Балкания
Шрифт:
Стефан прибавил шаг и почти выбежал на центральную площадь. Мужчина, прячась за деревьями, не отставал. Стефан оглянулся по сторонам. Привлекать внимание людей на тротуаре, у магазинов, в ресторане было глупо. Что им сказать, крикнуть? Расслабленные теплым солнечным спокойствием своего города, они только переглянутся: «Ку-ку? Крыша поехала?»
Сделал еще несколько шагов и дернул за дверь церкви – открывается. Нырнул в прохладный полумрак. В тусклом свете свечей не сразу заметил мужчину средних лет в джинсовом костюме и с розовым хохолком на голове. Тот стоял у столика под иконами и рассматривал какие-то бумаги.
Когда глаза привыкли к полумраку, Стефан увидел, что в церкви больше никого нет. Сделал шаг в сторону и замер на месте, ожидая, что если за ним действительно идут по пятам, то кто-то войдет, и тогда он рассмотрит своего преследователя.
Но прошла минута, другая, тяжелую церковную дверь больше никто не открыл. Стефан вздохнул с облегчением. Отвел взгляд от двери. Обвел им стены, своды. Все та же старинная кладка с блеклой росписью на какие-то религиозные темы, закопченные иконы. Но на некоторых новые, блестящие золотом оклады.
Стефан подошел к алтарю. Двадцать лет назад к нему он должен был вести… Снова вздохнул. В этот раз так громко, что мужчина в джинсовом костюме и с розовым хохолком оторвал взгляд от бумаг, обернулся:
– Вам чем-нибудь помочь? Выслушать, дать таблетку, продать свечу? Если нет денег, я дам бесплатно…
Ответил:
– Спасибо!.. – и добавил: – А Библию, можно купить у вас Библию?
Мужчина хмыкнул и развел руками:
– В данный момент в нашей церковной лавке Библии нет. Но скоро обещали завезти из нового тиража…
Стефан вспомнил того, с кем они договаривались о том, как предстанут пред алтарем:
– А ранее здесь был другой…
Мужчина тряхнул розовым хохолком:
– Отец Паисий уже не служит. Годы, знаете ли… Теперь вместо него я – отец Ариэл.
Стефан снова глянул на джинсовый костюм отца Ариэла, на розовой хохолок:
– Вот как…
Тихо прошелся вдоль стен и икон, шагнул было в сторону выхода, но в это время отец Ариэл чем-то щелкнул. Тут же вспыхнул яркий свет, направленный в угол церкви возле двери. Стефан прищурился, а «осветитель» объяснил:
– Готовим выставку «Экология души».
– Здесь?
– Да, знаете ли, пожертвований на поддержку храма не хватает, так что привлекаем профильных спонсоров. И это очень разумно – использовать церковь как выставку вопросов и достижений наших верующих. Мы и другие мероприятия здесь проводим. Совсем недавно под нашими сводами состоялся концерт рок-группы «Давид и Голиаф». Пришло много молодежи… Диспут устраивали «Нужно ли нам верить?». Теперь вот думаем разместить постоянную фотоэкспозицию «Иисус Христос на кресте». Там будут подлинные фотографии Спасителя, а также Марии Магдалины, всех двенадцати апостолов. Глядя на них, верующие прочувствуют страдания господа нашего Иисуса Христа, укрепят веру…
Стефан наморщил лоб, соображая:
– Но во времена Христа не было фотографии!
Отец Ариэл, продолжая листать какие-то бумаги, пожал плечами:
– Многие ли об этом знают?
– Думаю, еще многие. Если, конечно, с образованием в Балкании за последнее время ничего не случилось…
– У нас отличные преподаватели! Думаю, никому не позволят усомниться… Так вы приезжий?
– Да. Осматриваю вот местные достопримечательности…
– Это похвально, что посетили храм божий. Но, может быть, все-таки чем-то помочь вам?
– Нет, спасибо! Прощайте!
– Хм, приезжий… – пристально посмотрел на Стефана. – Думаю, мы скоро увидимся вновь. До свидания!
Стефан вышел из церкви. Рядом никого было. Площадь по-прежнему залита солнцем и спокойствием. Можно было расслабиться и выпить пива в ресторане, от которого он, собственно, и начал эту ностальгическую прогулку. Уже и шагнул было на брусчатку площади, как заметил в отдалении за деревом своего преследователя. Он явно поджидал Стефана.
Бегать от неизвестно кого больше не хотелось. Стефан шагнул в сторону прячущегося мужчины, но тот явно не хотел сближаться. Оставаясь в тени, отошел за следующее дерево. Это разозлило Стефана. Он развернулся и решительно направился на улицу, на которую не хотел идти ни сегодня, ни когда-либо еще. Но там, на Маточине, на нынешней улице Свободы, есть дом, подходы к которому Стефан знает как свои пять пальцев. И не все бывавшие в этом строении подозревают, что через его подъезд можно выйти на другую сторону, открыв неприметную дверь. За ней выход в сквер, из которого можно выйти сразу в два переулка.
Стефан шел быстро, торопясь поставить точку в этом преследовании. Не оборачивался, но чувствовал, что за ним все так же идут, не приближаясь и не отставая. Один дом. Второй. Пройдя мимо очередного, он ожидал увидеть тот самый. Но его не было. На месте нужного дома стояло совсем новое, незнакомое здание с табличкой «Городская поликлиника». Очевидно, старый ветховатый дом снесли, а на его месте возвели это лечебное заведение.
От неожиданности Стефан остановился. Затем, рассмотрев новое здание, снова быстро пошел по улице. Теперь у него не было плана. Просто свернул в первый попавшийся на пути переулок. Увидел открытые ворота участка, на котором стоял явно заброшенный, нежилой дом. Во дворе никого. Прошагал по никем не кошенной траве. Обошел дом с обвалившейся, поросшей какой-то зеленью штукатуркой и остановился за углом.
Взгляд Стефана упал на валявшийся у ног толстый черенок от сломанной лопаты:
– Подходяще!
Он поднял тяжелую деревяшку над собой и замер в ожидании.
Да, это шли точно за ним. Услышал осторожные шаги, хруст сломавшейся под ногой сухой ветки. Кто-то подходил все ближе и ближе. Остановился. Сейчас выйдет из-за угла. Стефан крепче сжал черенок. Сейчас опустит его на голову преследователя, кем бы он ни был.
Снова хрустнула ветка, и шаги стали удаляться. Преследователь решил дать задний ход?
Стефан еще пару минут постоял с занесенным над собой черенком. Потом осторожно выглянул из-за угла. Никого не было. Он с облегчением выдохнул. Но затем спохватился: надо бы броситься следом – рассмотреть, догнать, узнать, кто и зачем его преследовал. Вздрогнул, почувствовав на плечах чьи-то тяжелые ладони.
И тут же услышал знакомый голос:
– Спокойно! Это я – Боян!
Стефан махнул рукой в сторону улицы:
– Надо догнать! За мной следили!
– Это был я!
– Но…