Чтение онлайн

Купец неспешно, чинно, как и подобает человеку богатому и уважаемому, спустился по лестнице, огляделся и, не заметив устремленных на него взоров, тихо, бочком направился к двери на задний двор.

— Как интересно. — Лис, выждав паузу, последовал за ним следом.

Почтенный торговец пересек двор, остановился у самой изгороди и тихо свистнул переливистой трелью.

— Это еще что за мастер художественного свиста?

На зов из-за дровяного сарая выбежал крупный мохнатый пес, черный, без единой светлой отметины, едва заметный в сгущающихся сумерках.

— Занятно, неужели он кому-то из местных маякует?

Купец присел и начал что-то шептать на ухо псу.

— Умилительно. Хотелось бы видеть, как четвероногий друг все это перескажет. — Лис скользнул за поленницу и, дождавшись, пока наговорившийся с собакой купец вернется в здание, бросился вслед псу.

— Эх, знал бы, колбасы прихватил, — сокрушался он, глядя, как лохматый гонец скрывается за кустами бузины. — Тузик, Шарик, не убегай, Бобик, отбивная за мной!

Еще несколько шагов, и Сергей застыл на месте, как вкопанный. В шаге от кустов начиналась сплошная каменная ограда. Никаких, даже самых малых следов лаза в этом глухом углу не наблюдалось. Пса не было тоже.

— Что за чертовщина? Какой такой Герасим утопил Муму в воздушном океане?

— Капитан, я ее потерял.

— Кого?

— Кого-кого?! Муму с донесением.

— Каким образом?

— Сам не знаю. Она добежала до стены и растворилась без следа и осадка. А может, превратилась в почтового голубя, хотя голубей я здесь тоже не видел.

— Обидно, конечно, ну да ладно, времени нет. Уже темнеет. Двигай во дворец, постараемся здесь не оплошать.

Ночь сочилась нежной истомой, и соловьи, заливавшиеся в дворцовом парке, должно быть, слетелись из всех лесов Бургундии на майский смотр.

Балтасар Косса нервно расхаживал по аллее неподалеку от той самой беседки, где совсем недавно юный Кристоф делал первые наброски портрета очаровательной принцессы.

— Уж полночь близится, но Аннушки все нет, — трагическим шепотом взвыл Лис, — а комары все есть, есть и есть. Капитан, может, у них там, в Венгрии, другой часовой пояс?

— Какой еще часовой пояс? Что за бред?

— Ну, скажем, часовой пояс верности, надевается на часовых, чтобы хранили верность.

— Лис, ты можешь помолчать?

— Могу. Но меня напрягает молчаливое участие в кровопролитии в роли бессловесной жертвы. Потому что комары не просто есть, а есть меня, причем нещадно.

— Кардинала они тоже есть, — отозвался Камдил. — И меня заодно.

— Тебя за одно, а меня — за все. Потому шоу тебя студеная кровь вестфольдингов, а у меня — горячая, хохландерская. Которая, по факту, самая горячая и вкусная. А кардиналу, тому вообще все по тиаре. Он святой водой побрызгался и теперь молитвами кровососов отгоняет. Интересно, какая молитва лучше отгоняет комаров, «Отче наш» или «Дева Мария, радуйся»?

— Лис, не богохульствуй.

— Капитан, ну ты нормальный? Я тебе о чудодейственной силе молитвы толкую, а ты угрожаешь мне поленом адского костра… Стоп, долой трескотню и позерство! Объект появился.

— Что ты видишь?

— Сейчас переключу на обзор.

Девушка в темном плаще с капюшоном спешила по аллее к уединенной беседке. Ветер то и дело подхватывал край плаща, открывая взору длинную юбку.

— Действительно, похожа на Анну, — проговорил Вальдар. — Кого же тогда рисовал наш мальчик? Неужто у принцессы здесь имеется двойник? Очень странная история.

— Да чего тут странного? Балтасар — мужик видный.

— Так и герцог вполне себе хорош, к тому же он вокруг Анны разве что хороводы не водит. А тут на тебе.

— Вот они, нравы султанских гаремов. Один выстрел глазами, и наповал.

Между тем кардинал бросился навстречу женщине, сжал ее в объятиях, легко поднял на руки и, осыпая поцелуями, понес в укромную, заросшую плющом беседку.

— Ну шо, на следующий сеанс «Дети до шестнадцати не допускаются»? — поинтересовался Сергей. — Возвращаемся во дворец?

— Да. Надеюсь, Кристоф сумел подкупить прислугу ее высочества и убедиться, как ты говоришь, в полном отсутствии наличия Анны в ее собственных покоях. Но, проклятие, кого же он тогда рисовал? Правда, есть один момент, который меня насторожил. И в первом, и во втором случае, когда наш юный талант рисовал Анну Венгерскую, она сидела не шелохнувшись, причем в последний раз, как утверждает Кристоф, почти три часа. Без специальной подготовки это физически нереально. Ну, если ты, конечно, не снайпер из девятого управления, как некоторые.

— Вот не надо тут камней в мой огород. Мне их уже на ограду вполне хватило бы. Ладно, капитан, стереги эту воркующую парочку, а я мотнусь во дворец, осведомлюсь, как там дела у Кристофа.

— Погоди, по моей аллее тоже кто-то идет, — отозвался Камдил.

— Шо, еще одна мисс Венгрия?

— Скорее, мистер Бургундия. Черт подери, это Жан Бесстрашный.

— Анна, Анна! Я знаю, что ты здесь! — послышалось на аллее.