Балкания
Шрифт:
Неожиданно человек отпрянул и бросился куда-то в сторону. Стефан развернулся и никого позади себя не увидел. Но к нему со всех ног бежал Боян. Вот он уже рядом, схватил за плечи:
– С вами все в порядке?
Стефан ощупал себя:
– Вроде бы да…
Боян тяжело дышал:
– Извините, недосмотрел, – стал оглядываться по сторонам. – Я вроде местный, но не заметил, откуда он выскочил.
– И куда скрылся…
Боян, продолжая крутить головой, повторил:
– И куда скрылся… Непонятно.
Стефан почему-то был совершенно спокоен. Зевнул:
– Не беспокойся, я не сообщу Марку. Всякое бывает.
– Спасибо! Но теперь буду ходить за вами совсем по пятам…
Утром Стефан сразу вспомнил пропетое ему: «Три журналиста пошли коверкать Слово. Один из них разбился. Другой подавился, а третий…» Вспомнил и то, что говорили соседи: «До вас в этой квартире тоже пишущий человек жил. Он все время был с ручкой, тетрадкой и ноутбуком. Все писал что-то то на балконе, то во дворе. Ну, и в квартире наверняка…» Куда делся этот человек, который, похоже, занимался тем же, что сейчас должен делать Стефан? Спросить об этом Марка? Ответит?
Стефан быстро умылся и принялся методично исследовать квартиру: балкон, комнаты, кухню, ванную. Двигал мебель, перетряхивал постельное белье, осматривал стены, простукивал подоконники, кафельную плитку. Искал возможные вещи, следы, оставшиеся от предыдущего квартиранта, но ничего не находил – квартира была начисто вылизана.
Подумав, начал выдвигать шкафчики из кухонного гарнитура, из встроенной мебели, переворачивать их, осматривать с нижней и боковых сторон. Ничего.
Снова зашел в ванную. Заглянул в сливной бачок. За туалетный шкафчик. Еще раз осмотрел все, что можно разобрать или раскрутить. Обратил внимание на зеркало туалетного шкафчика – оно крепилось с помощью нескольких металлических держателей. Попробовал отогнуть один – тот легко поддался. С тремя другими держателями также не возникло трудностей: зеркало выпало из шкафчика в подставленные ладони.
Стефан осторожно перевернул хрупкую плоскость и радостно тряхнул головой. Не зря искал, нашел! На обратной стороне зеркала фломастером от руки было выведено:
45:5:1; 13:16:25, 62:2:8, 16:5:15, 43:9:34, 33:22:6, 3:9:10, 42:8:31, 48:2:1, 29:2:5, 66:3:2
И руку, оставившую эту надпись, Стефан узнал сразу. Вот так же, пальцем, только собственной кровью на ящике от снарядов написал теряющий от ранения сознание его коллега. Написал тот самый второй номер телефона, которого раньше не было у Стефана. Тот дозвонился тогда из Ирака жене коллеги, сообщил, что муж ранен, в госпитале, идет на поправку и скоро выйдет на связь сам.
Стефан так и сел на стул:
– Эндрю Роллинз…
Снова вспомнил слова соседей. Теперь уже другие: «Только он все время занят был». Как это похоже на Эндрю, всегда прятавшегося в работу, как страус головой в песок. И еще Стефан вспомнил другой разговор с женой Роллинза, которой звонил на днях с Капри. Она была в полном отчаянии: «Нет, Эндрю нет дома. Он в командировке, но уже несколько дней от него ничего нет!..»
Неужели это он здесь жил и работал? Что случилось? «Один из них разбился. Другой подавился…» Эндрю больше нет?
Стефан вынес зеркало в комнату и аккуратно положил на стол. Взял телефон и набрал номер Марка:
– Что случилось с Эндрю?
– С Эндрю? С каким Эндрю?
– С Эндрю Роллинзом!
– Понятия не имею… Кто это?
– Мы же все вместе раньше работали! Вместе с тобой – в Кувейте, Ираке, Ливии, Афганистане. Я тебе недавно о нем говорил. Ну, который был очень набожен!
– Не помню такого. Извини, но я сейчас очень занят. Если у тебя только это…
– Только это! Эндрю Роллинз был здесь?! Работал?!
– Без понятия, о чем ты…
То, что Марк не помнит Роллинза, конечно, было ложью. Но и то, что Эндрю жил в этой квартире, работал здесь, в Балкании, все-таки не факт. Может, это почерк и не Роллинза: мало ли людей пишут похоже.
Стефан снова посмотрел на ряд цифр:
45:5:1; 13:16:25, 62:2:8, 16:5:15, 43:9:34, 33:22:6, 3:9:10, 42:8:31, 48:2:1, 29:2:5, 66:3:2
Что это все означало, пока было непонятно, но что-то же должно было означать! Сфотографировал ни телефон и для верности переписал надпись на листок бумаги, стараясь не ошибиться с цифрами и не упустить ни одного знака препинания. Каждая точка-запятая могли иметь значение.
Вернул зеркало на место, вновь без труда разобравшись с держателями. Возбужденно склонился над листком бумаги. Стефану не терпелось понять, что содержится в этом послании ему или еще кому-то.
Читал и перечитывал числа, цифры про себя, произносил их вслух:
– Сорок пять… Пять… Один… Тринадцать… Шестнадцать… Двадцать пять…
Но ни числа, ни цифры ничего ему не говорили. Если это шифр, то они могли означать все что угодно: местоположение, время, имя, совет, просьбу… И может быть, это вообще не шифр? Возможно, на заводе по изготовлению зеркал так отмечают партию продукции, время изготовления, участок выпуска или какую-то другую техническую информацию? Хотя… В пользу того, что это написал Роллинз, был не только почерк. Эндрю часто рассказывал о своих детях, о книгах, которые им читал, об играх, в которые с ними играл. Это были не только прятки, догонялки, но и интеллектуальные игры: морской бой, шарады. А еще они устраивали квесты с тайными посланиями. Конечно, это были не кодовые сообщения военных разведок – самые примитивные шифровки, которые мог разгадать и ребенок. В самом сообщении всегда была подсказка.
– Подсказка!
Стефан еще раз перечитал надпись:
– Одиннадцать блоков цифр… Через запятую… Все числа от одного до шестидесяти шести… – Почесал затылок: – Я вроде не ребенок, но подсказки не вижу… О чем нужно думать? О каком-то кино?.. О книге?.. Об адресе?.. Мало ли где есть такие числа…
Размышления Стефана прервал звонок в дверь. Подумал о Бояне, но на пороге стояла соседка в домашнем, расстегнутом на одну пуговицу внизу халатике с большой тарелкой в руках:
– Добрый день! Знаете, мы старомодны, хотя и сторонники сторнации, но никак не изживем эти старые традиции. Вот, испекла для своих баницу с пореем по бабушкиному рецепту и, как всегда она делала, решили поделиться с соседями…
«Сторонники сторнации…»
Соседка несколько смущенно смотрела на него, и Стефан сам протянул руку за тарелкой:
– Большое спасибо! Я как раз думал, чем бы мне сегодня позавтракать!
Вероника почему-то еще больше смутилась, порозовела и быстро ответила:
– Кушайте на здоровье! Если вам что-то нужно, то заходите к нам запросто… Хотите, мы покажем вам город?
– Спасибо, но я бывал здесь. Много лет назад, но все-таки город хорошо знаю.
– Тогда не было улицы Новой демократии…