Чтение онлайн

Тамерлан нахмурился:

— Ты хочешь сказать, Хасан Галаади, что тебе неизвестны секреты воинского искусства?

— Я не говорил такого. Но я не воин.

— И все же, мирза Хасан, прошу тебя, выйди на помост, порадуй нас с императором своим умением. — Тамерлан выразительно поглядел на дрожащего Мануила, и тот безмолвно склонил голову, неохотно подчиняясь приказу.

— Позволь спросить, Великий амир, зачем желаешь ты моего позора? Аллах дарует мне победу в минуты опасности, или же в час, когда мне угрожает бесчестие. В моих ли силах состязаться с лучшими из пехлеванов?

Тамерлан поджал губы:

— Мы снова вернулись к тому, о чем говорили на пирсе: если корабельщики не убирают паруса, буря топит корабль. Я не желаю твоего позора, Хасан Галаади, я желаю видеть воинское искусство, которым, как я успел заметить, ты владеешь прекрасно.

— Кажется, он что-то заподозрил, — взволнованно говорил Хасан на канале связи.

— Это неправильные пчелы и они делают неправильный мед, — не удержавшись, съязвил Лис. — Спой Тамерлану «Я тучка-тучка-тучка, я вовсе не медведь».

— Сергей, прекрати, — вмешался Камдил. — Может, он и не догадывается. Просто твой выход из-за печки настолько смешал его планы, что Тамерлан желает тебя образцово проучить.

— Сомневаюсь. Он воюет с детских лет, видел, как сражаются врукопашную степняки, узбеки, таджики, киргизы, горцы Афганистана, наблюдал боевое искусство курдов и индусов. Мое боевое самбо кажется ему удивительно незнакомым.

— Я вижу один вариант сравнительно безболезненного выхода из этой ситуации: тебе надо проиграть.

— Ну, я же и говорил, показать, что ты вовсе не медведь. Вам лишь бы наступить на певучее горло миргородского соловья кованым сапогом британской военщины.

Хасан Галаади медленно поднимался на застеленный коврами борцовский помост, где ждал его выставленный Тамерланом борец. Тот был на полголовы выше и куда массивнее дервиша. Под рев толпы пехлеван картинно сгибал и разгибал руки, демонстрируя литые шары бицепсов.

— Фактурный персонаж, — прокомментировал Лис. — Как раз на роль Тугарина Змия…

— Я видел этого парня на помосте, — вмешался Камдил. — Он мощный, но довольно медленный.

— Капитан, — напомнил Хасан, — мне же необходимо красиво проиграть. Хотя ума не приложу, как это сделать. Если бороться с ним по правилам кураша, он мне первым же хорошим захватом ребра переломает, а очень бы не хотелось.

— Неожиданно, — хмыкнул Лис. — Обычно всем нравится.

— Ничего, мы не ищем легких путей. — Хасан поднялся по лестнице и сбросил халат на руки подбежавшего секунданта. Раздались слова команды, и могучий курашир бросился на дервиша, стремясь ухватить его за плечо и руку. Дервиш стоял не шелохнувшись, но едва пальцы батыра коснулись его, Хасан поднырнул под мышкой нападавшего и оказался у него за спиной. Трибуны радостно завыли, наблюдая, с каким безмятежным видом благочестивый суфий хлопает по плечу великана-курашира. Тот развернулся и снова бросился в атаку. Он попытался сжать плечи Хасана, но не успели его пальцы сомкнуться в железном кольце…

— Аллах акбар, — возгласил дервиш, поднимая руки и без труда разрывая захват.

Еще одна попытка.

— Иншалла! — Хасан Галаади опустил руки, вновь освобождаясь от силача-курашира.

Побагровев от ярости, тот снова ринулся в атаку, схватил Хасана… Казалось, еще мгновение, и он попросту раздавит его. Но в следующий миг Хасан откинулся, падая на спину и увлекая за собой противника. Люди на трибунах привстали, чтобы лучше видеть происходящее. Дервиш мягко, словно перекатившись, упал на помост, выставил ногу, упер ее в живот, перебрасывая могучего борца через себя. Силач под хохот и улюлюканье толпы хлопнулся наземь, быстро вскочил и увидел Хасана, спокойно лежащего на спине. Глаза его были воздеты в небо. Недоумевающий взор борца устремился на Тамерлана. Тот был мрачен, словно грозовая туча. Поднявшись со своего места, он недовольно огласил:

— Хасан Галаади проиграл.

Дервиш одним движением вскочил на ноги и поклонился на четыре стороны.

— Хасан, ты уверен, что это называется «проиграть»? — спросил Вальдар.

— У меня по-другому не получалось.

— Зачем ты сделал это? — возмутился Тимур, когда богобоязненный суфий поднялся в ложу. — Я видел, что ты мог победить.

— Победа нужна была кураширу, а не мне. Тебе же, Великий амир, нужно было увидеть мое искусство. Надеюсь, я вполне явил его.

— Ты хотел выставить меня на посмешище.

— Я просил не позорить меня, но ты не послушал моих слов, о великий. Позволь мне уйти и следовать далее своим путем.

— Не позволяю, — мрачно ответил Тамерлан. — Ступай, вечером жду тебя на пиру. Мне понадобится твое умение.

Лис потрепал по плечу молодого слугу:

— Да, приятель, жизнь твоя мотузяная. Ездочишься ты из конца в конец, таскаешься за хозяином, как рак за собачьим хвостом… А конец-то, он все равно один. Чуть что не так — окажешься на улице под забором, и хошь живи, хошь помирай, никому дела нет.

— Твоя правда, — согласился приказчик. — Выпьем.

Лис и купеческий слуга подняли кубки и, сдвинув их, осушили до дна.

— За чистоту придорожных канав, — возгласил Лис. — А знаешь, шо я тебе скажу. Все дело в том, шо ты не умеешь читать и писать.

— Опять твоя правда, — со вздохом повторил слуга.

— Вот нравишься ты мне, парень. — Лис снова наполнил кубок. — Ежели хочешь, обучу тебя грамоте.

— Да неужто!

— Ужто-ужто! Вот хоть сейчас буквы тебе покажу да научу складывать в слова. Только вот на чем бы… Слушай, а у хозяина твоего, часом, каких-нибудь записок нет?