Чтение онлайн

Агент ЦРУ потер воспаленные глаза. Последние недели он мало спал. Организм, возбужденный скорым побегом, перестроился на почти постоянное бодрствование. Если Ясхару и удавалось покемарить часок, он все равно ежеминутно пробуждался, ворочался, вглядывался в полумрак.

Хотя и понимал, что без полноценного отдыха долго не протянет.

Ясхар вытряхнул из взятой у Хирурга коробочки двойную дозу снотворного. Проглотил. Заблокировал дверь. Выпил стакан воды, положил рядом с кроватью автомат со снятым предохранителем и рухнул поверх одеяла, даже не сняв сапоги. Во что бы то ни стало надо выспаться.

Таблетки быстро подействовали на измученный организм; спустя две минуты албанец провалился в глубокое, без сновидений, забытье. Впервые за месяц он спал как убитый, не шевелясь, лишь негромко посапывая. Даже забыл погасить настольную лампу.

В ста семидесяти метрах от спящего начальника службы безопасности подземной лаборатории ползущий по вентиляционной шахте человек тихо выругался, задев макушкой за выступающий камень…

Поворот налево обнаружился через несколько минут после того, как Рокотов проник в отверстие.

В тоннелях стояла кромешная темнота, что было совершенно неудивительно. Влад не пользовался закрепленным на левом предплечье фонариком, а ориентировался по току воздуха и прислушивался к обострившимся во мгле чувствам. Включать свет можно в самом крайнем случае, ибо потом следует несколько минут лежать неподвижно, вновь привыкая к темноте.

Подземная база была поистине огромна.

Чтобы обползти все семь этажей и на каждом заглянуть хотя бы в один вытяжной люк, выходящий в освещенные коридоры, биологу потребовалось четыре часа. На его счастье, проектировщики бомбоубежища были людьми рациональными и работали по достаточно понятной схеме.

Гора была разделена на четыре вертикальных сектора по семь этажей, соединенных между собой лифтами и поперечными коридорами. В центре скалы было вырублено несколько пещер, по замыслу создателей должных служить складами продовольствия и техники.

От каждого этажа радиальными кольцами расходились горизонтальные шахты системы вентиляции, общей для всей базы, соединенные меж собой коридорами. Владиславу это было на руку. Во-первых, не появляясь в непосредственной близости от отверстий в коридорах, он мог переползать с этажа на этаж или двигаться параллельно помещениям, а во-вторых, противник не сумел бы использовать газ, чтобы выкурить из воздуховодов нахального пришельца. Иначе он отравит сам себя.

Только один сектор был жилым, остальные находились в полном запустении. Впрочем, переходы между ними сохранились.

Рокотов выбрался в коридор заброшенной зоны и убедился, что многокилометровые тоннели никто не посещает.

Стальные двери не перекосило, фиксаторы поворотных ручек действовали безотказно. В любой момент биолог мог запереться в каком нибудь пустующем помещении и уйти по вентиляции, оставив возможного преследователя биться в двадцатисантиметровую железную преграду.

На обследование жилых этажей, вернее — на беглый взгляд сквозь дырчатые крышки люков, Владислав потратил еще полтора часа.

И в двух местах обнаружил кое что необычное.

В одном шахта оканчивалась тупиком. Кончиком ножа проковыряв дырочку в замазанной известкой стене, Влад убедился, что вентиляция ведет в небольшое, заваленное мешками помещение. Известка была очень старой, и новые хозяева базы вряд ли знали, что за глухой стеной скрывается вентиляционный колодец.

В другом месте аж три выхода были с внешней стороны затянуты полупрозрачной полиэтиленовой пленкой, из за которой пробивался свет люминесцентных ламп. И отчетливо несло химикатами.

«Лаборатория, — сообразил Рокотов и прислушался. Издалека, приглушенное пленкой, доносилось мерное гудение. — Ага! Нагнетатели воздуха. Эту пленочку мы пока резать не будем, не время…»

В железные коробы вентиляции, проложенные непосредственно внутри помещений, он не совался. Это в кино можно беззвучно проползти над головами врагов и неожиданно вынырнуть в гуще событий. В реальной жизни такой герой проживет секунд пять. Ровно до того мгновения, пока кто-нибудь из охранников не полоснет очередью по прогнувшемуся по тяжестью тела коробу.

Людей Влад обнаружил на втором снизу этаже.

Трое разжиревших албанцев в черных майках уныло размешивали в огромном корыте серую массу и залепляли ею трещину в стене. Работа почти не двигалась. Биолог пролежал полчаса, и за это время косовары умудрились сделать два перекура.

С дисциплиной тут не очень. Или это у них такое наказание? Провинившиеся заняты на строительных работах… Оружия не видать. Но это не значит, что его нет…

Рокотов прополз метров сто по коридору, заглянул в четыре люка, но никого более не обнаружил. Помещения, вплоть до лифтовой шахты, были пусты. На этаже работала только эта троица. Три часа утра, остальной персонал, должно быть, почивает.

Влад вернулся к работягам и выждал еще тридцать минут.

Никто албанцев не беспокоил, никто работу не проверял. Все так же лениво бойцы возились с корытом и скребли мастерками по стене.

«Ну, с чего-то надо начинать. Не эти, так другие… Судя по количеству спальных помещений, мимо которых я полз, здесь примерно сто человек. Основная толпа спит, в лаборатории, скорее всего, есть дежурный. Устраивать стрельбу раньше времени не стоит. По крайней мере, не надо показывать, что у меня есть ствол. Пусть эти лепреконы начнут подыхать вроде бы от естественных причин. От травм, не сопряженных с огнестрельными ранениями. А когда начнется паника, они тут же продемонстрируют мне свою систем охраны. Что там Анте говорил? Радиорубка? И где она? Явно не здесь — слишком глубоко… Хорошо, не фиг рассусоливать, надо работать…»

Рокотов заполз за поворот и в тридцати метрах от албанцев толкнул жестяную дырчатую крышку люка.

Спрыгнул с двухметровой высоты, прислушался.

Со стороны невидимого участка коридора бубнил голос одного из косоваров. Там опять устроили перекур и теперь травили друг другу байки.

«Тут можно из пулемета палить, никто не услышит, — подумал Влад, поправляя снаряжение, — с этими бурдюками я справлюсь без оружия. Коридор широкий, места много, так что сложностей не возникнет. Перекрытия толщиной метра три. Сойдет. Если поедет лифт, я услышу. А лестницы здесь находятся только в дальнем конце коридора. До них с полкилометра. Ладно, начали…»