Чтение онлайн

А добывался он из редких тропических моллюсков и никак не поддавался алхимическому замещению. Сколько алхимиков "подсаживалось" на него, не сосчитать! И сгорали, бедные, как свечки.

Так что позиция герцога в войне была предельно ясна, а доказательств для Суда Глав — кот наплакал. Участь Гровса была решена. Интересно, на что он рассчитывал в случае победы черных? Не зря он сделал зятем "пиратского" графа, не зря. С ним они могли диктовать условия, поставками "звездной пыли" шантажировать.

Армейский заряд свободно поместился в блокирующей шкатулке, а взорвать его можно было не только сильным ударом, но и дистанционным взрывателем, простеньким амулетом на основе магии огня. На расстоянии до сотни метров он действовал достаточно надежно.

— Проследил за каретой, сели, как я и ожидал, втроем. Охрана обычная. Не ожидал государь нападения, ох как не ожидал! Вы не поверите, во дворце он больше боялся! Семейка еще та. Ага, запомнил маршрут — торжественный, по главной мостовой до телепорта. Можно было их всех троих рвать, но вы не любите лишних жертв, — магистр в ответ молча отпил глоток вина. Он частенько бывал несдержан с подчиненными, но сейчас — являлся буквально иллюстрацией терпения.

— Да и я люблю работать чисто. Сказано Гровса, значит его одного. По возможности, а возможность была. И был риск. Вдруг папаша с дочкой отправится? Я верхами к порталу, там короткая дорога есть и… хвала спасителю! — Твердь чуть не поперхнулся, — остался папа. Дальше дело техники.

— От кареты головешки остались и разлетелись они чуть не по всей улице. Стекла вокруг — вдребезги, а Гровс, кучер и два лакея обугленными трупиками по стенам домов расползлись, — глаза убийцы сияли, — правильно вы сказали, не успеет защита сработать. Хороший ящичек, вы — гений, — магистр в очередной раз поморщился.

Он прекрасно знал, от чего включается защита — от "вспышки" заклинания в первую очередь. Великолепный пятиуровневый амулет герцога опоздал. Такая вот незадача.

— Неужели все это вы провернули в одиночку? — задал, наконец, вопрос Твердь.

— Как вы и сказали. Никого из своей группы не привлекал, дело уж больно громкое. Использовал местных, втемную.

— Как уходили?

— Телепортом в Сагнор, сутки подождал, в Русток и сюда. Не проследят, имена везде разные.

— Отлично, — магистр поставил бокал и поднялся со стула. В ответ поднялся и ликвидатор, — вы хорошо поработали, отдыхайте.

С этими словами Твердь положил руку на плечо человеку:

— Навсегда.

Полыхнула вспышка магии земли. Защитный амулет попытался сопротивляться, но был смят в доли секунды. И человек, не успев осознать собственной смерти, с коротким щелчком ломающихся костей превратился в компактный идеально круглый шар на высоте живота. Шар повисел мгновение, словно удивляясь собственному рождению, и со шлепком упал на пол. Капли крови с ошметками плоти забрызгали мебель стены и одежду магистра. В этот раз он не поморщился.

— А говорил обожженные трупики…

Начальник тайной стражи Шелдона собственноручно убрал останки, помыл полы и уничтожил магией все следы происшествия. Не хуже Лизы. Очистил одежду заклинанием и верхом поехал в сторону города. Спокойно. Солнце стояло в зените, закрытое редкими белыми облаками. Погода обещала быть великолепной.

У человека не было имени. Вернее их было множество. Даже Твердь не смог узнать настоящее. Теперь это было неважно. 

Асмильда проснулась среди ночи в холодном поту. Жить не хотелось. Она ненавидела себя за вчерашнее счастье, за дурацкое замужество, за детское обожание отца. Что, как, что это было — вопросы и вопросы, они крутились в голове, требовали немедленного ответа, но все мысли тонули в ледяной тоске. На душе было пусто. Не хотелось жить. И не хотелось двигаться, что бы умереть.

"Умереть! Немедленно!.. Как тяжело. Зачем мне жить? Я виновата во всем… Спаситель, дай мне силы подняться! Я повешусь… нет, отравлюсь… отравлюсь!?", мелькнуло прозрение.

Ненависть заполнила пустующую душу. Отец, как он мог! Её передернуло от омерзения, когда в очередной раз вспомнила вчерашнее состояние. Как проваливалась в колодец после выпитого горфа, глупое счастье, свадьбу, тупые посиделки за пьяным столом с друзьями мужа. Мужа!? Зачем отец это сделал? Она сидела во дворце, кого-то ждала, с кем-то говорила, где-то гостила и… любила? Да, любила и люблю до сих пор… кого??? Не мужа, бр-р-р! Спаситель, верни память, пожалуйста! Как хорошо, что вчера почти уснула за столом! Муж, ненавижу! Велел отвести её в спальню. И сейчас она одна. Где он? Постель не смята. Спасибо, Спаситель! Утро. Отец! Как я тебя ненавижу! За что мне это!?

Рассвело сразу, без привычных утренних сумерек. Влажный, густой воздух был насквозь пронизан терпкими ароматами южного моря. Издалека доносились редкие голодные крики чаек.

Открывать глаза и вставать принцессе совершенно не хотелось, её душили бешенство, ненависть и чувство собственного бессилия. А еще мучительно хотелось вспомнить что-то очень важное…

Стук в дверь и сразу женский голос спросил:

— Графиня, вы проснулись? Можно войти?

Новоявленная графиня молчала.

"Графиня! Графиня нор'Титос. Как противно! Я убью и его и себя, пусть только посмеет ко мне прикоснуться! Спаситель, верни мне память! Я чувствую, я знаю что-то важное… и я люблю… любимый! Спаси меня!!! Ну, пожалуйста", Асмильда не успела додумать планы мщения, как распахнулась дверь и в спальню впорхнула стайка служанок.

— Ваше сиятельство, вам необходимо одеться, вас желает видеть ваш муж.

Принцесса открыла глаза и с презрением оглядела четырех разновозрастных женщин.

— Я. Никуда. Не пойду, — сказала раздельно.