Чтение онлайн

Он спас им жизнь, рискуя своей.

И сейчас собирается рискнуть ею снова.

Ради чего?

— Киллиан, а ты-то что от всего этого получишь?

Киллиан глубоко вздохнул, посмотрел на Рейчел, на девочек, вспомнил о фотографии в бумажнике.

— Много чего, — ответил он загадочно.

— Не понимаю… — Рейчел казалась обескураженной.

— Ничего, потом поймешь, — отозвался он.

— Поцелуй меня, — попросила Рейчел.

— Не могу, у меня из носа кровь течет, — скривившись от боли, попытался улыбнуться Киллиан.

Тогда Рейчел схватила Киллиана за плечи, притянула к себе, крепко поцеловала в губы, обняла и расплакалась.

Она знала, что все это он делает ради нее и детей.

И действительно доведет дело до конца.

А ведь он уже отдал ей все, что имел, — свое время и терпение. Он рисковал жизнью ради нее и ради будущего ее детей. Под его влиянием она изменилась. Изменилась навсегда. Никогда больше она не станет думать о самоубийстве, никогда не поддастся страху или отчаянию.

Как сказал Киллиан, главный наш враг — это смерть.

Да, смерть — величайший враг человека. Но пока ты дышишь, ты выше смерти.

Помни об этом.

Жизнь сама по себе чудо.

— Мы больше не встретимся? — со вздохом спросила Рейчел.

— Если все сработает, то… нет, — ответил Киллиан и поцеловал ее в щеку.

На парковке он завел «мерседес», замкнув проводки, и поехал на юг, оставляя позади горящие трейлеры, толпу людей на пляже, мужчин, загоняющих лошадей в прицепы-коневозки.

Скоро все они скрылись из виду.

В сообществе пейви человек равен своим поступкам. Нельзя думать одно, а делать другое. Кто убегает, тот беглец. Кто бросил близких на произвол судьбы, тот трус. Человек совершает те или иные действия, а боги наблюдают за ним, и Фортуна крутит свое колесо.

Пришло время действовать.

Киллиан ехал на «мерседесе» по трассе А-2, направляясь в Белфаст.

Свернув на заправку, он купил парацетамол, вязаную шапку-балаклаву и смазочное масло. Выпив лекарство, он осторожно почистил и смазал револьвер, следя за тем, чтобы не стереть с рукоятки отпечатки пальцев Маркова.

По Мэлоуни-роуд он въехал в обсаженную деревьями богатую южную часть Белфаста. Не доезжая до дома Тома Эйкела, выбрался из машины и оставил ее на тротуаре. Револьвер Киллиан спрятал в карман.

Дом у Эйкела был неброский, но солидный: трехэтажный особняк в георгианском стиле с выкрашенной в черный цвет оградой из кованого железа. Такой дом вполне мог стоить два с половиной миллиона просто потому, что располагался в дорогом районе.

Поднявшись по ступенькам, Киллиан нажал на звонок.

Несколько мгновений ожидания, и дверь открылась. На пороге стоял Том, одетый в пурпурный халат. В руке он держал чашку чая. «Он должен был отбросить чашку в сторону и тут же захлопнуть дверь, пока еще имел такую возможность», — подумал Киллиан.

Киллиан навел на Тома револьвер.

— Медленно повернись и заложи руки за голову, — скомандовал он.

Глаза Тома странно блестели и отливали желтизной, взгляд был рассеянный, будто он не мог его сфокусировать.

— Медленно повернулся, руки за голову! — повторил приказ Киллиан.

Том аккуратно поставил чашку на столик и поднял руки.

Киллиан вошел в дом и закрыл за собой дверь.

Том холостяк, но вдруг в доме все-таки есть кто-то еще? Держа Тома под прицелом, Киллиан прошел за ним по всему дому. Завершив обход, Киллиан привел Тома в уставленную книгами гостиную и подтолкнул к кожаному креслу перед горящим камином. Он позаботился, чтобы Том оказался как можно дальше от стойки с кочергами и другими каминными принадлежностями, и уселся сам.

Лицо Тома покраснело и казалось неестественно застывшим, а движения были замедленными, как у человека, тонущего в патоке.

Киллиан пригляделся к желтым глазам Тома и заметил расширенные зрачки. На верхней губе блестел пот.

— Ты под дозой? — спросил Киллиан.

— Да, — коротко ответил Том.

— Чем закинулся?

— Героином. Знаешь, что такое погоня за драконом? Снюхал с фольги. Ничего серьезного.

— Ты наркоман?

— О нет, ничего подобного. У меня строгая дисциплина. Позволяю себе только в моменты сильнейшего напряжения или по особым случаям. Едва ли раз десять в год.

— А сейчас? Момент сильнейшего напряжения или особый случай?

— Хм… и то, и другое.

Киллиан откинулся в кресле и еще раз внимательно поглядел на Тома. Да, парень не в лучшем виде. Похож на оплавленную свечку, волосы в полном беспорядке, пот льет ручьями. И выглядит изможденным, усталым.

— Итак… — пробормотал Том.

— Том, я хочу у тебя кое-что спросить.

— Что?

— О Ричарде. Хотелось бы выслушать твою трезвую оценку Ричарда. Маркова я убил, боюсь, что и тебя тоже придется убить. Я знаю, что ты бы ни за что не остановился, но вот что сделает Ричард? Он неизвестная величина. Могу ли я оставить его в живых или он продолжит преследовать ее?

Глаза Тома расширились, но он не вздрогнул. Он обдумывал вопрос.

— Киллиан, Рейчел наркоманка, потому способна на что угодно. Если только она проболтается копам или журналистам, начнется расследование. Я накрутил его до паранойи, растолковал, в какое серьезное положение он попал. Одна девочка скончалась от аборта. Должно быть, она из тех, что сняты на видео. Боже, да это же конец всему!

— Значит, ты считаешь, что Ричард имел твердое намерение прикончить Рейчел?

— Да, считаю. А лазеек так много… Мы могли бы свалить вину на ее дружков-наркоманов, на ИРА… Она должна была замолчать.