Чтение онлайн

Они медленно двинулись к выходу. У автодрома Анди остановился. Маленькие автомобильчики беспорядочно сновали в разные стороны и с треском налетали друг на друга, и тогда рассыпались во все стороны сверкающие голубые искры.

На самом дне бабушкиной сумки нашлось два лиловых билета.

— Может, покатаемся на прощанье? Ты не против, Анди? Они сели в красный гоночный автомобиль, и Анди начал править. Сперва очень осторожно, в сторонке от остальных машин, но постепенно он осмелел и стал бешено носиться взад-вперёд по всему автодрому. И всякий раз, как он налетал на другой автомобильчик, бабушка визжала от восторга. Ещё громче она визжала, когда их машина врезалась в огромную куклу, которая стояла в центре автодрома. Она изображала важного господина, на голове у него был котелок, а во рту торчала сигара, и когда его стукала машина, он смешно выкидывал руки, а его нос, похожий на картошку, вспыхивал красным светом.

— Погляди только, как он волнуется! — хохотала бабушка. — Давай, Анди, толкни его ещё разочек, чтобы нос у него запылал.

Домой они возвращались на трамвае, но в вагон не зашли, а остались стоять на площадке, в самой тесноте, и все их толкали.

— Бабушка, а завтра ты придёшь? — тихо спросил Анди. Бабушка не ответила. Быть может, она не расслышала его вопроса, потому что всё её внимание было приковано к потолку вагона. Анди тоже поглядел наверх, но, кроме кожаного шнура, которым кондуктор давал сигнал к отправлению, ничего примечательного не увидел. Шнур этот провисал от кольца к кольцу и во время езды покачивался из стороны в сторону.

— Послушай, Анди, — прошептала бабушка, — мне до смерти хочется дёрнуть за шнур.

— Нельзя! — испуганно прошептал в ответ Анди. — А то придётся платить штраф!

Бабушка вздохнула, но глаза от шнура не отвела.

— Ну, а если мне всё равно очень хочется…

Тут трамвай как раз резко заворачивал за угол, и все, кто стоял, за что-то схватились, только одна бабушка не старалась удержать равновесия, наоборот, она беспомощно всплеснула руками, крикнула «Помогите!» и как бы случайно потянула за шнур кондуктора. Задребезжал звонок, трамвай затормозил, все люди повалились друг на друга. Но прежде чем кондуктор и вагоновожатый опомнились и начали ругаться, бабушка крикнула:

— Извините, пожалуйста! Я чуть не упала и не сломала себе обе ноги!

При этом она приветливо закивала шляпой с перьями, и все её седые кудряшки тоже закивали.

— Какая милая старая дама! Вот был бы ужас! — сочувственно сказала кондукторша.

А вагоновожатый подхватил:

— Счастье, что ей удалось ухватиться за шнур.

— Да, правда, счастье! — согласилась вся публика.

Потом Анди и бабушка вышли, потому что доехали до своей остановки. Они торопились, и не зря: едва они залезли на яблоню, как раздался голос мамы Анди:

— Пора ужинать! Кристи! Йорг! Анди! Где вы?

— Ты завтра придёшь? — снова спросил Анди. Но ответа не получил.

Бабушка исчезла так же неожиданно и таинственно, как появилась.

На ужин была манная каша с компотом. Манная каша с компотом относилась к любимым блюдам Анди. Но сегодня он ей нисколько не обрадовался, потому что есть ему решительно не хотелось. Виной ли тому зелёное яблоко, или несметное количество сосисок с горчицей, или жжёный сахар — неясно, но так или иначе, аппетита у него не было.

Все уже сидели за столом: папа, мама, Кристи и Анди. Не хватало только Иорга.

— Он обязательно должен прийти позже всех, — сказал папа, когда Йорг наконец заявился.

— Я читал книгу, — объяснил он. — Про охоту на тигров в Индии. Колоссально! Нет ничего интересней на свете!

— Не считая пиратов, — съязвила Кристи. — До сих пор ты нас уверял, что колоссально только про пиратов.

Они ужинали на террасе. В саду щебетали птицы. К открытому окну то и дело подлетал скворец и садился на подоконник. Он был почти ручной, и когда ему клали на край стола кусочек хлеба, он влетал на террасу, хватал клювом хлеб и тут же улетал с ним.

— Вот у кого завидный аппетит, — сказал папа.

— И у нас тоже, — в один голос отозвались Йорг и Кристи. А Анди молча сидел перед своей тарелкой и всё поливал кашу красным компотом. Йорг рассмеялся:

— Анди, верно, надеется, что его каша вырастет, — он так старательно её поливает.

— Тебе что, невкусно? — спросила мама.

— Нет, вкусно.

И Анди послушно сунул в рот ложку каши. На террасе воцарилась тишина, её нарушал только щебет порхающего взад-вперёд скворца. Поднявшийся ветерок принёс из сада запах травы и цветов — вечером они всегда пахли сильнее, чем днём.

— Скажи, Кристи, где ты была сегодня после обеда? — спросила мама. — Анди, как всегда, сидел на яблоне, йорг ходил плавать. А ты?

Кристи покраснела как рак.

— Я была в школе верховой езды, смотрела на лошадей.

— Ну вот, снова здорово, опять о лошадях! — воскликнул Йорг.

Дело в том, что Кристи ничего так не хотелось, как научиться ездить верхом. А в свои пятнадцать лет она была на редкость упряма и не отступала от того, что раз засело у неё в голове.

— Я всё узнала, папа. Если я по субботам буду три часа помогать в конюшне, то потом могу час бесплатно ездить.

— Вот лошади-то обрадуются! — не унимался Йорг.

— А что тебе придётся там делать? — спросила мама.

— Убирать навоз, чистить лошадей…

— А вот Белло ты никогда не чешешь, хотя и сама взялась за это!

— Убирать навоз? — усмехнулся Йорг. — Будешь ходить с совком и метёлкой и сгребать в кучу…

— Георг, — перебил его папа, — мы сидим за столом! — И добавил, обращаясь к Кристи: — В субботу мы съездим в конюшню и поговорим со штальмейстером. Если ты хочешь там поработать для своего удовольствия, что ж, пожалуйста, я ничего не имею против.

— Спасибо, папа!

Кристи так и сияла от радости.

— В субботу мы собирались пойти с Анди в парк, кататься на карусели, — сказала мама.

Анди оторвал глаза от тарелки.