Чтение онлайн

— Такова твоя философия, выведенная из накопленного жизненного опыта? — спросил Киллиан, слыша, как над водной гладью стрекочет вертолет.

— Да. Пойми, в этом нет ничего плохого. Миссис Тэтчер недаром говорила, что не существует такой вещи, как общество, есть только отдельные личности. Помнишь?

Киллиан опустился на колено перед Коултером, как жених перед невестой:

— Я помню. Но это не про меня. Жизнь имеет смысл только в контексте человеческих поступков. Нет личностей, существующих автономно. Все люди связаны с теми или иными практиками, местами, культурами. И в моей культуре — на другом конце криминальной цепочки — на человека налагаются серьезные обязательства. Быть пейви, тинкером, — это значит существовать среди бесконечных взаимных обязательств, долгов верности и гостеприимства.

— Что ты мелешь? Не понимаю, — просипел Коултер.

От страха во рту у него пересохло, но, когда он услышал, как у ворот остановился полицейский «лендровер», в глазах его загорелась надежда на спасение.

— Да что тут не понять? Я обещал Рейчел, что сегодня ночью покончу с этой историей. И я собираюсь сдержать слово…

Наконец-то Киллиан снова был в своей стихии. Он покинул двуличный «нормальный» мир — мир сделок с недвижимостью, банков и закладных. Покинул мир Шона, населенный лукавыми и изворотливыми бандитами, выкачивающими деньги из тех, кто слабее. Он покинул даже ту Северную Ирландию, в которой вырос, то самое место, о котором говорил Коултер, — эту странную не-страну, охваченную бандитской гражданской войной, выплескивающую в этой бойне столько религиозной страсти, сколько не бушевало ни в одной другой европейской стране в период «холодной войны».

Нет… Киллиан вернулся в страну своих отцов и предков. В мир людей, которые ударяли по рукам, заключая сделки на конных ярмарках, давая или беря что-либо в долг; людей, которые до гроба были верны своему слову.

Киллиан старался быть честным с самим собой и Коултером. Даже в лабиринте традиций и обязательств, которые формировали сообщество пейви, имелись свои лазейки. Как же без них? Традиция — не мертвая догма, но пример и образец для подражания, а человек — не кукла на веревочках, а живой актер с правом импровизировать.

Если б Коултер сумел кое-что сказать, кое-что объяснить, это спасло бы ему жизнь.

Но он не сумел. Или не захотел.

Тем хуже для него.

Его время истекало.

Киллиан прицелился из автомата в лоб Коултеру. Раздался один-единственный выстрел.

Коултер умер сразу же.

Был — и сгинул в черном мраке небытия.

Очень похоже на древнюю магию.

Киллиан стянул с плеча автомат, бросил на землю, вышел через заднюю дверь теплицы и пересек сад.

Перелез через одну ограду, добежал до второй, внешней, перебрался через нее и побежал в сторону далеких холмов Антрима. Бежал и бежал, пока не достиг торфяных болот, с древности ставших традиционным местом укрытия для тех, кто скрывается от власти королей.

Майкл Форсайт свободно прошел через «зеленый» коридор в пятом терминале аэропорта Хитроу. Он был одет в темно-серый костюм от Армани, черные туфли «Тестони Норвегезе», а в руках нес дорожную сумку «Флото». При этом он вовсе не походил на наркокурьера, хотя контрабанда героина составляла прибыльный сегмент в деятельности криминальной империи, которой он управлял вместе со своей женой Бриджит.

Майкл снял солнцезащитные очки и оглядел клубящийся человеческий хаос зала прибытия, ища контактера.

Невдалеке стоял бледный красивый молодой человек, одетый в униформу, и держал в руках табличку, на которой было написано нечто вроде «Мишель Фэйрсайд». Вьющиеся волосы, года двадцать три — двадцать четыре. Он слушал что-то на своем «айподе», рок, наверное, какую-нибудь группу «Колдплей».

Майкл подошел к юноше.

— Вы встречаете Майкла Форсайта? — спросил он.

— Это вы? — У парня был дружелюбный шотландский акцент, как у персонажа смешного мультфильма.

— Да, это я.

— Я Дугги. Давайте мне вашу сумку и пойдемте на улицу. Мистер Полсон ждет в машине.

Майкл передал парню сумку и пошел за ним к черному лимузину. Мистер Полсон без дела не сидел: он слушал трансляцию крикетного матча и разгадывал кроссворд в «Таймс». Невысокого роста, но с весьма запоминающейся внешностью человек, одетый в костюм-тройку и ботинки «Ди-Эм». Костяшки пальцев покрыты шрамами.

Он пожал руку Майкла с не вполне английским энтузиазмом.

— Удачно долетели? — спросил Полсон.

— Весьма. Точно по расписанию и без проблем.

— Мне «Вёрджин Эрлайнз» нравится. Хорошее там обслуживание.

Акцент-то у него северо-восточный, типичный джорди из Ньюкасла, сообразил Майкл. Потому и рукопожатие такое живое.

— Согласен.

— Я заказал вам номер в отеле, если хотите передохнуть после перелета, — сообщил Полсон.

Майкл отрицательно покачал головой:

— Благодарю вас, я в порядке и готов приступать.

Полсон огляделся:

— Я должен вам кое-что передать, давайте сядем в машину?

— Хорошо, — согласился Майкл.

В салоне Полсон открыл пакет из магазина «Сэйнсбери» и передал Майклу маску, карту, мобильный телефон и пистолет «беретта» с двойным предохранителем для правой и левой руки, а также глушитель «Эй-эй-си Эволюшн 40».

Майкл взял пистолет, разобрал и снова собрал его.

Осмотрел глушитель, продул, привинтил на место и поинтересовался:

— А запасные обоймы?

— Две в коробке. Всего сорок пять патронов.

Майкл задумчиво кивнул.

— Что-то не так? — насторожился Полсон.

— Мы же не можем отправиться туда… в таком виде? — спросил Майкл.

Полсон нервно сглотнул:

— Ну… Дугги знает дорогу, мы раздобыли навигатор и…

— Как я понял, это маленькая английская деревушка?

— Да.

— А вам не пришло в голову, что этакий лимузинище будет там, мягко говоря, не к месту?

— Что нам нужно сделать? — обеспокоился Полсон.

Майкл зевнул и сообщил:

— Я выйду перекушу, а вы найдите мне другую машину, запрограммируйте навигатор, и я поеду один.