешь, по одной в дырку. — Мама махнула рукой.

Подошел наш официант.

Слава Богу.

— Вот наше самое лучшее, номинированное за свой чистый вкус и…

Я прервал его и наградил Эвери полным чистого зла взглядом.

— Хочешь поиграть, маленькая девочка? — я положил ладонь на ее щеку и большим пальцем щелкнул по нижней губе. — Я буду играть.

— Принесите бокал. — Она подмигнула.

Официант наполнил мой бокал шампанским, и Эвери вернула все внимание к моей матери.

— Вы говорите про игру «Четыре в ряд»?